Никакими словами не передать моего сожаления. Боюсь, я и посоветовать ему ничего не смогу. Чем мне помочь Марку?
- С другой стороны, - продолжила я, - ты определенно в тренде.
Стивен, ухмыляясь, ткнул локтем в Марка.
- Я и так это знал.
***
- И вот… - Кэри обернул свою руку вокруг меня, когда я свернулась рядом. - Мы снова здесь.
Еще одна ночь в квартире моей матери. Из-за четырех проведенных здесь ночей, у нее начали закрадываться подозрения. Я призналась, что поссорилась с Гидеоном, но не рассказала причины. Не уверена, что она поймет. Она думает, что для мужчины в положении Гидеона в порядке вещей улаживать маленькие недоразумения.
Что касается моей работы, ее рассуждения просты: зачем я вообще работаю, когда для этого нет никакой разумной причины?
Она не поймет. Некоторые девочки мечтают вырасти похожими на своих матерей, но я хочу совсем другого. Потребность стать абсолютной противоположностью Моники, является для меня основной причиной противостояния Гидеону. Каждый данный ею совет только укрепляет меня в этом стремлении. Я разозлилась на нее практически так же, как и на Гидеона.
- Вернемся домой завтра, - ответила я.
В конце концов, совсем скоро мне придется увидеться с Гидеоном в офисе доктора Петерсена. Мне отчаянно хотелось узнать, как пройдет наша встреча. Я могла только надеяться, что лечение помогло Гидеону преодолеть главное препятствие.
Если так, то мы сможем преодолеть и другие. Вместе.
Буду держать кулачки за это.
На самом деле, я должна благодарить Гидеона за предоставленное личное пространство о котором просила. Он без проблем мог подловить меня в лифте или в вестибюле Кроссфайра. Мог приказать Раулю отвезти прямиком к нему, а не в нужное мне место. Гидеон пытался.
- Трей не звонил? - спросила я.
Это удивительно, как часто мы с Кэри оказывались в одном месте, в одно и то же время. Может быть, это наше проклятие?
- Он прислал сообщение, написал, что думает обо мне, но говорить пока не готов.
- Уже что-то.
Он погладил рукой мою спину.
- Думаешь?
- Да, - подтвердила я. - То же самое у меня с Гидеоном. Я постоянно думаю о нем, но ничего сказать не могу.
- И что теперь? Что ты будешь делать? Когда ты решишь, что тебе есть что сказать?
Я задумалась об этом на минуту, рассеяно наблюдая, как Харрисон Форд пытается отыскать правду в фильме «Беглец», включенном в беззвучном режиме.
- Думаю, когда что-нибудь изменится.
- Ты имеешь в виду, когда он изменится? Что если этого не произойдет?
У меня не было ответа на этот вопрос, но даже сама мысль сводила с ума. Так что, вместо этого, я задала Кэри встречный вопрос.
- Я знаю, что ребенок у тебя в приоритете, это правильно. Только Татьяна несчастлива. Так же, как и ты. И Трей. Всем плохо. Ты думал о том, чтобы остаться с Треем и уже вместе с ним помогать Татьяне ухаживать за ребенком?
Он фыркнул.
- Она не согласится. Если ей плохо, то она должна убедиться, что и всем вокруг хреново.
- Не уверена, что ей решать. В беременности есть и ее вина. Ты не должен наказывать себя, Кэри.
Я накрыла его руку, покоящуюся на ноге, своей и аккуратно провела большим пальцем по свежим шрамам на внутренней стороне его предплечья.
- Будь счастлив с Треем. Сделай счастливым его. И если у Татьяны возникнут какие-то проблемы с тем, что за ней приглядывают два сексуальных парня, то у нее явно… не все в порядке с головой.
Кэри легко рассмеялся и прижался губами к моей макушке.
- Разберись и со своими проблемами также легко.
- Хотела бы…
Хотела бы больше всего на свете. Но я знала, ничего легкого не будет.
И больше всего боюсь, что это может стать невозможным.
***
Меня разбудила вибрация смартфона.
Когда я распознала источник шума, начала вслепую шарить руками по постели. И когда нашла его, тот уже замолчал.
Щурясь на ослепительно яркий экран мобильника, я увидела, что время 3 часа ночи и звонил Гидеон. Сердце пропустило удар, а беспокойство прогнало любой намек на сон. Этой ночью я снова отправилась в кровать, прижимая телефон к груди и перечитывая многочисленные сообщения от Гидеона.
Я перезвонила.
- Ангел, - ответил он хриплым голосом после первого же гудка.
- Ты в порядке?
- Да. Нет, - он выдохнул. - У меня был кошмар.
- Ох.
Я пыталась проморгаться, глядя на балдахин. Мама обожала затемненные шторы, считая, что они просто необходимы в городе, который никогда не спит.
- Мне жаль.
Банальный ответ, но что еще я могла? Бесполезно спрашивать, хочет он поговорить или нет. Ответ всегда отрицательный.
- Они у меня частенько в последнее время, - устало произнес он. - Каждый раз, когда засыпаю.
Сердце заболело сильнее. Сложно представить, что оно может выдержать столько боли, но как оказалось, может. И поняла я это уже давно.
- Ты напряжен, Гидеон. Мне тоже последнее время плохо спится, - и потом, не смогла не добавить. - Мне не хватает тебя.
- Ева…
- Прости, - я потерла глаза. - Не стоило этого говорить.
Возможно, так он намекал, что от этого ему только хуже. От созданной мной дистанции, хотя на то были причины, меня мучило чувство вины.
- Нет. Мне нужно было услышать это. Мне страшно, Ева. Никогда в жизни я не был настолько напуган. Я боюсь, что ты уйдешь от меня… Не дашь еще один шанс.
- Гидеон.
- Сперва мне снился мой отец. Мы прогуливались по пляжу и он держал меня за руку. Мне довольно часто стал сниться пляж.
Я тяжело сглотнула, чувствуя боль где-то в области груди.
- Может это что-нибудь означает?
- Возможно. В этом сне я был ребенком. Мне приходилось высоко задирать голову, чтобы увидеть лицо отца. Он улыбался, я помню, что он всегда улыбался. Даже несмотря на то, что слышал, как до самого конца они с мамой ругались, я не могу припомнить никакого другого выражения его лица.
- Уверена, он был счастлив рядом с тобой. Он гордился тобой. Возможно, он всегда улыбался, глядя на тебя.
На минуту воцарилось молчание, и я уже было подумала, что это конец рассказа. Но потом он продолжил:
- Я увидел тебя на этом пляже, и ты удалялась от нас.
Я перевернулась на свою сторону, внимательно слушая.
- Твои волосы развевались на ветру и переливались на солнце. Я еще подумал, как же это красиво. Указал на тебя отцу. Мне хотелось, чтобы ты повернулась к нам лицом. Я знал, что ты прекрасна. И решил показать ему.
На глаза навернулись слезы и начали скатываться по лицу, падая на подушку.
- Я хотел побежать за тобой. Тянул его за руку, но он крепко держал меня, смеясь над тем, что в моем возрасте еще рано бегать за хорошенькими девушками.
