Весьямиэль взглянул. По его мнению, тощая, иззелена-бледная эльфийка сильно проигрывала в сравнении хотя бы и с Машей, но говорить этого явно не следовало.
— Она прелестна, как распустившийся поутру цветок! — произнес он банальный комплимент. — Но разве достоин я того, чтобы связать свою жизнь с ее? И не будет ли это чересчур поспешным шагом, ведь мы знакомы так мало?!
— Для истинной любви не существует времени! — проворковала Оливьель. — Лишь я увидела тебя, благородный Весьямиэль, как поняла — ты моя судьба, нас соединило Великое Древо, нас, две маленькие его ветви, и нам предстоит объединить цветы наших жизней и дать плоды, чтобы не угас наш род!
— И я думаю так же, — подтвердил повелитель, ласково улыбаясь. — Что размышлять, о благородный Весьямиэль? Моя сестра родовита, красива, умна и еще очень молода — ей нет и трехсот лет!..
Весьямиэль кашлянул.
— Никогда бы не подумал! — сказал он сдавленно. — С виду не дашь и двухсот!
Оливьель слегка покраснела, точнее, позеленела.
«Вот, значит, что они задумали, — быстро соображал Весьямиэль. — Ясно, ее не за кого выдать замуж. А если повелитель промедлит, то меня запросто окрутит эльфиечка покрасивее, вон их тут сколько! От таких я бы и сам не отказался, но эта… нет уж!»
— Ты станешь моей правой рукой. — Гадэль все подливал Весьямиэлю вино, а тот охотно пил, решив, что, если надраться до скотского состояния, можно будет хотя бы не давать ответ сегодня, а там он что-нибудь придумает. — Мне нужен молодой помощник, и ты…
Вино наконец ударило в голову, все плыло, кружилось, но язык Весьямиэль держал за зубами, в этом он был уверен. Жрецы Раш’яла умели молчать и не в таких обстоятельствах!..
Проснулся он от головной боли и жажды. Ну, не первый раз и не последний, с этим легко справиться. А вот вино эльфийское (из чего они его делают, интересно?) оказалось коварным: лилось водой, а в голову в итоге шибануло посильнее деревенской браги!
Чуть придя в себя и открыв глаза, Весьямиэль с недоумением уставился на то, что увидел прямо перед своим носом. А именно — женскую грудь. Вернее, эта часть тела заслуживала бы такого гордого наименования, если бы была немного попышнее. И тем не менее это была именно женская грудь.
«Очень интересно! — Весьямиэль перевел взгляд выше. — Кого же это я затащил в койку по пьяни?»
Увидев, кого именно, он покрылся ледяным потом и перестал дышать. Рядом с ним сладко спала, посапывая, Оливьель.
«Все ясно! Значит, я не дал согласия, они решили поступить иначе… — Весьямиэль двинул бы себе по физиономии, если бы не опасался разбудить эльфийку. — Я идиот! Я беспамятный идиот! Она дала мне кольцо — пусть мое, но все же, а я его принял! Тем самым мы фактически обручились, я же читал про обычаи эльфов! Теперь… Теперь мы, надо думать, переспали, если я вчера еще был на что-то способен. Впрочем, ее магии вполне хватило бы на то, чтобы меня… хм… взбодрить. — Он прислушался к своим ощущениям, присмотрелся к постели. — Хотя нет. Непохоже, чтобы я с ней спал. Проверить-то некому, она тут одна на такое способна. Ну, если даже кто еще может, все равно скажет, что прикажет повелитель! И что теперь? Скоро сюда ввалится ее братец с толпой челяди, и мне, как честному эльфу, ничего не останется, кроме как жениться. Просто постель — еще ладно, но кольцо, кольцо…»
Жениться на этом зеленокожем чучеле (а в раздетом виде Оливьель была ненамного краше, нежели в одетом), да еще и трехсот лет от роду, Весьямиэль не желал категорически. Кто знает, какие законы в этом мире! Вдруг брак будет действителен и за пределами Запретной долины? Нет уж, не надо таких шуток. Да и она скоро поймет: ее новоиспеченный муж — человек, и что тогда?
«Прежде всего, надо уйти отсюда, — взял себя в руки Весьямиэль. — Очень, очень тихо…»
Это ему удалось — он собрал в охапку свою одежду, стараясь ничего не забыть и не потерять по пути, и выскользнул за дверь, даже не потревожив спящую. Сориентировался: он был совсем рядом с той комнатой, куда поселили их с Машей. Ну конечно, Маша!..
«Нужно быстро обстряпать дело так, будто я провел ночь вовсе не с Оливьелью, — решил он. — Только на этот раз безо всякого притворства. Возможно, это отвратит зеленую дуру от меня — я же человеколюбивый извращенец! Хотя она привыкла к братцу… Так или иначе, меня должны найти не в ее постели, а в Машиной!»
Он усмехнулся и толкнул дверь своей комнаты. Не заперто. А забавно окажется, если у Маши сейчас повелитель. Но нет, ему повезло, Маша спала одна. При мысли о том, что ему предстоит, Весьямиэль невольно взялся за щеку…
Глава 26
Цена свободы
— Просыпайся! — Маша проснулась от знакомого шипения, разлепила глаза и в предрассветных сумерках увидела рядом с кроватью Веся.
Тот, кое-как задрапированный в простыню, с расплетшейся косой, выглядел каким-то… не то пришибленным, не то, наоборот, взбудораженным.
— Ты чего? — удивилась она, забыв, что собиралась прочитать ему достойную отповедь.
Мало того что общался с этими угнетателями-эльфами, а ее заставил прислуживать, мало того что упился вдрызг и обнимался с повелителем и целовал руки этой зеленой мымре, так еще и заночевал невесть где!
— Того! — Весь откинул одеяло, Маша ахнула, но он уже оказался рядом. — Двигайся!
— Да ты пьяный! — Девушка попыталась отпихнуть его, но не тут-то было — зеленые, совершенно трезвые глаза оказались совсем близко.
— Слушай внимательно, — произнес он тихо. — Если хочешь хоть когда-нибудь добраться до столицы, ты должна мне помочь…
Выслушав невероятную историю Веся, Маша только головой смогла покачать. Значит, сам себя перехитрил! Его приняли за благородного эльфа и хотят женить на сестре повелителя силой, для чего напоили (сам напился, припомнила Маша) и засунули к ней в постель (тут девушка была склонна поверить, вряд ли бы Весь полез к такой страхолюдине по своей воле, когда вокруг полным-полно девиц покрасивее). И если бы он не проснулся так рано, то их бы там обнаружили, а тут… Ясно, только жениться! А тогда уж не сбежишь, за мужем сестры повелителя будут присматривать! А куда денут ее саму, неведомо, вот Оливьель приревнует — и прирежут Машу в тихом уголке…
— Но брак — это личное дело мужчины и женщины, в которое общество неправомочно вмешиваться! — припомнила Маша третий из Весенних постулатов Вождя.
— Это ты им скажи! Тут как повелитель скажет, так и будет… — хмыкнул Весь. — Одним словом, все должны быть уверены, что ночь я провел тут, с тобой, — закончил он.
— Ну, ложись да спи, — разрешила Маша. Чего в этом такого?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
