замечал.
— Что-то случилось? — осторожно спросил мальчик, когда они сели в машину.
Они, конечно, обменивались письмами, но только теперь Гарри сообразил, что последние две недели те стали какими-то… протокольными, что ли? Всё сводилось к тому, что дома всё в порядке, но никаких подробностей, которыми раньше они просто пестрели. Особенно когда писала тётя Пэт… и как раз от неё в письмах не было ни строчки.
Мистер Джестер, даже не возразивший, что Гарри сел на переднее сидение, задумчиво побарабанил пальцами по рулю. Потом устало вздохнул.
— Всё не плохо, чтобы ты там себе сейчас не напридумывал, и с Пэт ничего не случилось, — интересно, дядя мысли читает? — просто есть непростой разговор. Давай поедем потихоньку, и я всё расскажу по дороге?
Пока выезжали с вокзала, мистер Джестер молчал, но Гарри не возражал. Он перестал себя накручивать и облегчённо выдохнул — Томас не стал бы врать в таких делах.
— Видишь ли, я никогда тебе не рассказывал, но вообще-то у меня есть сестра. Вероника, в девичестве Джестер. Не могу сказать, что она плохой человек, или что-то такое, но мы уже давно с ней почти не общаемся. Понимаешь… вообще твоим дядей мог быть другой человек. Насколько я знаю, он уже даже начал подумывать сделать Пэт предложение, но сестрица отчего-то решила, что такой муж ей самой нужен. Как она его отбила — не представляю. Но познакомились мы с Пэт именно после того случая, и как-то всё пришло к нашей свадьбе.
Дядя Том замолчал на пару минут, лавируя между машинами.
— Как ты понимаешь, отношение Пэт к моей сестре с тех пор такие себе. Общались мы не так чтобы много — поздравления по праздникам там, и всё такое. Да и живут они не сказать что близко, в Литтл Уингинге. И муж её… Ну, он обычный человек в не самом хорошем смысле этого слова. Про магов мы с Пэт им, понятно, не рассказывали, про тебя тоже подробностями не делились. А потом у них родилась дочь, и контакты как-то сами собой сошли на нет.
Мистер Джестер тяжело вздохнул.
— Мой косяк. Надо было подумать, с чего сестра решила оборвать связь ближе к первому дню рождения дочери. Но это было шесть лет назад, у нас своих проблем хватало, и на тебя появилось чуть больше времени, поэтому я просто забил, если смотреть правде в глаза. Пока три недели назад не позвонили. Муж сестры напал на неё с ружьём, она в коме, перебит позвоночник, возможно, никогда не придёт в себя. А потом он облился бензином и поджёг себя. И всё это на глазах дочери. Соседи болтают — был сильно пьян в тот день и всё бормотал про измену жены.
Дядя опять замолчал, но Гарри чувствовал — это ещё не конец. Не зря же мужчина про свою ошибку упомянул.
Горящий безрукий человек на коленях…
Нет, конец куда хуже. Мальчик подозревал, каков конец — если соединить точки и предположить худшее…
— Мы забрали девочку к себе, конечно же. Есть ещё сестра мужа Виктории, но она вообще… м-м-м, ладно, оставим её в стороне. Поначалу всё было… ну, не в порядке, как будто кто-то после такого может быть в порядке. Девочка не может говорить, проблемы с аппетитом, опять же, ничего удивительного. А потом она чуть не сожгла Рика.
Да, именно вот этот вариант. Интересно, ему разрешат магию на каникулах, если он скажет, что в его доме живёт боящийся мужчин маленький пирокинетик?
— Взрослых мужчин, — поправил его дядя, хотя Гарри совершенно точно не говорил вслух. — И Диана просто раненый ребёнок, пожалуйста, помни об этом. А Рик в порядке, даже ожогов не получил, хотя с гостями пока решил погодить.
— Диана? — переспросил Гарри.
— Да, её зовут Диана Дурсль. Хотя мы собираемся поменять её фамилию — не хватало ещё ей такого напоминания о Верноне.
Глава 38. Диана
Всю дорогу Гарри раскладывал по полочкам дядин рассказ. Например, о нормальности в ужасном смысле этого слова, да. И что такой человек мог стать его дядей вместо мистера Джестера. Как бы он отнёсся к племяннику-магу? Да даже тётя Пэт в таком случае вряд ли бы обрадовалась подброшенному племяннику — это сейчас она пообвыклась рядом с Томасом и его коллегами. А если вспомнить чуть не сорванную свадьбу, спасённую лишь благодаря дяде? Смог ли этот Вернон Дурсль укоротить папу с его друзьями?
Гарри сильно сомневался.
Кстати, а ведь получается, дядя с тётей сталкивались с Сириусом Блэком и прочей их компании. Если так подумать, Поттеру стоило гораздо раньше обратить внимание, что мистер и миссис Джестер никогда не упоминали имён этих магов.
Хорошо быть умным задним умом, да. Гарри никогда не считал это странным — какая разница на них и их имена, если никто из них никогда не появлялся рядом. Вот если бы пришёл — то да, дядя конечно бы рассказал, откуда его знает. Кто же мог знать, что они даже себя не помнят? Удивительно, скорее, что Томас не забыл, что тогда у Поттера-старшего была какая-то компания.
А ещё надо обратить внимание на слона в комнате. В его доме теперь будет жить совсем мелкая пигалица всего семи лет от роду, которая может с перепугу всё сжечь. В смысле — как с ней вообще общаться? Он всегда был самым младшим, в конце концов! И единственным ребёнком, в придачу! И в придачу не умел общаться со сверстниками, особенно если смотреть на время до Хогвартса!
И если так подумать, если дядина сестра оборвала с ним общением — а как вообще с девочкой обращались? Может быть, какие-то темы лучше не затрагивать? И мистер Джестер, конечно, уверен, что она боится только взрослых мужчин, но откуда он может знать наверняка?
Блин, у мальчика была целая куча крайне важных вопросов, если так подумать. Жаль, что он вспомнил о них за пять минут до дома.
— Гарри, мне нужно съездить в госпиталь к сестре, я заходить домой не буду, — между тем сказал Томас и усмехнулся. — И не трясись ты так, там Пэт с Эмили.
Знаешь, дядя — вот вообще не помогает! Не то чтобы мальчика кто-то спрашивал.
Мистер Джестер помог достать из машины и умостить на тележку сундук, и уехал, помахав на прощание. Кот привычно пристроился рядом. Его молчаливая поддержка немного успокаивала.
Тётя Пэт уже ждала его в дверях дома — увидела, когда они подъезжали, наверное. Её суровое выражение
