этим парнем я бы на одном гектаре срать не стал!..
— Возможно, его логические цепи были нарушены в результате разделения личности. Зато интеллектуальные и организаторские способности на высоте! Он сумел объединить людей на востоке и быстро придумать эффективную тактику.
— Да что ты понимаешь! Тактику он придумал… — расстроился Кукушкин.
Возможно, их спор с СИПИНом перерос бы в нечто большее, но зашедший ко мне Грим решил подать голос.
— Это не тактика. Это просто заваливание врага трупами! — заметил он, заслужив благодарный взгляд мэра. — Если эти ваши восставшие додумаются прорываться на север, то они найдут ресурсы для пополнения сил.
— Они не смогут бросить на это все силы.
— Достаточно того, что они начнут восполнять свои потери. И вся затея зулусов посыплется, как карточный домик! — поморщился Пилигрим.
— Нам-то что делать? — спросил Кукушкин. — И что вы двое можете мне рассказать?
— Роботов можно убить, Иваныч! И это главное! — ответил я.
— Пока что у тех, кого мы видели, защищена лишь та часть, по которой предполагается, что будут стрелять! — поддержал меня Грим. — У дроидов это перед. У дронов — низ и бока. Но есть и другие слабые места.
— Порадуй меня! — очень искренне попросил Кукушкин.
— От сильного удара они тоже выходят из строя, — ответил Грим, усмехнувшись. — Мы взрывали под ними мины и порох, поражая камнями. Так вот, половина роботов после таких взрывов не встала.
— Для пороха нужна сера, а её придётся добывать у гор… — напомнил Кукушкин.
— Есть мины на Алтаре! — отмахнулся Пилигрим. — Если надо, то взрыватели я организую.
— А что с долиной? — вспомнил я. — СИПИН, вы провели свои исследования?
— Пока нет. Отвлеклись на восставших. А что?
— Да просто… Если гигантские формы жизни так важны для планеты, то у нас серьёзные проблемы! — заметил я. — Осенью «черепашки» вернуться не смогут. Им перегородили проход.
— К этому времени сегмент станции будет уже разобран! — успокоил меня СИПИН. — Вот только неизвестно, куда пойдут материалы… Наши восставшие могут и специально перегородить систему долин, чтобы уничтожить всё живое на планете. Это вполне укладывается в их планы.
— Значит, их придётся уничтожить к осени, — решил Кукушкин.
— Не забывайте, ваш Большой Алтарь Вознаграждения контролирует все Алтари в окрестностях! — напомнил СИПИН. — Его надо защищать.
— Давай мы с этим разберёмся сами, — поморщился Пилигрим. — Придумаем что-нибудь. Похоже, в войне мы, люди, понимаем чуть больше вашего.
— Обязательно разберёмся! — согласился я.
И подумал, что мы и вправду обязательно что-нибудь придумаем. В конце концов, мы же всё-таки люди! Вредные и изобретательные существа, которые не раз доказывали свою жизнеспособность. И докажем снова.
А роботы…
Ну не повезло им, значит…
Эпилог
Лес опустел на многие километры вокруг. Лишь далёкий грохот взрывов нарушал его тишину.
Как раз там, где высилась громада разбившегося куска станции.
И только Нэо Мураяма смело пробирался между деревьев, поглядывая на юг.
Всё пошло не так… Попытка в одиночку прорваться на восток закончилась провалом. По равнине, по лесу, от гор и до самой станции, постоянно двигались отряды зулусов и бывших воинов Нэо. Они шли в самоубийственные атаки на роботов и раз за разом гибли.
Но и роботы пока не могли развернуться на полную катушку, пытаясь защитить своё… Как бы это назвать?.. Нэо задумался, но так и не понял, чем же была для них станция. Средоточием? Жилищем? Сложно было подобрать правильное слово… И он решил, что роботы просто защищают себя.
Но если в первые пару дней Мураяму волновало лишь, что у него не получается пройти на восток, то вскоре его мир окончательно рухнул. Ведь того, что он видел в исполнении зулусов — Нэо ждал от своих соотечественников. Однако так этого и не увидел.
Всё, на чём он рос, всё, что было ему дорого — всё это предали другие японцы. Лучшие воины в мире оказались трусливым и бесхребетным стадом скота. И даже лучшее оружие и доспехи в истории человечества никто так и не повторил, безрукие идиоты…
Все идеалы Нэо оказались только его собственными идеалами. А его ценности — только его ценностями. Стоило ему покинуть своих бойцов, как они тут же побежали на поклон зулусам. Он был последним самураем своего народа. А те, кого он вёл к власти над миром — приняли чужую власть. Власть сумасшедшего вождя.
И эта душевная язва терзала Нэо, отнимая у него последние силы…
Нет, если бы рядом оказался нормальный историк, который не только знал бы историю, но и умел думать своей головой — он, конечно же, всё объяснил бы несчастному Нэо. В том числе, что представления Мураямы о Великой Японии были просто фантазией, элементом пропаганды на Земле.
Конечно, Япония была сильным государством с богатой историей. Но катаны вовсе не были самыми крутыми мечами, потому что ковать хорошие мечи при недостатке стали как-то не с руки. И японские средневековые доспехи были решением из той же оперы.
Маленький остров, на котором находилась страна, мог представлять серьёзную угрозу такой же маленькой Корее. Но вряд ли бы смог соперничать с тем же Китаем на пике его силы, а не в периоды упадка.
И да, японцы часто показывали самоотверженность перед лицом врага. Но разве они были единственным народом, способным на подвиги ради отечества? Как и у любого народа, у соотечественников Нэо имелись свои достоинства и недостатки.
Вот только он их не видел, опираясь на мифологический образ, пришедший не из глубины веков, а сочинённый писателями и художниками уже в новейшей истории. Такие образы сочиняла про своё прошлое почти каждая страна. Этим занимались даже те страны, у которых и истории-то особо не было, если смотреть
