одна из его разновидностей предпочитает отмели.
Сверху это царство озёр выглядело особенно причудливо. Ариэна заметила, что цвет воды не везде одинаков. Наверное, он зависел от состава почвы на дне. А может, от чего-то ещё. Таарол рос в основном в чистой, с лёгким зеленоватым оттенком воде. Над мутно-голубыми озёрами вздымались мясистые розоватые стебли, усеянные мелкими бледно-лиловыми листьями, на концах которых дрожали прозрачные капли.
«Поздновато для росы», – подумала Ариэна.
Позже она узнала, что это растение так цветёт. Кое-где вода имела рыжеватый оттенок, несколько озёр радовали глаз кристальной чистотой, а особенно Ариэну поразило одно большое озеро с ядовито-жёлтой водой. Местами его поверхность покрывали широкие светло-зелёные листья, над которыми вздымались, словно ощетинив острые лепестки, оранжевые, с чёрными прожилками цветы.
И ещё Ариэна заметила, что не все нагромождения камней кажутся естественными. Кое-где над озёрами возвышались развалины – части разрушенных стен и колонн. Ариэна устала и решила отдохнуть. Усевшись на обломок мощной шестигранной колонны, она долго смотрела на море. Граница между морской гладью и небом была уже размыта туманом, который разрастался с каждым часом. Начинался один из самых длинных туманных периодов. Ариэна вспомнила сегодняшний сон, и ею овладело странное чувство. Ей вдруг захотелось, чтобы магический туман окутал всё вокруг, надёжно защитив её от всех и от всего на свете. Она закрыла глаза и представила себе медленно выплывающую из тумана белую лодку. Ариэна бы села в неё и отправилась в загадочно мерцающую даль, где посреди голу6овато-зелёного моря возвышается остров, а на нём – исполненный света хрустальный дворец… Ей вдруг стало холодно – как будто от прикосновения чьих-то ледяных пальцев. Она вздрогнула и открыла глаза. В какое-то мгновение ей почудилось, что туман действительно добрался до неё и клубится вокруг колонны, поднимаясь всё выше и выше. Стряхнув оцепенение, она увидела, что это всего лишь водоросли. Серебристо-белые похожие на волосы растения колыхались под водой, напоминая мерцающий туман. Местами они доходили до самой поверхности и загибались, упираясь в неё, словно она была твёрдой, как лёд. Или как стекло. Наверное, эта трава не любила открытого воздуха. Вода здесь была чистая и прозрачная. Это и позволило Ариэне увидеть среди танцующих серебристых прядей огромные ступени. Каменная лестница словно вела в подводное царство. Ровная, сложенная из квадратных плит поверхность, где она начиналась, наверное, когда-то была залом. Точнее, его полом. Находилась она примерно на глубине двух димеров. Кое-где сквозь трещины в гигантских плитах пробивались стебли таарола и ещё какие-то странные узловатые растения. Приглядевшись, Ариэна поняла, что это корни деревьев. Волна, разрушившая Ур-Фиол, обнажила древние руины, на которых уже много веков назад вырос лес. Это были остатки тех сооружений, что называли дворцами великанов. В период Позднего Царства вся знать, включая царей, предпочитала таким громадинам уютные особняки. Исключением были только два последних правителя Аранхайи. Царь Астан увлекался стариной и велел отстроить для себя древний замок, именуемый Круглой Башней. Он сделал его своей летней резиденцией. А его сын Асфаар окончательно перебрался туда из Меренганы… У этого давно разрушенного и затопленного дворца тоже имелась круглая башня. Сохранилось её основание, на котором когда-то давно вырос лес. Гигантская волна частично пощадила его, и теперь недалеко от остатков огромного зала красовался круглый островок, где часть деревьев вернулась к жизни и покрылась зеленью. Большинство же представляло собой нелепые светло-серые скелеты, поросшие слоистым мхом.
Обследуя это царство солёных озёр, Ариэна ещё несколько раз натыкалась на остатки строений, в основном достаточно новых. Возле них она не задерживалась. Они пугали её, ибо от них веяло не тайнами глу6окой старины, а ужасом и болью тех, кто ещё не так давно пережил здесь страшную трагедию.
Один маленький островок поразил Ариэну причудливыми зарослями арилла. Он покрывал белые, как кости, стволы мёртвых деревьев, окружавших маленькую пещеру. Это была явно не просто пещера, а что-то вроде святилища на холме. К ней вели неровные, сложенные из неотёсанных глыб ступеньки. Теперь примерно половина их находилась под водой. Арилл разросся здесь так, что почти скрывал и деревья, и пещеру. Она походила на маленький дворец, который неизвестный мастер украсил затейливой резьбой. В глубине пещеры мерцал свет. Войдя туда, Ариэна увидела, что задняя стена целиком состоит из арилла. Он-то и светился в полутьме. Возможно, когда-то второе отверстие в пещеру закрывала каменная глыба, а во время катастрофы её снесло. Теперь это отверстие затянуло ариллом. В пещере было сухо – видимо, вода уже давно не доходила до уровня пола. Ариэна развязала свой дорожный мешок и немного поела. Поглядев на море, она с удивлением обнаружила, что солнце уже подбирается к туманной полосе. Обследуя это загадочное место, она и не заметила, как наступил вечер. Ариэне не хотелось покидать эту уютную пещерку, залитую нежным голубовато-зелёным светом. Она набрала сухих веток и вымела сор. Потом нарвала на склоне холма травы и сделала себе постель. Вместо подушки она решила использовать сложенную в несколько раз куртку. Достав из её внутреннего кармана старинный свиток, Ариэна не удержалась и развернула его. И рассматривала в неверном, призрачном свете до тех пора, пока причудливые буквы не стали расплываться перед глазами.
Спала она неспокойно. То и дело вскакивала, напряжённо вслушиваясь в тишину. Это была странная тишина, похожая на безмолвный крик, который звучал у неё в ушах, не смолкая ни на минуту. За6ываясь сном, она слышала отдалённый шум и гул множества голосов, исполненных ужаса и отчаяния. Когда ей казалось, что они сведут её с ума, она просыпалась, но тишина была страшнее этих звуков. Теперь Ариэна знала, что такое эхо прошлого. Эхо трагедии, унёсшей множество жизней… В какой-то момент ей почудилось, что святилище окружили мертвецы. Больше всего она 6оялась увидеть среди них светловолосых людей в кожаных куртках, сжимающих в мускулистых руках копья с наконечниками из таарола. Лиммерины... Соплеменники её матери, которых она убила, спасая соплеменников своего отца. Она знала, что эти призраки ещё долго не оставят её в покое. А может быть, не оставят никогда. Почему она вспомнила о них сейчас? Эхо содеянного… Оно слишком явственно звучало в этом месте, где недавняя трагедия казалась эхом другой трагедии – забытой на несколько веков, но напомнившей о себе роковым стечением обстоятельств и не менее роковым совпадением имён. Огромная волна снесла новые постройки и цветущие сады, обнажив старые раны. И эхо прошлого слилось с исполненными страдания голосами новых жертв. Теперь это эхо ещё громче прежнего. Тысячи
