что-то сказать, но он положил палец ей на губы, вынуждая молчать.
— Ты помнишь нашу первую встречу там на Беллиджио-роуд? А потом в итальянском ресторане? Ты была расстроена и сердита, и очень немногословна. А я смотрел, как ты забавно, по-кошачьи, облизываешь ложку после пирожного, и думал, что наконец-то нашел тебя. Именно тебя. Чужую.
— Джей!
— Я люблю тебя, Эли, — сказал он. — И я больше не отдам тебя ему.
Она накрыла ладонями его руки на своих плечах.
— Тебе надо лечь.
Он отпустил ее, развернулся, побрел обратно к кровати. Откинулся на подушки, закрыл глаза. Укол начинал действовать, изгоняя ненавистного комара из головы, облегчая болезненное прежде дыхание. Джей слышал, как Алиса бесшумно передвигается по комнате, как тихо закрывает за собой дверь ванной. Вслушиваясь в шум бегущей воды, он думал о том, что все прояснилось. Что ситуация, так мучившая его своей двусмысленностью, наконец-то разрешилась, пусть и таким некрасивым способом. Что ж, он давно был готов к чему-то подобному. Выбирая любовь, он предавал дружбу, других вариантов быть не могло. По идее теперь, когда все точки расставлены, ему должно стать легче. Вот только отчего-то не становилось. Надсадная боль из треснувшего ребра поднималась выше, проникала под грудную клетку, сетью мелких кровоточащих ранок оплетая другой орган. И обезболивающее тут было бессильно.
Он совершенно не помнил, как заснул. Проснулся внезапно, словно от толчка. Долго зачем-то вглядывался в темноту, напрягая зрение, совершенно дезориентированный во времени. Болело отекшее лицо, волнами накатывала тошнота и, в довершение всего, мучительно хотелось пить. Джей осторожно шевельнулся, и спавшая рядом Алиса тут же подняла голову.
— Что с тобой? — тревожно спросила она. — Тебе плохо?
— Все нормально. Просто пить хочется.
— Я сейчас.
Она соскочила с кровати, босиком метнулась к двери, заспешила вниз. Спустя несколько минут вернулась, держа в руках высокий стакан с водой. Пока он жадно пил, потрогала его лоб, прищелкнула языком. Включила ночник, завозилась в своей коробке с лекарствами.
— Опять⁈ — жалобно возмутился Джей, увидев у нее в руке шприц.
— Это обезболивающее и жаропонижающее. У тебя высокая температура.
— Слушай, не надо, а? Можно мне какую-нибудь таблетку? — умоляюще попросил он, вцепляясь в резинку трусов.
— А может сиропчик? — передразнила она. — Позорище, чтобы взрослый человек так уколов боялся!
— Так ведь больно же! — он засучил ногами, пытаясь уползти.
— Ну да, — согласилась Алиса, надвигаясь на него с неотвратимостью возмездия, — это самый болезненный акт за последние сутки.
Джейден покорно уткнулся носом в подушку и зажмурился.
— Кстати, насчет акта… — сдавленно выдохнул он, когда экзекуция закончилась.
Алиса засмеялась и звонко хлопнула его по голому заду.
— Отдыхайте, больной, вам прописан полный покой и постельный режим.
— Вот именно, постельный! — обрадовался он, переворачиваясь на спину.
— О, Господи! — закатила глаза Алиса.
Она выключила ночник, скользнула под одеяло. Джей притянул ее к себе, прижимая к здоровому боку. Алиса не стала сопротивляться. Некоторое время молчали, вслушиваясь в дыхание друг друга.
— Все будет хорошо, Джей, — не то вопросительно, не то утверждающе произнесла, наконец, она.
— Все будет хорошо, — эхом повторил он.
Утро принесло ожидаемый сюрприз. Пострадавший глаз перестал открываться совсем. Доковыляв до ванной, Джейден долго в немой оторопи разглядывал себя в зеркало. Не то чтобы он был как-то зациклен на собственной внешности, но то, как его лицо выглядело сейчас, впечатляло невероятно и вызывало легкую дрожь сомнений: а вернется ли все в первоначальный вид?
Возившаяся внизу на кухне Алиса, увидев его, лишь протянула:
— О-о!
Пощупав отек, оптимистично заявила:
— Ничего, к вечеру прозреешь.
— Спасибо на добром слове! — уныло пробормотал Джей и отхлебнул чай из кружки.
На столе зазвонил телефон Алисы. Озадаченно посмотрев на выпачканные в муке руки, она знаком попросила Джея. Тот нажал кнопку приема, поднес телефон ей к уху, успев заметить короткую надпись «Кло».
— Алло!
При первых же словах собеседницы ее глаза расширились. Она выхватила смартфон из руки Джея, вслушиваясь в эмоциональную речь.
— Не кричи, Кло! — попросила она. — Я ничего не понимаю!
Джейден смотрел, как каменеет ее лицо, как сжимаются в тонкую полоску яркие губы, как ногти впиваются в ладонь, оставляя белые лунки.
— Где он? — глухо спросила Алиса.
Что-то случилось. И Джей почему-то знал, с кем. Алиса спрятала телефон.
— Что произошло? — спросил он.
— Я… — пробормотала она и вдруг заметалась по кухне, натыкаясь на мебель, — мне нужно… Я должна ехать!
Она выбежала в холл. Прижимая ладонь к боку, он метнулся за ней.
— Да куда? Объясни, что произошло?
— Позже, Джей! — крикнула она, выдергивая из ниши шкафа первую попавшуюся куртку.
Хлопнула входная дверь. Джей прислонился затылком к шершавой стене. В левый висок тонким сверлом ввинчивалась боль.
Глава 55
Первыми вернулись звуки. Тягучее низкое гудение, прерываемое через равномерные промежутки времени довольно громким и отчетливым попискиванием. В эти искусственные шумы, отчего-то рождавшие в голове картину величественно проплывавшего в необъятных просторах космоса первого земного спутника, время от времени вплетался другой звук, нарушавший внеземную гармонию своей неуместностью и инородностью. И от этого становилось неспокойно и тревожно.
Помаявшись еще немного, Нолан открыл глаза. Взгляд уперся в белоснежный потолок с лампами дневного света. Больше никаких опознавательных знаков, за которые мог бы зацепиться глаз, на нем обнаружить не удалось. Обычный потолок, удручающе казенный. Совсем не обрадовавшись этому открытию, Нолан осторожно повернул голову.
Клодин стояла возле окна. Ссутулившись и обхватив плечи руками, она время от времени не то всхлипывала, не то прерывисто вздыхала, как раз то и являясь источником тех звуков, которые так встревожили его.
— Кло! — позвал он и с изумлением прислушался к собственному почти беззвучному хрипловатому шепоту, вырвавшемуся из саднящего горла.
Но Кло услышала. Резко обернувшись, она метнулась к нему, склонилась к самому лицу, осторожно сжала левую ладонь. Совсем близко он увидел ее темные, блестящие от влаги глаза.
— Боже! — сдавленно прошептала она. — Наконец-то!
— Ты чего? — растерянно пробормотал Нолан.
Сестра затрясла головой, по щеке съехала крупная слеза. Он потянулся свободной рукой, чтобы смахнуть эту слезу, и дернулся от боли — из вены торчал инъектор капельницы.
— Лежи! — вскрикнула Кло. — Не вздумай подниматься! Я сейчас позову врача.
— Врача? —
