Папа учил меня бить по самому больному.
- Если тебе кажется, что я ничего не могу тебе сделать, ты полная дура. Потому что прежде, чем прийти к тебе я получила полный карт-бланш от Луки Гроссерия. А значит, могу жестить как хочется. Могу продать твою дочь в Афганистан или тебя сделать десятой женой какого-нибудь психически больного ублюдка. Я могу всё… в твоих же интересах растопить моё сердце и убедить сжалиться над тобой!
- Мадина – не дочь Дэма. Да. Это правда.
- Мы это уже поняли.
- Я не знаю кто её отец… - Такого не ожидала даже я. Изи усмехается. – У меня никак не получалось забеременеть от Демида, кажется, он бесплоден. Чтобы я не делала, как не задирала ноги, я не беременела и тогда мы решили с отцом сделать ЭКО. Поэтому я не знаю отца Мадины.
Лёгкий шок. Такого ответа я не ожидала.
- Зачем тебе было беременеть от него?
- Сначала мы хотели убить Демида, но потом я поняла, что его убийство откроет войну между семьями, которую мы не сможем победить. И я нашла другой способ причинить боль семье Гроссерия. Убить их невестку и ребёнка – наследника. Это должно было уничтожить Дэма. И при этом семья Гроссерия должна была стать ещё должником отца, потому что они не уберегли его дочь и внучку.
- Какая же ты мерзкая тварь.
- Гроссерия отобрали деньги и влияние у моей семьи, я делала то, что должна была.
- Родила ребёнка только ради того, чтобы насолить? Или из-за денег ты и твоя семья готовы на всё?
- Тебе вообще не светят дети, если ты останешься с этим овощем. Он жив ещё? Или ласты склеил? – Меня током пронзило. Даже не поняла, как сжала горло так сильно, что Изи встала на носочки, посинела и не могла сделать и вздоха.
- Ты подослала Мамедова в больницу? – Она кивнула, а я выругалась. – Почему сразу не решила убить нас, почему решила устроить спектакль?
- Моя цель была ты. – Признаётся Изи. – Повторюсь, Демиду было бы больнее потерять тебя, чем умереть самому.
- По такой логике было бы правильнее убить Еву.
- Ева – золотце семьи. Помимо Гроссерия из-за неё восстанут О’Донеллы. Такие проблемы нам были не нужны.
- И ты решила, что если не получилось навредить в первый раз, то ты избавишься от меня и затем снова станешь женой Демида? Он бы всё понял.
- Сначала мы избавились от тебя, а потом уже от самого Демида.
- А это бы тебя обелило? – Я никак не могла понять её план. На что рассчитывала Изи?
- Так мы бы поквитались. Он уничтожил бы мою семью, а я его.
Выпускаю Изи. Забавно. На фотографии на меня смотрела хрупкая девушка, ангел, спустившийся с небес, сейчас же передо мной был настоящий Люцифер.
- Неужели тебе не жалко свою дочь? Не думала о ней, когда решила устроить Армагеддон? – Мне хотелось увидеть страх на её лице, но Изумруд даже бровью не поняла. И я вдруг поняла, что ей наплевать даже на собственную дочь.
О Боги.
- Кто помог тебе сбежать и инсценировать твою смерть?
- Мамедов?
- За какие заслуги он так рисковал?
- У нас был роман в Испании.
- Знаешь, когда я шла сюда, то хотела тебя размазать тебя по стенке. Ты мне казалась сильной стервой с длинными руками, что как спрут обвила мою семью. На самом же деле ты маленькая и никчёмная, и мне тебя жаль. – Я отошла от Изи, обхватила себя руками. – Ты ведь не чувствуешь ничего. Ага. Не способна просто на это. Жизнь уже тебя наказала. Лишила самого ценного. У тебя никогда не будет семьи, любви и счастья. Ты просто бездушная игрушка своего отца и мне тебя жаль.
Изи расхохоталась.
- Императрица, вытри слёзы. – Она встала в позу, растирая синяки на шее. – Твоя судьба не лучше моей. Дочка преступника, торговца женскими жопами. Ты хоть представляешь, чем занимался твой папочка до того, как стал министром?
- Плевать, чем он занимался. Папа меня любит. – Прилив теплоты топит. Я соскучилась по родителям и Ибрагиму, когда всё наладится, я первым делом отправлюсь в Рим. – Леон, что сейчас с семьёй Омаровых.
- Хм. – Мужчина на несколько секунд демонстративно задумался, кажется, он играл. – Такой семьи, по-моему, уже нет. Кто где. Не знаю даже, кто остался жив.
Закусываю губу, Гроссерия уже расправились с ними.
- Отлично. Одной проблемой меньше. Отправьте Изумруд домой. Мне кажется, за все эти годы она забыла, какого это жить в небольшом поселении в своём доме, где нужно каждый день работать руками. – Изи привыкла ко всему самому лучшему. Она не считала деньги, жила на широкую ногу. – Не очень разбираюсь как это делается, но сделайте так, что она до конца своих дней не смогла спуститься со своих гор, так и осталась в маленьком поселении. – Будет забавно наблюдать за тем, как она будет жить среди соседей, которые будут знать, что она просто шлюха. Дагестанцы чтят традиции и не простят ей легкомысленность. Её заклюют же свои же. – Изи, поздравляю тебя, до конца своих дней ты будешь одна по колено в дерьме.
- Ой. Так страшно, ты придумала такое суровое наказание.
Настала моя очередь улыбаться.
Без денег и работы Изи придётся работать каждый день руками в деревне, первые годы жизни будут невыносимы, но она выживет. Дальние родственники и соседи будут каждый день напоминать ей о никчёмности. Они будут стараться стереть грязное пятно с лица земли. И она научится жить даже с этим. Но через лет десять она начнёт сходить с ума.
Изумруд хотела обречь Демида всю жизнь сжирать себя и сожалеть, так вот пусть теперь она посвятит свою жизнь самоанализу.
- Посмотрим, что ты скажешь через лет пять… Жизнь длинная Изи, а одиночество убивает медленно, но верно. Леон, организуйте доставку Изи в родной дом. И, пожалуйста, сделайте всё как нужно.
Мы вышли вместе из палаты. Больше я не сказала ничего Изумруд, а она мне. Я сказала правду, мне было жалко её. Омаров испортил ей жизнь, превратив девочку в чудовище. Изи сама не понимала, что психически не здорова.
- Что с девочкой?
Глава. Семья.
- Ника. – Как только Демид открыл глаза, он произнёс моё имя. До мороза по коже. Как же сильно я люблю его. Беру его руку в свою ладонь. Ещё холодная, он не успел отогреться после операции. – Как ты?
Выглядит обеспокоено, не успел прийти в себя, а уже переживает. Сердце начинает щемить от прилива нежности.
- Всё отлично. – Честно отвечаю ему. – Только за тебя переживаю, ты очень напугал меня.
- Херня. – Усмехается он, сжимая слабо мою руку в ответ. – Я боялся, что не успею найти тебя…
Самый страшный кошмар Демид ожил и стал явью, два года назад он узнал о гибели жены и долгое времени жил с этим, моё похищение навеяло множество воспоминаний.
Но теперь всё позади.
- Ты успел. – Прежде чем позвать всю его семью, я решаю сразу сказать Демиду об Изи. – Пока ты спал, я разобралась с Изи, мне захотелось сделать это лично, так сказать, порадовать своё эго.
Демид вопросительно выгнул бровь, удивляясь моим словам. Было понятно, что новость ему не понравилась.
- Я открыла результат ДНК-теста. Мадина – не твоя дочь, Изи даже не знает кто её отец. – Говорю ему сразу, желая успокоить. Решаю не рассказывать ему ничего про попытки Изумруд зачать, она могла и соврать, а если это правда, то сейчас это не важно. – Она сама придумала инсценировать свою смерть, чтобы сделать тебе побольнее, когда узнала, что ты счастливом в новом браке, решила вновь поквитаться.
- Да, я так и понял. Сука. – Кривится Демид. – Что ты сделала?
- Оправила её обратно в родное поселение. Пусть живёт там в гордом одиночестве без дорогих платьев, шампанского и океана.
- А девочка?
Закусываю губу. Это самая неприятная часть.
- Я не хочу отдавать её в детский дом по понятным тебе причинам. – Ребёнок, выросший в детском доме, никому не пожелает такого. – Но и оставлять с Изи её нельзя, она больная на голову и сломает ребёнку жизнь.
- Оставлять её с нами тоже нельзя. Она никогда не сможет понять этого решения и принять его тоже. – Мягко предугадывает мои мысли Дэм. – Для неё мы всегда будем теми, кто отобрал у неё маму. Когда она вырастет, будет искать Изумруд.
