class="p1">Рис бросает на него раздраженный взгляд и вздыхает.
— Я чем-то разозлил тебя сегодня утром, а ты мне об этом не сказал?
— Нет, — отвечает Феникс, пожимая плечами. — Мне нужно было доказать свою правоту, а ты оказался побочным ущербом. Виноват.
Рис снова поворачивается к Тайер и прижимает ее к своей груди.
— Перестань, любимая. Ты же знала, что я о нем позабочусь. — Его челюсть отвисает, а глаза темнеют. — Я не буду извиняться за это.
— Его язык? — спрашивает она, ее неприязнь очевидна.
— Я дал ему выбор, — говорит он, защищаясь.
— Где Беллами? — спрашивает Роуг у нас за спиной.
— Ей нужно было вернуть книгу в библиотеку, — отвечаю я, и улыбка Роуга становится откровенно хищной. — Она скоро вернется.
В этот момент входит она.
— Привет! О, все в сборе, — говорит она с легкой улыбкой. — Что мы делаем?
— Как раз об этом я и спрашивала, — уныло отвечает Нера, когда Роуг пересекает перед ней дорогу и подходит поцеловать Беллами.
— Мы пришли, чтобы пригласить наших девочек на ужин. — Рис отвечает, гладя по щеке Тайер, которая выглядит совершенно удовлетворенной.
— Ну что ж, развлекайтесь. — Нера говорит, поворачивается на пятках и направляется обратно в свою комнату.
Я хочу остановить ее, сказать, что она должна пойти с нами, но Феникс говорит первым.
— Ты пойдешь с нами, Нера, — объявляет он. Он не поворачивается, чтобы посмотреть на нее, его взгляд прикован к моим губам, которые растягиваются в довольную улыбку.
— Ты хочешь, чтобы я была седьмым колесом на вашем свидании? — спрашивает она с сомнением.
Роуг поворачивается к ней, его рука свободно обхватывает плечи Беллами.
— Если хочешь, можешь привести с собой пару. — Он говорит ей со знающей улыбкой. — У тебя есть кто-нибудь на примете?
— Нет, — отвечает она, покраснев.
— Ты уверена? — спрашивает Рис, глядя на Феникса как на образец невинности. Он возвращает взгляд, прежде чем вступить в разговор.
— Если нет, мы можем предложить кое-кого. Учти, он немного старше…
— Да, — прорычала она, прерывая его. — Я уверена.
Я хмурюсь, переводя взгляд с Роуга на Риса и Феникса, и вижу их одинаково игривые выражения. Такое ощущение, что они в курсе чего-то, связанного с Нерой.
— О чем вы, ребята, говорите? — шепчу я Фениксу.
— Ни о чем, — отвечает он, целуя меня в макушку. — Кроме того, что твоей подруге может понравиться, что они немного старше.
Я сужаю глаза на Неру, пока он говорит. Она встречает мой взгляд, но быстро отводит глаза, не желая продлевать зрительный контакт.
О, я знаю, что это значит. У нее есть секрет, и очень хороший.
* * *
Мальчики дают нам час на подготовку, в течение которого я слышу их препирательства в гостиной, а затем везут нас в шикарный ресторан в Женеве.
Я очень пьяна, когда мы выходим из бара в конце вечера, и чувствую внутри себя легкость, которую хочу удержать навсегда. Я спотыкаюсь, и Феникс ловит меня, когда я смеюсь.
Остальные идут впереди нас к машине, а я обхватываю его за шею и встаю на цыпочки, чтобы поцеловать его.
— Привет, красавчик.
— Как ты так напилась, если выпила всего две Маргариты? — спрашивает он, улыбаясь уголками рта.
— Халапеньо.
— А что с ними?
— Это были маргариты с халапеньо. — Я указываю на них, расслабляясь на нем, и мои глаза медленно закрываются, когда я прижимаюсь к его груди. — Халапеньо, — говорю я, имитируя, как моя рука перерезает горло. — Они меня вырубили.
Он смеется.
— Так вот что, по-твоему, заставило тебя напиться? Халапеньо?
— Не знаю, это надо у них спросить. — Я отвечаю, пожимая плечами.
Трудно говорить, когда его грудь такая теплая, мягкая и манящая. Как будто он сделан из облаков и зефира.
— Ух, ты такой удобный. Как ты можешь быть таким мускулистым, но при этом так идеально подходить для объятий? В чем секрет? — спрашиваю я, слегка нахмурив брови.
Одна рука покидает мою талию и нежно разглаживает мои нахмуренные брови. Я откидываю голову назад, когда он это делает, и смотрю на него.
— Не хмурься, — говорит он, оттирая ее. — А дело, наверное, в небольшом животике, который я набираю благодаря твоей стряпне. — Он благодарно стонет при этой мысли.
Я подпрыгиваю в его объятиях, и он ловит меня одной рукой, а другой обхватывает мои ноги вокруг своей талии.
— О, я не против маленького животика. Мне нравится, когда они немного мясистее. — Я дразню его, прижимаясь губами к его губам.
Его рука сжимает мою задницу, пока он провожает меня до машины. Он отстраняется, и его рот оказывается прямо над моим, когда он спрашивает,
— Кто это «они»?
— Ну, знаешь, — говорю я, пытаясь снова прильнуть к его губам, но он уклоняется от меня. — Парни в целом.
— Назови их, так будет проще, если у меня будет список. — Он рычит.
Я смеюсь и с улыбкой закрываю ему рот, алкоголь развязывает мне язык, когда я отстраняюсь и говорю.
— Ты мне нравишься, знаешь.
Я напрягаюсь, и он тоже. Меня охватывает сожаление, что я сказала ему это вот так, когда я пьяна и вышла из бара.
Его глаза видят выражение моего лица, и он отводит взгляд. Он несколько роботизированно смеется и легонько целует меня в губы.
— Не волнуйся, я знаю, что это текила говорит.
Остальные называют наши имена, прерывая момент. Разговор заканчивается прежде, чем я успеваю сказать ему, что алкоголь не является причиной моего признания. Но, возможно, он не хочет этого слышать. Он ведь никогда не показывал мне никаких намеков на то, что он чувствует, видит ли он, что это продолжается уже долго или нет.
Легко не думать об этом, только когда случаются такие моменты, и я внезапно возвращаюсь к реальности, гадая, когда же он решит, что хочет покончить с этим.
Оказывается, долго гадать мне не придется.
Лимузин отвозит Беллами и Тайер к Роугу и Рису после нашей ночной прогулки, а Феникс возвращается домой со мной и Нерой.
Она навеселе, как и я, поэтому он помогает ей пройти в комнату, а затем возвращается на кухню и готовит мне закуску.
— Ешь, — говорит он, ставя передо мной тарелку, когда я сажусь за кухонный остров.
— Я не голодна. — Я говорю, надувшись, и протягиваю руки, чтобы дотянуться до него.
Он скрещивает руки и опирается бедром о стойку, ухмыляясь мне.
— Я не буду трахать тебя, пока ты не протрезвеешь.
— Ну, в таком случае, — отвечаю я, вгрызаясь в бутерброд с жамбон-бером, который он только что приготовил для меня. Я стону после второго укуса и с энтузиазмом показываю на
