Заххара.
– Есть. Только очень старый. И надо будет кое-что проверить. – Безразличие отступило, сменившись лихорадочным желанием что-то сделать, и немедля. – Но понадобится помощь.
– Будет, – Эрвин стояла неподалеку. – Любая. В наших силах.
А смотрела она все-таки с жалостью.
Тойтек терпеть не мог, когда его жалели, но сейчас сил на злость не осталось.
– Шесть минут, – он ткнул пальцем в часы. – Все равно придется возвращаться.
И уже для Эрвин, которая напряглась, пояснил:
– Там всего около девятисот микрограммов вещества, которое нужно довести до определенной концентрации, чтобы смесь разделить на дозы и заправить одноразовые инъекторы. Здесь этого не сделаешь.
Она кивнула:
– Джас…
– Да понял я уже, – проворчал рыжий, тяжко вздохнув. А потом поинтересовался: – А ты, мужик, как вообще? В процессе не помрешь?
– Не должен, – Тойтек вдруг понял, что улыбается. – Во всяком случае, постараюсь. Но если что, то она знает, как делать вакцину…
– Возьми кнут, – Эрвин нахмурилась. – На всякий случай, а то…
Кнутом оказался парализатор, судя по виду, несколько измененный и вида грозного.
– Мало ли, – будто стесняясь, пояснил рыжий. И прикрыл браслет рукой. – А вы того…
Пиликнул планшет.
– Ну… я пошел, что ли? – рыжий накинул шлем. И воротник поднял. Активировал защиту, отчего серебристая чешуя комбинезона словно вздыбилась.
Получится?
Или…
Время покажет. Вот только Тойтек боялся того, что могло оно показать. Сердце засбоило. И искин кресла пиликнул, предлагая очередной поддерживающий коктейль. Если бы не снотворное в составе, Тойтек пожалуй согласился бы.
Вернулся рыжий спустя пару минут. Пробирки он нес в горсти, осторожно, явно опасаясь раздавить. Хотя этот кварц прочнее алмаза и куда как менее хрупок. А пробки притерты намертво, так что, даже если упадут вдруг, беды не случится.
– Вот…
Обратный путь почти не запомнился. Кажется, усталость взяла свое, и во время подъема Тойтек уснул, чтобы очнуться уже в лаборатории.
– Чего делать надо?
Парень, освободившись из плена комбеза, оказался на диво обыкновенен. Длинный. Тощий. И какой-то нескладный в обтягивающем поддоспешнике из мягкой ткани. Пусть Тойтек и понимал, что микроволоски служат для создания комфортного микроклимата, но… поддоспешник походил на пушистую пижаму.
Он бы рассмеялся, если бы мог.
Но губы слиплись.
И разлепить их получилось с трудом. Кажется, верхняя лопнула, и Тойтек снял каплю крови.
– Материал… – он злился на себя за бездарно упущенное время. А еще голова ныла, как бывает после недолгого сна, который не приносит отдыха, но лишь заставляет сильнее ощущать усталость.
– Я взяла образцы, – Заххара отправила в систему очистки первый инъектор. И выложила в переноску еще шесть. – И запустила на очистку. Ты говорил, что начало будет идентично.
Взяла?
У кого?
Тойтек не чувствует. И раздражение крепнет. И он пытается управиться с ним, только получается плохо. А она понимает и прощает за раздражение, за недоверие.
– Кровь у тебя и Алины. Показатели схожие, к слову… еще спинномозговую жидкость.
Поясница заныла.
А она замолчала и взгляд отвела.
– Менингококк? – Тойтек надеялся, что голос звучит спокойно.
– И он в том числе.
Значит… плохо.
Очень плохо.
Времени не просто мало. Времени нет, и если он, Тойтек, ошибся…
– Система рекомендует рацин в двойной дозе с микабом и еще парой антибиотиков.
– Нет, – Тойтек покачал головой. Стандартный выбор и стандартный протокол, который получился в результате обыкновенного суммирования первичных рекомендаций. И не учитывает, что организм – система тонкая. Да печень после первой дозы ляжет, а вторая и почки добьет. – Надеюсь…
– Не рискнула.
Она отступила. А рыжий стоял и смотрел на них как-то так, что стало не по себе.
– Давай только рацин, у него максимально широкий спектр действия, антимикотики позже, с перерывом как минимум в два часа. Доза… пусть будет удвоенная, сдержит развитие менингококка, с остальным справимся позже.
Тойтек потрогал лоб.
– Температуры нет, – сказала Заххара, хотя он и не спрашивал.
Плохо.
Значит, иммунная система если не отключилась, то на грани, что в общем-то подтверждается анализом крови. Уровень лейкоцитов почти на грани, не говоря уже о полном отсутствии отдельных фракций. И значит, прав был Тойтек, вирус действует не только на сопряженную микробиоту.
Что ж… надо подумать.
Надо…
Свет показался вдруг резким.
– Пусть… идет. Нет. Погоди. Видишь, вон там? – Тойтек указал в угол, на массивный короб, который, как он надеялся, не был пуст. – Этот аппарат нам нужен. Второй синтезатор…
Примитивный, не способный работать с нуклеиновыми кислотами и рядом оснований, но для целей Тойтека сгодится и такой.
– Его нужно проверить…
Каждое слово порождало новую вспышку боли. И значит, инфекция добралась до мозга. С другой стороны, собственно синтез не будет нужен… полный цикл. Понадобятся лишь отдельные элементы, что займет куда меньше времени.
Тойтек поморщился.
– Океюшки… – Джас похлопал по аппарату ладонью.
– Вакцина…
– Я сообщила. Кахрай заберет. Уже организованы пункты…
Он не почувствовал, как игла пробила кожу, острая боль пришла потом, заставив сцепить зубы. А Заххара, убрав инъектор, сказала:
– Я вам еще укрепляющего введу. Изотоник, глюкозу…
– Б-17.
– Второй стимулятор? Это…
– Нужно.
Спорить она не стала…
Глава 43
– Боже, – женщина с лиловыми волосами, заплетенными в две дюжины косичек, этими волосами тряхнула, и косички зашевелились, поднялись змеями. Зазвенели колокольчики в удлиненных ее ушах, а ярко-зеленые глаза прищурились. – Я уже сказала, что отказываюсь! Что вам еще нужно?
Лотта сделала вдох.
И выдох.
Заставила улыбнуться и подавила желание стукнуть эту лилово-яркую дуру по голове.
– Нам нужно сделать прививку вашим детям. И вам.
– Зачем?
– Чтобы вы не заболели.
– Мы не заболеем, – она приобняла хрупкого вида девочку. Мальчишка вздохнул и закатил глаза. – У меня очень здоровые дети. Мы едим натуральные лимонные шкурки.
– Очень за вас рада.
– Мы заказываем их из Арвийского питомника, а там лимоны выращивают по старинной гидропонной технологии. Никаких искусственных стеклянных субстратов!
– Прививки все равно нужно сделать.
– Ма-а-ам… – заныла девочка.
– Прививки – это неестественно, – женщина выпятила губу. – Наши предки обходились без прививок!
– Да пусть идет, дура… – у организованного в ресторане пункта вакцинации выстроилась небольшая очередь.
Пока небольшая.
Но… инъекторов в ящике, переданном Заххарой, было куда меньше, чем нужно, и Лотте было страшно подумать, что случится потом, когда люди поймут, что дело вовсе не в гриппе.
Когда…
– Сам идиот! – женщина подпрыгнула и обернулась. – Между прочим, давно доказано, что прививки разрушают естественный иммунитет…
– Ага, а лимонные корочки…
– Дай руку, – попросила Лотта, и девочка послушно протянула ладонь. – Больно не будет…
Девочка кивнула.
И после прикосновения инъектора руку убрала за спину, а вот мальчишка нахмурился, но… последовал примеру сестры.
– Идите, – со вздохом сказала Лотта женщине, которая увлеченно рассказывала
