переплете одной из богослужебных книг, которые епископ вез с собой, было доставлено в Германию, и в этом письме Патриарх Тихон и митрополит Петр высказывали свое мнение о том, кто из двух претендентов на русский престол, Великий Князь Николай Николаевич или Великий Князь Кирилл Владимирович, является легитимным.
Все это было провокацией ГПУ, в которой активно участвует и Введенский. Тучков указывает митрополиту Петру, что при такого рода действиях с его стороны он, конечно, может рассматриваться как контрреволюционер и подлежит соответствующим репрессивным мерам, которые могут быть не употреблены, если он будет уступчив в переговорах.
Митрополит Петр понимает, что это означает для него неминуемый арест, ибо он не хочет идти на уступки, и 5 декабря 1925 года он пишет распоряжение, в котором на случай своей кончины он назначает себе преемника из четырех возможных кандидатов: митрополит Кирилл (Смирнов), митрополит Агафангел (Преображенский), митрополит Арсений (Стадницкий), митрополит Сергий (Страгородский).
Однако, он понимает, что вероятнее всего – не его гибель, а его арест, который тоже может произойти со дня на день, и 6 декабря он пишет другое распоряжение, в котором назначает себе преемника в случае ареста. И здесь он упоминает трех кандидатов: митрополит Сергий (Страгородский), митрополит Михаил (Ермаков), архиепископ Иосиф (Петровых).
При сопоставлении двух этих распоряжений мы видим, что, считая возможность своей кончины не такой близкой и реальной, как возможность своего ареста, митрополит Петр в первом распоряжении выделяет четырех наиболее авторитетных иерархов, но три из них к этому времени находятся кто в ссылке, кто в тюрьме, и только митрополит Сергий (Страгородский) пока еще на свободе.
Во втором же распоряжении, которое, по его мнению, должно вступить в силу в ближайшее время, он назначает других кандидатов из тех, кто находится в данный момент на свободе, причем, только один из них, митрополит Сергий (Страгородский), фигурирует и в том, и в другом распоряжении как авторитетный иерарх и, одновременно, находящийся пока еще на свободе.
И, действительно, уже 10 декабря митрополит Петр с группой епископов был арестован. Власти в этот момент оказались перед очень заманчивой перспективой. Произошедшее давало им очень большие возможности для маневров.
Итак, митрополит Петр (Полянский) назначает себе преемника. А что это за должность такая «заместитель Местоблюстителя»? Каковы ее права? Вспомните, что Поместный Собор в порядке исключения уполномочил Патриарха назначить себе Местоблюстителя с полнотой патриарших прав. А имеет ли Местоблюститель право назначать себе преемника с полнотой его прав? Возможно, нет, а, возможно, и да, если предположить, что, передавая полноту своих прав Местоблюстителю, Патриарх передавал ему и право назначать себе преемника с аналогичными полномочиями.
Власти очень хорошо просчитали то, что митрополит Петр никак не оговорил полномочия своего заместителя: равны они местоблюстительством или не равны. Значит, возникала возможность вызывать смуту среди архиереев неопределенностью прав Митрополита Сергия или любого другого заместителя Местоблюстителя. Или он просто заместитель с ограниченным кругом обязанностей, решающий текущие дела, или же он полноценный преемник всех прав Местоблюстителя. Власти будут эту карту разыгрывать.
Другой весьма серьезный момент. Ведь наряду с заместителем Местоблюстителя остаются другие Местоблюстители. А если попытаться ввести в церковную жизнь одного из этих двух Местоблюстителей? Между ними, безусловно, возникнет если не конфликт, то, во всяком случае, выяснение отношений. А кто должен возглавлять церковную иерархию: уполномоченный одним из Местоблюстителей заместитель, или уполномоченный Патриархом Местоблюститель? И этот вариант создания церковной смуты власти попытаются разыграть – через конфликт между Местоблюстителем и заместителем Местоблюстителя.
Часть IV
1926–1927 гг
Митрополит Сергий и григориане
Как только митрополит Сергий (Страгородский) 14 декабря 1925 года заявил о том, что он берет в свои руки высшую церковную власть как назначенный митрополитом Петром заместитель, ему тут же было запрещено выезжать из Нижнего Новгорода – так же было проделано с митрополитом Агафангелом в 1922 году.
В это же самое время в Москве была организована группа из девяти архиереев во главе с архиепископом Екатеринбургским Григорием (Яцковским), которая самочинно образовала временный ВЦС, заявивший о том, что, ввиду ареста Местоблюстителя митрополита Петра, отсутствия всех других Местоблюстителей и ввиду отсутствия в Москве митрополита Сергия, этот временный ВЦС берет на себя управление русской церковной жизнью на правах высшей церковной власти. Они подчеркивали, что являются противниками обновленцев и последовательными православными иерархами. Другое дело, что не было ясно, почему вдруг именно эта группа епископов появилась на церковно-политической арене. Впрочем, вскоре все стало разъясняться.
2 января 1926 года этот временный ВЦС получает регистрацию от властей, получает то, чего безуспешно в течение многих лет добивались Патриарх и Синод, чего не добился митрополитом Петр, и что, безусловно, свидетельствовало о заинтересованности властей в деятельности этого самозванного органа. Митрополит Сергий опротестовал действия архиепископа Григория, и архиепископ Григорий предложил митрополиту Сергию на правах рядового члена вступить в этот временный ВЦС.
Тогда, 29 января 1926 года, все еще находясь в Нижнем Новгороде, митрополит Сергий сместил с кафедры и запретил в священнослужении 10 епископов, участвовавших в григорианском временном ВЦС.
Сразу возникает формально-канонический вопрос: если Патриарх не имеет права запрещать епископов в священно-служении, то тем меньше на это прав имеет заместитель Местоблюстителя, ибо епископ не может запрещать других епископов. Однако, были прецеденты, когда Патриарх Тихон запрещал своей властью тех или иных архиереев, но он всегда старался это запрещение проводить как решение Синода, стремился к тому, чтобы его подписывали и члены патриаршего Синода, хотя с Синодом очень сложно было работать в советское время, и не все члены Синода могли участвовать в его работе.
Но здесь ничего подобного не было, патриаршего Синода нет. Казалось бы, уязвимое с точки зрения формально-канонической деяние митрополита Сергия. Но показательно то, что почти все православные епископы поддержали его действие, сочтя григориан ставленниками власти. И последующие события заставили их в этом убедиться.
1 февраля 1926 года группа григорианских епископов посетила митрополита Петра в тюрьме на Лубянской площади. Очевидно, что в такую тюрьму, как тюрьма на Лубянке, простых посетителей не пускают. Туда может пройти либо сотрудник ГПУ, либо связанный с ГПУ человек, либо туда могут привести простого смертного, но уже как заключенного. А здесь произошло то же самое, что произошло после ареста Патриарха Тихона. Это тоже говорило о связях григориан с ГПУ.
Дальше разыгрывался прежний сценарий. Григориане стали убеждать митрополита Петра, что в высшем церковном управлении образовался вакуум, что митрополит Сергий отказывается брать на себя полномочия и даже не приехал в Москву, и
