формулировки, которые оставались памятными на всю жизнь. Достаточно вспомнить его ответ в одной листовке, когда на вопрос — «Кого же надо уничтожить из Царствующего Дома?» — Нечаев дал точный ответ: «Всю великую ектинию». Ведь это сформулировано так просто и ясно, что понятно для каждого человека, жившего в то время в России, когда православие господствовало, когда огромное большинство, так или иначе, по тем или иным причинам, бывало в церкви, и все знали, что на великой, на большой ектинии вспоминается весь царский дом, все члены дома Романовых. Кого же уничтожить из них? — спросит самый простой читатель. — Да весь Дом Романовых — должен он был дать себе ответ. Ведь это просто до гениальности!»{643}
В своей работе «Олозунгах и о постановке думской и внедумской социал-демократической работы», написанной в 1911 году, Ленин писал: «Либеральные дурачки болтают о примере конституционной монархии вроде Англии. Да если в такой культурной стране, как Англия, не знавшей никогда ни монгольского ига, ни гнета бюрократии, ни разгула военщины, если в такой стране понадобилось отрубить голову одному коронованному разбойнику, чтобы обучить королей быть «конституционными» монархами, то в России надо отрубить головы по меньшей мере сотне Романовых, чтобы отучить их преемников от организации черносотенных убийств и еврейских погромов»{644}.
Выступая на I съезде Советов Ленин указывал, что «Николай Романов содержится на льготных условиях»{645}.
21 апреля/4 мая 1917 года Ленин в резолюции ЦК РСДРП(б) указывает: «Мы считаем Вильгельма II таким же коронованным разбойником, достойным казни, как и Николая II»{646}. (Выделено нами. — П. М.)
В сентябре 1919 года в статье «Как буржуазия использует ренегатов» Ленин вспоминал: «На II съезде нашей партии, в 1903 году, возник большевизм, создавалась программа партии, и в протоколах съезда значится, что мысль вставить в программу отмену смертной казни вызвала только насмешливые возгласы: «и для Николая II?» Даже меньшевики в 1903 году не посмели поставить на голоса предложения об отмене смертной казни для царя»{647}.
Уже после убийства Царской Семьи Ленин с одобрением говорит об этом преступлении: «Мы выкинули всю монархическую нечисть как никто, как никогда»{648}.
Ненависть к Императору Николаю II настолько наполняет ленинские творения, что некоторые исследователи склонны даже объяснять происхождение псевдонима Ульянова его стремлением к цареубийству Так, авторы документального фильма «Николай II. Плаха», показанного по 1-му каналу ЦТ в конце 2003 года, считают, что псевдоним «Ленин» был взят Ульяновым по названию маленького городка в Германии — Ленин. Об этом городке написано в 34-м томе энциклопедии Брокгауза и Ефрона в статье под названием «Ленинское пророчество». Вот что там говорится: «Ленинское пророчество — обратившее на себя большое внимание стихотворение, приписывавшееся монаху Герману, XIII в., но сделавшееся известным лишь около 1693 г. Местечко Ленин, где оно, по сказанию, возникло, незначительно. В «Пророчестве» оплакивается гибель дома Асканиев в Бранденбурге и возвышение Гогенцоллернов, из которых описывается каждый правитель, до одиннадцатого включительно; предрекая гибель и этого дома, за которую должно следовать объединение Германии и восстановление католицизма. Лишь для времени до смерти великого курфюрста Л. Пр. совпадает с действительностью; все дальнейшее не имеет никакого сходства с совершившимися событиями»{649}.
Поясним, что из рода Асканиев произошла немецкая династия Ангальт-Цербстских, одна из представительниц которых стала русской Императрицей под именем Екатерины Великой. Авторы фильма считают, что Ульянов взял себе псевдоним «Ленин», потому что стремился уничтожить весь Дом Романовых, так как именно этот город является символом грядущей гибели царствующей династии. В пользу этого предположения говорит также и то обстоятельство, что предсказание касается 11 представителей рода Гогенцоллернов, точно столько же, сколько было убито людей в подвале дома Ипатьева. Правда, в «Ленинском пророчестве» речь идет не об уничтожении дома Асканиев, а наоборот, о гибели их врагов — дома Гогенцоллернов. Далее говорится об объединении Германии и о восстановлении в ней католичества. Какое это имеет отношение к цареубийству, непонятно.
И. Ф. Плотников считает ленинские высказывания первым и самым важным доказательством того, что Ленин является главным организатором убийства Царской Семьи. Он повторяет это упорно, по многу раз на протяжении своей книги: «Как мы видели (и это оспаривать никто не берется), Ленин задолго до революционных событий 1917 года в России, равно как и в их ходе, совершенно определенно высказывался за истребление не только Царя, но и членов Дома Романовых. И здесь не было гипотетичности, революционной запальчивости. Это было продиктовано политической заданностью, посылкой экстремиста»{650}.
Мы все же попробуем оспорить «неоспариваемые» утверждения И. Ф. Плотникова. Сами по себе высказывания, какие бы жестокие и чудовищные они бы ни были, еще не говорят о том, что произносящий их человек стремится воплотить их в жизнь. Особенно это касается политического деятеля, а тем более такого деятеля, каким был Ленин, то есть политического трибуна, агитатора и демагога. Иногда политик, делая какое-нибудь резкое заявление для широкой аудитории, на деле совершенно не стремится его исполнить.
Говоря современным юридическим языком, закон «не предусматривает преследования за так называемый «голый умысел», абстрактную угрозу, не подкрепленную никакими действиями виновного»{651}.
Поэтому, исследуя причастность Ленина к организации убийства Царской Семьи, мы должны будем искать доказательства с его стороны таких действий.
Мы не можем согласиться с мнением И. Ф. Плотникова, что Ленин «все и вся подмял под себя и стал фактическим диктатором. Он забрал дело о Царской Семье в ведение непосредственно им руководимого исполнительного аппарата власти — Совнаркома, в свое личное ведение. По вопросу, который взял под свой контроль Ленин, никто, даже Я. М. Свердлов, не посмел бы действовать «помимо и вопреки»{652}.
Все это, мягко говоря, не соответствует действительности. Как мы могли убедиться, именно Свердлов изначально держал дело о Царской Семье в своих руках. Именно ВЦИК выносил все главные постановления, касающиеся свергнутого Государя. Что же касается Совнаркома, то как раз скорее он являлся ширмой для деятельности Свердлова, а не наоборот.
Не соответствуют действительности и утверждения И. Ф. Плотникова, что Ленин всячески препятствовал переводу Царя в столицу, «на суд». И. Ф. Плотников пишет, что «Ленин напрочь «заморозил» это решение»{653}.
Однако из документов не видно, что Ленин всегда был настроен против перевоза Царя в одну из столиц. Действительно, Ленин был противником перевода Царя в столицы, будь то Петроград (Кронштадтская тюрьма) или Москва, до марта 1918 года. Так, 11 февраля 1918 года Ленин председательствует на заседании Совнаркома, на котором обсуждался вопрос «О передаче Николая Романова в Петроград для предания его суду». Было принято решение: «Поручить Н. Алексееву представить
