Первый порывом Цеппеуша было возразить генералу и сказать, что он не станет прятаться. Но потом перед глазами всплыло лицо матери, уставшее и постаревшее. Это остудило его пыл, хоть и ненамного. Он не превратит страдания матери и сестры в ничто.
— Мы согласны, Абель, — сказал он. Мужчина ответил одобрительной улыбкой.
— Спасибо, дивайн.
«Нет, в нём определённо что-то есть», — подумал Цеппеуш.
2
Ренед Зульден сидел на своём коне, которого покрывала кожаная броня с нашитыми металлическими бляхами. Бадакайский жеребец, увитый мускулами, с прямой спиной и крепкими ногами, был выносливым и сильным, подстать хозяину.
Но в этот раз всадник казался поникшим. Зульден снял металлическую перчатку с правой руки и утёр лицо, на котором обильно проступил пот. После вчерашнего визита незнакомца в голове постоянно шумело. Голос, чёртов голос, как же это плохо. Каждые пять минут мужчина порывался развернуть свою армию, дать отмашку двум другим ренедам, согласившимся помочь ему с захватом города в обмен на неплохие барыши и щедрые посулы незнакомца.
— Зульден, — к нему подступил Анхетар. — Я закончил с землетрясением. Думаю, те разведчики погибли.
Анхетар был рефрамантом-наёмником, и всегда разговаривал с ним, будто хозяин с недалёким слугой. О, Зульден ненавидел рефрамантов. Тараканы с ядом, порча на земле, где должны жить лишь два сословия — простолюдины и властители. Всегда неприятно, когда к тебе приходит какой-то хлыщ и размахивает своей палкой, давая всяческие советы. Втайне Зульден желал, чтобы и Анхетар, и Бардеско сгинули в пучине битвы с Горнилодонами. И всё же приходилось соглашаться с тем, что два мага были крайней полезны.
— Анхетар, существует такое колдовство, которое позволяет разговаривать в чужой голове?
Рефрамант приподнял бровь и внимательно посмотрел на блестящее от пота лицо ренеда.
— Рефрамантия сознания? Нет, это полная чушь. Если бы она существовала, теургиатом бы уже правил тот, кто ей овладел, дёргая за ниточки нужных ему людей.
— Понятно, — от этого ответа Зульден испугался ещё больше. Потому что с ним, кажется, всё именно так и происходило.
Голос в голове. Щедрые посулы.
«Ты не пожалеешь, ренед. Я знаю, ты хочешь вернуть отцовскую землю. Пророк поступил с тобой не по справедливости. Что? Ты боишься его кары за развязывание войны? Не надо. Скоро случится событие, которое заставит дивинат забыть о твоём поступке. На ваши дела никто не обратит внимания. Возвращай отцовское наследие смело. В городе сейчас стоит рота Горнилодонов, так что призови своих друзей, посули им богатства и скажи, что им незачем бояться возмездия».
Зульден едва нашёл в себе силы спросить, почему невидимый собеседник прячется, и тот сослался на какие-то недоработки со Словом, сложность установления связи и энергозатратность.
«Дурь какая-то. Но так соблазнительно вновь взять к рукам Форгунд и Лиару. Отец всегда хотел этого. Так почему бы не попробовать? Почему я должен мириться с несправедливостью?»
Зульден ехал в окружении пятисот пехотинцев — то, что удалось собрать ему и двум его союзникам. Командование над войсками принял он, а товарищи разделят с ним трофеи и получат поддержку во время их собственных походов.
Надев обратно перчатку, ренед скомандовал кавалерии опередить основное войско и разведать местность впереди. Сотня всадников устремились вперёд, поднимая над горизонтом светлую пыль. Они верили своему хозяину.
Анхетар не сводил с ренеда тревожного взгляда.
3
Абель Лейф и сержант Лиск стояли на крыше борделя Авалии. Трёхэтажное здание отличалось крепостью кладки и фундамента, сравнимых лишь с оными у особняка дивайна Сенеха, расположенного в центре Форгунда. Генерал счёл лучшим расположить временный штаб здесь, а не в расположении казарм полка — те могли стать приоритетной мишенью рефрамантов Зульдена, если тому взбредёт в голову нанести удар магией.
Внутри здания стояла тишина. Работниц собрали в одном из помещений обширного подвала. Между ним и ещё несколькими ключевыми точками города, в том числе казармами и портом, пролегали узкие тоннели, сочащиеся влагой и наполненные затхлым воздухом, но всё ещё пригодные для быстрого перемещения и укрытия.
У лестницы стояло несколько солдат. Двое в полных доспехах — ветер колыхал синие плащи, третий в неприметной серой-бурой одежде — в руках клетка с тремя голубями, а на поясе мешок с письменными принадлежностями, клочками бумаги и другими инструментами любого связного. Ещё десяток солдат дежурил в коридорах борделя и у входной двери на первом этаже. Два десятка несли вахту в порту, три — в районе казарм. Ещё сотня была разбросана по всему городу со строгим приказом не начинать бой первыми и держаться от врага подальше, стараясь не попадаться на глаза.
Лиск кашлянул, оторвав Абеля от созерцания городской стены и северных ворот, оставленных распахнутыми.
— Дивайн Сенех и его люди вместе с казной прошли через западные ворота. Сейчас они на пути к керберским шахтам.
— Как дивайн воспринял моё предложение?
— С благодарностью. Понятное дело — ему не хочется терять собственных воинов и тратить сциллитум.
— Инжинарии приготовили сюрприз?
Лиск ухмыльнулся.
— Конечно. Что делать с гражданскими? Боюсь, для них твой план небезопасен.
— Если они останутся дома, то ничего не случится. Ни я, ни Зульден не хотим причинять городу вред. Ренеду нужны Сенех и казна, и мы осторожно проводим его к ним. Без лишних жертв.
— Я уже разослал ребят по домам, чтобы они предупредили гражданских.
— Ты молодец.
— А что, если Зульден решит сначала расправиться с нами, а уже потом спокойно пойти за Сенехом?
— Зульден, конечно, болван, но ему вообще нет смысла сражаться с нами. Это ничего ему не даст. Нет, он пойдёт за казной и своим хозяином, чтобы было чем откупиться от казни в случае неудачи. Это, конечно, не поможет, но боги ему судьи.
Лиск повернулся в сторону лестницы.
— Трейз.
Абель удивлённо обернулся.
— Ого. Как ты понял?
— Он шуршит.
Генерал прислушался.
— Ничего себе. И правда.
На лестнице, ведущей на крышу, раздался шорох и дробный топот. Трейз семенил ногами по ступенькам, обтирая узкие стены просторными рукавами тёмной робы. За ним спешили его телохранители. Поднявшись на крышу, рефрамант велел им ждать у лестницы, а сам подошёл к Абелю и Лиску, опираясь на внушительный посох.
— Привет, Трейз. Ты знал, что при движении создаёшь крысиный концерт?
Пожилой чудотворец сумрачно посмотрел на генерала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
