— Теперь понимаете? — спросил Эш. — Помните: мы можем остаться тут навсегда.
Они станут изгнанниками до конца жизни, но останутся живы. Здесь есть враги, но можно заключить союз с крылатыми людьми, присоединиться к ним. Неожиданно Тревис вскочил. Пошел в каюту, куда они складывали свои находки, нашел пластинку, которая каждому показывала его родину. Он хотел знать: достаточно ли сильно притягивает его прошлое, чтобы рискнуть жизнью.
Он держал пластинку в руках, смотрел в ее туманную глубину. И скоро увидел — красные холмы, поднимающиеся из зеленых сосен, голубое небо — холмы родины. Он почти ощущал вкус щелочной пыли, приносимой ветром, чувствовал круп лошади между ногами. И понял, что должен использовать даже малейшую возможность...
В конце концов все сделали одинаковый выбор. Росс подвел итог:
— Путешествия во времени — другое дело. Мы остаемся на своей планете. Если что-то не получается и застреваешь в глубинах времени — плохо, конечно. Кто захочет бродить рядом с мамонтами, когда привык к реактивным самолетам? Но все же хорошо знаешь, с чем столкнешься. И люди, которых встретишь, принадлежат к твоему виду. Но остаться здесь... Нет, даже если нам предложат роль богов этих крылатых людей! Они не нашего племени, мы здесь туристы, а не иммигранты. А я не хочу быть туристом всю жизнь!
Они последний раз посетили библиотеку записей, перенесли на корабль все катушки, которые казались неповрежденными. Вождь туземцев, довольный духовыми ружьями, разрешил им отобрать все, что понравится, в сокровищнице племени. Он только просил их когда-нибудь вернуться с новыми знаниями. Больше ночных существ из здания с крышей-воронкой они не видели, но, конечно, на ночь корабль закрывали.
— Вернемся ли мы? — спросил Росс, когда Эш пришел со встречи с вождем.
— Сначала доберемся до дому благополучно с трофеями, — сухо ответил Эш, — а потом, конечно, кто-нибудь вернется. Можешь на это рассчитывать. Ну, Ренфри?
Техник выглядел как собственная тень. Морщины измождения, которые, возможно, никогда не исчезнут, окружали его рот, обозначили края усталых глаз. Руки его слегка дрожали, он не мог поднести питьевой контейнер ко рту, если не держал его обеими руками.
— Катушка перемотана, — безжизненно ответил он. — И проволока не порвалась. Завтра я буду готов к старту. А что касается остального — будем молиться. Все, что я могу сказать.
Тревис лежал ночью на своей койке — на своей койке в своем корабле... Шар со всем содержимым перестал казаться чуждым, сравнительно с тем, что за его стенами. На запястье у него поблескивал тяжелый браслет из красного металла, усаженный мелкими камнями цвета морской волны — они изображали волну с пенным верхом. Это подарок вождя туземцев во время прощания. Тревис уверен, что сами крылатые существа не могли изготовить такой браслет. Сколько лет этому украшению? С какой оно планеты, искусством какой забытой расы создано?
Они даже краешком не затронули того, что может быть найдено в этом древнем порту. Может быть, поглощенный джунглями город был столицей галактической империи, как считает Эш? У них нет времени проверять это. Да, когда-нибудь они вернутся. Люди с его планеты будут искать, гадать, узнавать и учиться. А потом, спустя какое-то время, снова поднимется город — может быть, на его родной планете, город — сокровищница знаний, полученных от звезд. Пройдет время, и этот город тоже умрет. И представитель какой-нибудь еще не родившейся расы придет исследовать его... и гадать... Тревис уснул.
Проснулся он внезапно, с ощущением необходимости торопиться. Над головой заработала внутренняя связь.
— Все готово, — послышался усталый голос Ренфри. Должно быть, техник работал всю ночь.
— Все готово.
Есть еще время сказать «нет» этому безумному плану, предпочесть известную опасность неизвестной. Тревис ощутил прилив страха. Уперся руками в края койки, приподнимая тело. Нужно остановить Ренфри, они не должны подниматься в космос.
Но потом он снова лег, заставил себя застегнуть ремни, плотно сжал губы. Пусть Ренфри нажимает нужную кнопку — и побыстрее! Ожидание всегда изматывает. Тревис ощутил знакомую вибрацию, она охватила стены, его тело. Теперь возврата нет. Тревис закрыл глаза и постарался расслабиться.
Глава 17
— Взлет прошел благополучно?
— Пока все хорошо, — ответил другой голос в коммутаторе.
Тревис открыл глаза и подумал, привыкнет ли он когда-нибудь к неудобствам взлета. Он забыл за те несколько дней, что они провели на поверхности, что значит быть брошенным в небо, за атмосферу и тяготение. Но пока лента сработала, и они благополучно взлетели.
Полет их продолжался, и наконец все облегченно вздохнули. Надежда на будущее окрепла.
— Если мы просто повторяем полет, — задумчиво заметил Эш вечером пятого дня, — завтра должны сесть на пустынной планете.
— Лучше было бы пропустить эту остановку, — заметил Тревис. Эта пустыня и ее ночные обитатели вызывали в нем отвращение, как ничто иное во всем фантастическом путешествии.
— Я думаю... — Росс взглянул на вращающееся пилотское кресло, в котором Ренфри проводил все время, когда не спал. — Мы заправлялись на пути вперед. Предположим... только предположим, что запасы горючего кончились.
Ренфри улыбнулся, улыбка его напоминала оскал черепа, кожа плотно обтянула кости лица. Он сардонически показал большим пальцем вниз — жест поражения.
— Тогда все, приятель. Будем надеяться, что наше везение превзойдет все возможные пределы.
На этот раз они опустились в пустынном порту рано утром, когда великолепные огни на горизонте затухали. Взошло солнце, ослепительно ярко отражаясь от поверхности бесконечных песчаных гор.
— Примерно два дня здесь — если мы точно повторим образец.
Ждать два дня в корабле, не будучи уверенными, что он снова взлетит! При этой мысли Тревис беспокойно заерзал. И призрак, вызванный Россом, не покидал их в тесной каюте.
— Пройдемся? — Росс, должно быть, тоже ощущал это — желание быть занятым, отогнать навязчивые страхи.
— Для этого нет особых причин, — спокойно возразил Эш. — Выглянем наружу — днем. Но я думаю, особенно смотреть не на что.
Надев шлемы, они раскрыли внешний люк. Осмотрели просторы, где рисунок дюн постоянно менялся под ветром, но никаких других изменений с их предыдущего посещения. Загадочные закрытые здания по-прежнему прижимаются к земле. В них ни следа жизни.
— Что они здесь делали? — Руки Росса беспокойно двигались по краю люка. — Ведь должна быть какая-то причина для этой остановки. И почему те же существа — люди, животные, не знаю — на другой планете, в здании с крышей-воронкой?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
