— Что они здесь делали? — Руки Росса беспокойно двигались по краю люка. — Ведь должна быть какая-то причина для этой остановки. И почему те же существа — люди, животные, не знаю — на другой планете, в здании с крышей-воронкой?
— Может, там они изгнанники? — спросил Эш. — Это их родная планета, а на других они служили, но их вовремя не отозвали. Или здесь они изгнанники, а там дома? Наверно, мы никогда не получим ответа на эти вопросы. — Он задумчиво разглядывал приземистое здание за ползучими дюнами. — Они, должно быть, живут под землей, а это здание накрывает вход. Может, и на той планете они живут под землей. Когда-то они здесь обслуживали корабли, работали на станции.
— А потом, — медленно сказал Тревис, — корабли перестали прилетать.
— Кораблей больше не было. Должно быть, целое поколение ждало, надеялось увидеть корабли, быть отозванным. Потом они либо погрузились в апатию и застой, либо сознательно начали приспосабливаться к окружению.
— А результат в конечном счете один и тот же, — заметил Росс. — Не думаю, чтобы они очень отличались от тех, в здании с воронкой. А там у них лучший мир для адаптации.
— Подождите! — Тревис внимательно разглядывал местность. Ему показалось, что что-то изменилось по сравнению с тем, что было несколько недель назад. — Вот это возвышение слева, было ли оно в прошлый раз?
Росс и Эш наклонились вперед, глядя на конец здания, куда он указывал.
— Ты прав, это что-то новое, — подтвердил наконец Росс. — И не думаю, чтобы этот выступ был из камня, как все остальное.
Блок, так странно оказавшийся на конце крыши здания, не блестел металлически на солнце. Но и не был тусклым, как камень. В нем было что-то, напоминающее обсидиан или стекло. Насколько они могли видеть, это не вход. Назначение этого выступа — такая же загадка, как и многие другие в этой древней головоломке.
Но так оставалось недолго. Последовало действие, которого наблюдатели из корабля не ожидали. Они видели лучи, которые защищали крышу здания от нападения. Теперь они стали свидетелями применения другого оружия, установленного, по-видимому, строителями этого здания.
Что-то, как хлыстом, щелкнуло о борт корабля. Огненный луч? Поток энергии? Сила, которую земляне не могли ни назвать, ни вообразить?
Тревис знал только, что его швырнуло в глубь корабля, во внутренний люк, и Эш и Росс упали вместе с ним. Тела их прижало к металлической стене, воздух вырвался из легких, мир потемнел.
Тревис лежал на полу, пытаясь вдохнуть, грудь стиснуло болью. Перед его помутившимся взором возникло продолговатое пустое пространство — и еще мучительная боль в теле, сознание, что это пространство нужно закрыть, иначе гибель.
Он вцепился в тело, лежащее у него на коленях, с трудом выбрался из-под его тяжести, пополз к открытому люку. В ушах звенело, голова наполнялась этим звоном, кружилась. Потом он снова увидел блеск солнца и песка.
Вначале он решил, что у него галлюцинации: то, что он видит, не может быть реальностью. Ветра нет, но снизу, с невидимой поверхности непосредственно под шаром, поднимается песок, тонкими, но устойчивыми струями закрывает шар. Песчаная завеса поднимается вертикально, а ветра никакого нет! Невероятно, этого не может быть, но это происходит у него на глазах.
Он приподнялся, закрыл дверь, отрезал песчаную стену, яркий свет солнца, картину, которой не может быть. И в то время, как руки его ощупью закрывали зажимы люка, боль начала стихать. Он снова начал дышать, легкие свободно расширяются. Он повернулся к остальным двоим.
Их налитые кровью посиневшие лица заставили его действовать быстро. Он рывком посадил обоих у стены. Раскрылись голубые глаза Эша.
— Что... — Он слабо произнес только это одно слово, а Тревис занялся Россом.
Из угла расслабленного рта молодого разведчика тянулась тонкая струйка крови. Тревис осторожно потряс его, и Росс застонал. Эш пошевелился и сморщился, прижав руки к груди.*
— Что случилось? — наконец смог спросить он.
— Космические... десантники... высадились... — Росс выговаривал по одному слову. На лице его появилась тень улыбки. — На меня, я думаю.
— Эй, там, внизу! — В бестелесном голосе из коммутатора звучала тревога. — Что у вас происходит?
Хотя стены корабля отрезали солнце, звуки, мир снаружи, внутри начало ощущаться какое-то движение. Как будто по кораблю что-то ударяло. Песчаные стены? Тревис добрался до лестницы, начал подниматься. Он хотел добраться до экрана, теперь их единственной связи с наружным миром.
Ренфри стоял у экрана, недоуменно смотрел на постоянно поднимающиеся стены песка, готовые поглотить корабль. Они погружались в песчаное море, и нельзя было усомниться, что это чье-то сознательное враждебное действие.
— Можем выбраться? — Тревис дотащился до ближайшего сиденья. — Есть возможность взлететь?
Если следовать графику их предыдущего полета, они должны находиться здесь еще ночь и день. Но к тому времени корабль будет погребен так глубоко, что невозможно будет поднять тонны песка. Они будут похоронены заживо.
Ренфри протянул руки к приборам, остановился. Губы его напряглись.
— Это большой риск, но я могу попробовать.
— Оставаться, вероятно, гораздо рискованней. — Тревис вспомнил о двоих оставленных у люка. Их нужно убрать от опасности до старта. — Дай мне пять мнут! Потом взлетай — если сможешь!
Эша он застал на ногах, тот тащил Росса в коридор. Тревис заторопился на помощь.
— Ренфри собирается стартовать, — доложил он.— Нас засыпают песком.
Они уложили Росса на койку, Эш лег на другую, а Тревис едва успел добраться до соседней каюты и лечь, когда прозвучал предупреждающий сигнал. Заработали двигатели. Но на этот раз вибрация длилась дольше, чем обычно. Тревис напряженно ждал, считал секунды...
Вибрация усиливалась, она сильнее, чем в прошлые старты. Корабль раскачивался на основании, движение и звук слились, от этого объединенного действия сводило живот, заглушало мысли, но не страх.
В мгновения мучительной боли рывок. Потом чернота...
Вибрация исчезла, звук исчез, оставались ощущения. Прежде всего чистый ароматный запах оздоровляющего желе, которое в случае необходимости заполняет койку. Тревис открыл глаза. Неужели они улетели с песчаной планеты?
Он сел, раздвигая желе. Оно легко сходило с кожи, с костюма, оставляя ощущение прекрасного самочувствия. Вернулась уверенность, которую он потерял во время испытания. Тревис встал и заглянул в соседнюю каюту.
Росс и Эш еще лежали под дрожащим желе, которое чужаки использовали для первой помощи. Тревис пошел в рубку управления.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
