два храма и процессионная дорога, где они вполне могли проявить свой талант. Каждая гробница частного лица и ма-стаба представляет собой один большой художественный альбом. То же можно сказать и о гробницах в Долинах царей и цариц, а также о принадлежащих фиванской знати. Подобное убранство не было исключительной прерогативой богов и умерших. Живые также стремились к тому, чтобы их окружали произведения искусства. До нашего времени сохранилось совсем немного дворцов и домов, принадлежавших частным лицам, поэтому мы не можем привести множество примеров, однако полагаем, что одного будет вполне достаточно. Каменный пол колонного зала дворца Эхнатона украшало изображение, призванное радовать глаз его обитателей и посетителей, – покрытый ковром из водяных лилий пруд, в котором плавает множество различных рыб и который соседствует с зарослями папируса, рядом с ними пасутся радостные телята, а по небу летают птицы. Стержни колонн обвивают виноградные лозы и вьюнок, поднимающиеся к потолку. Кажется, будто мы находимся в беседке. В Танисе, в, очевидно, довольно скромном доме, я обнаружил фрагменты штукатурки, отвалившиеся от стен и украшенные орнаментом из линий. Египтяне жили в окружении рисунков и росписей, видели их в храмах, и, наконец, те сопровождали их в гробницах.
В искусстве, имевшем столь большое политическое, религиозное и социальное значение, неизбежно существовал ряд ограничений. Вначале египетские художники сомневались, какой из двух видов композиции: разрозненные изображения животных и персонажей или их помещение в горизонтальные регистры – выбрать. Примером первого типа композиции является палетка из Иераконполя, на которой изображен охотник, чья игра на флейте привлекла к нему множество диких зверей. Однако пространство палетки, где изображена военная добыча, привезенная из Ливии, большинства палеток из слоновой кости, датируемых данным периодом, а также палетки Нармера разделено на несколько регистров.
Изображения разрозненных персонажей, больше характерные для восточного, чем для египетского менталитета, не получили в долине Нила широкого распространения. Нам известно незначительное число сцен с подобной композицией, относящихся к эпохам Древнего и Среднего царств, но вновь они стали популярны в период правления представителей XVIII династии, когда в моде было все восточное. Ее в основном использовали для изображения крупномасштабных сцен охоты или сражений. Подобные рельефы встречаются на стенах Луксорского храма и храма в Меди-нет-Абу; менее масштабные изображения, относящиеся к данной категории, можно увидеть на сундуках из гробницы Тутанхамона. Художники, создававшие подобные сцены, не стремились полностью передать панораму. Они не выбирали точку, с которой сумели бы наблюдать все происходящее целиком, а если и делали это, то не очень доверяли своим глазам, видевшим, что люди, предметы и животные, находящиеся дальше, кажутся меньше, чем на самом деле. Все люди, изображенные этими мастерами, одного роста, из-за чего создается впечатление, будто они находятся на одном и том же расстоянии от зрителя.
Нет никаких сомнений в том, что египетские художники предпочитали делить пространство, на котором они планировали впоследствии что-то изобразить, на несколько регистров. Каждый вид деятельности, который необходимо было передать, делился на ряд сцен, в каждой из них участвовало лишь небольшое количество персонажей. В результате каждая сцена естественным образом вытекала из предыдущей, так как все они происходили в одном и том же месте: в поле, в мастерской или на болоте – и через незначительные промежутки времени. В целом изображение одного вида деятельности помещалось в один регистр, а между регистрами располагались вертикальные линии. Однако это правило соблюдалось не всегда.
Все древнеегипетские художники черпали вдохновение из мира природы. Длинные низкие горизонтальные линии скал, граничивших с долиной, влияли на архитекторов, отвечавших за строительство храмов и дворцов, общая планировка которых гармонировала с окружающим ландшафтом. Любой, кто направится в сторону пустыни, увидит пирамиды, лежащих львов или лица статуй. Так как египетский ландшафт был полностью плоским и его пересекали каналы настолько узкие, что в них не могли разойтись две лодки, а также дороги, ширина которых позволяла пройти только одному человеку или животному, художники стремились огранизовывать изображаемых ими персонажей в процессии. В небольших городах улицы также были настолько узкими, что о них не удавалось составить общее представление. Человек, проходивший мимо ряда лавок, не мог увидеть одновременно больше одной или двух из них.
Египетские художники не придавали значения заднему плану своих произведений. Многочисленные люди с подношениями, символические персонажи, группы божеств, стада животных двигаются будто в каком-то вакууме. Однако в некоторых случаях (если она была необычной или необходимой для изображения того или иного вида деятельности) художник был просто обязан обратить внимание на обстановку. В качестве примера можно привести сцены охоты. Они происходят в пустыне, изображавшейся с помощью длинной волнистой линии и то тут, то там встречающихся пучков растений с густой листвой.
Заросли папируса, в основном фигурирующие в сценах охоты и рыбной ловли, могли достигать верхней части стены. Под ними находилась вода, обиталище рыб и водоплавающих животных, таких как крокодил, гиппопотам и мангуст. По ней скользят лодки с охотниками и рыболовами. Наверху, в соцветиях папируса, птицы пытаются отбиться от животных, таких как генета, ихневмон и дикий кот, лезущих вверх по стеблям, чтобы напасть на гнезда. Поверхность воды, изображавшейся в виде прямоугольника синего цвета, сверху донизу изрезанного черными ломаными линиями, приподнята, из-за чего создается впечатление, будто перед нами изображение твердого предмета, а рыбы и другие водоплавающие животные прикреплены к нему. Египетские художники не стеснялись сочетать в одном изображении горизонтальные и вертикальные линии. Ножки стула или кровати изображались в анфас, а сиденье или циновка – таким образом, будто мы смотрим на них сверху. Если мастер хотел изобразить скотный двор, окруженный забором, то для обозначения последнего использовал ряд вертикальных черточек. Помимо всего прочего, для изображения самого прямоугольного скотного двора использовался вид сверху, причем таким образом, чтобы были видны расположенный в центре пруд и канавы. Работников и скот помещали над этим прямоугольником.
Перспектива искажает предметы – из-за нее те из них, которые расположены дальше, кажутся меньше и даже их форма может выглядеть другой. Круг превращается в овал, а квадрат – в ромб. Египетские художники не признавали этого. По их мнению, облик людей и животных не изменяется, и они ревностно придерживались этого правила. Рост всех изображенных людей был одинаковым, как бы далеко они ни находились от зрителя. Те, кого выделяли из общей картины и изображали крупнее, заслужили это благодаря своему высокому социальному статусу. К примеру, этой чести удостаивались боги, цари и вельможи. Животных, как правило, изображали сбоку, чтобы их легче было узнать. Это не значит, что все они находятся на одном месте. Птиц могли изображать летящими
