— кивнул он.
— Вы не знаете, почему её закрыли?
— Думаю, вам лучше спросить это у той женщины, — посоветовал он и вышел.
Вот, конечно, и поговорили. Да, на такие людей, как Дерек или Кондрат обаяние Дайлин почему-то не действовало или же у них была крепкая выдержка, чтобы не показывать этого. Даже немного обидно что ли. Интересно, а ей бы удалось растопить такую неприступную глыбу льда, как они?
Его маленькая помощь заставила её немножко, но посмотреть на этого человека под другим углом. Да и помощь лишней не будет, они здесь были чужими, тыкались, как слепые котята, а тут хоть понятно что и где искать. Поэтому, когда Кондрат вернулся, Дайлин уже не было на месте, осталась только книжка по истории такая же пыльная, скучная и никому не нужная.
Но Кондрат не беспокоился о Дайлин, в ратуше с ней вряд ли что-то произойдёт. Он разложился на столе, расстелив карту, как раз придавив один из краёв книгой по истории. Вместе с ней шла и прикладная документация. Кондрат лишь мельком просмотрел её.
Здесь большая часть была посвящена тому, как они копают, какие материалы для подпорок используют, сколько рабочих часов у каждого шахтёра и прочая информация, не очень информативная для Кондрата, типа класса добываемой руды с какими-то примесями. Несчастных случаев на шахте было достаточно, что не удивительно при местных техниках безопасности, но все проверки пройдены, и разве что отмечены были только подтопления, но не более. Ничего странного и страшного. Почему закрыли? А вот по этому поводу здесь ничего не было.
Что касается самой шахты, то она уходила значительно вниз и судя по плану, её действительно потапливало в некоторых местах. Однако можно было добраться до самой нижней точки, большого зала, откуда исходило несколько коротеньких туннелей. Это по правому туннелю. Тот, что левый, затопленный, выходил в естественную полость, и там же заканчивался.
Короче, можно было пролезть глубже при желании, и Кондрат это сделает. Дайлин думала, что он наугад тыкается, но… кости, река, шахта, которую открывали и закрывали пару раз. Ну выглядит же подозрительно, верно? Ещё и владельцы злополучная семья баронов, которые сгорели в собственном доме. Он же не приплетает подозрительного юриста или завод, верно? Да и баронов к костям не приплетает, хотя совпадение странное.
Кондрат вырвал чистый лист из документации к шахте и быстро накидал план от руки, после чего вернул карту обратно. Теперь было время немного прогуляться. Только надо было найти Дайлин для начала, куда она там убежала?..
* * *
Пещера пахнула им в лицо влажной прохладой и затхлостью с привкусом металла, едва они заглянули туда. Будто тьма приветствовала их. Кондрата это вообще никак не тронуло, по крайней мере, вида он не подал, а вот Дайлин поёжилась перед раскрытым зевом пещеры. Темнота плохо на неё влияла. Даже не сама темнота, а то, что в ней может прятаться. Какие-нибудь злые духи, чудовища, да мало ли? И чем больше она думала об этом, тем краше рисовало сознание в темноте всевозможных чудовищ, которые уже обнажили свои клыки, чтобы…
— Кондрат! Что там⁈ — шепнула, почти пискнула она за его спиной, указав пальцем вперёд.
— Где?
— Впереди!
Он сделал несколько шагов вперёд, приподнял лампу и… в свете блеснуло стекло старой масляной лампы, которая висела на костыле в одной из подпорок.
— Ничего, что надо бояться, — ответил он спокойно. — К тому же, надо бояться в первую очередь не тому, что впереди, а что остаётся за спиной.
— Это почему? — поёжившись, оглянулась она.
— Потому что вперёд мы смотрим, а вот назад нет. Кто знает, что кто идёт следом.
— Ну спасибо, Кондрат, успокоил… — пробормотала Дайлин, теперь уже с опаской глядя назад.
А вот Кондрат и ящерица чувствовали себя вполне спокойно. Дойдя до развязки, они свернули в правую шахту и начали спуск. Ничего необычного, просто стены, пронизанные прожилками, которые паутиной расходились по стенам и потолку.
— Так что насчёт шахты? — спросил Кондрат, возвращаясь к разговору, который они вели до этого.
— Что?
— Ты говорила о том, что линия фронта была гораздо южнее, и здесь боёв не было, после чего начала про шахту рассказывать…
— А, да… — Дайлин тряхнула головой, собираясь с мыслями. — Короче, та женщина из отдела кадров, сказала, что эта шахта очень старая. В какие-то давние времена это была священная пещера. Местные верили, что именно в ней жили все духи мира, от лесных до небесных и даже загробных. Они чтили это место, приносили всякие подношения и так далее…
— Жертвоприношения? — сразу спросил Кондрат.
— Нет, про них она не говорила. Но суть в чём, эти места были священны, особенно пещера, но потом, с приходом южной империи, здесь начали разрабатывать месторождения железной руды.
— И местные разрешили?
— Никто их не спрашивал. Построили тут шахту, начали добывать руду, чем разгневали духов. И те якобы прокляли это место.
— И в чём заключается проклятие? — поинтересовался Кондрат.
— Я не знаю. Но она рассказывала, что людей, которые в ней работали, проклятие рано или поздно доставало, и те умирали в страшных муках. Умирали типа даже не только те, кто там работал, а целые семьи. Такое продолжалось некоторое время, после чего люди начали бояться к ней даже приближаться, из-за чего выработку закрыли. Но потом война, эти территории отходят нашей империи, и шахту вновь открывают и начинают добывать железо. А проклятие никуда не делось, и люди начали вновь якобы гибнуть из-за этого, почему её опять закрыли.
— А потом попытались открыть, но отказались от этой идеи, — подытожил Кондрат.
— Именно.
Конечно, это не та история, которую стоит рассказывать во тьме той самой пещеры. Дайлин с опаской огляделась по сторонам. Теперь ей казалось, что те самые духи, особенно загробного мира пристально наблюдают за ней, смотрят прямо в спину…
Дайлин обернулась… и никого, только непроглядная тьма за кругом тусклого света масляной лампы.
— Думаешь, проклятие реально есть?
— Люди всегда придумывают подобные объяснения тому, что не могут понять, — ответил он.
— Но эти смерти все и так далее? Не из воздуха же берутся, верно?
— Мы не знаем, что здесь происходило, — после недолгой паузы ответил Кондрат. — Здесь явно не сильно заморачиваются правилами безопасности, и я не удивлюсь, если за год здесь набиралось
