Душераздирающие вопли не прекращались. Кристабель отчаянно трясла головой, тело ее выгибалось в конвульсиях.
Джеган лениво обгладывал ножку и запивал вином. Никто не произнес ни слова, пока он не покончил с мясом и не потянулся за виноградом.
Наконец Улиция не выдержала:
– Когда она умрет?
– Когда умрет? – выгнул бровь Джеган, Откинув голову, он гулко расхохотался. Никто в зале даже не улыбнулся. Мощное тело императора сотря салось от смеха. Тоненькая цепочка на щеке подрагивала. Наконец он успокоился.
– Да она умерла прежде, чем коснулась пола!
– Что?!. Но она же... Она же еще кричит!
Кристабель внезапно умолкла.
Грудь ее не вздымалась.
– Она умерла мгновенно, – снизошел до объяснения Джеган. Не сводя кошмарного взгляда с Улиции, он медленно улыбнулся. – Тот клин, о котором я тебе уже говорил. Такой же, что я вбил в ваш разум. Это кричала ее душа. В мире мертвых. Похоже, Владетель здорово недоволен этой сестрой Тьмы.
Джеган воздел палец, и Кристабель снова с криком забилась.
– И когда... – Улиция с трудом сглотнула. – Когда это прекратится?
Джеган облизнулся.
– Когда ее сожрут черви.
Улиция почувствовала, как у нее задрожали колени, и ощутила, что остальные пятеро сестер готовы завопить от ужаса, как вопит Кристабель. Да, если им не удастся восстановить власть Владетеля в мире живых, месть его будет ужасна!
Джеган щелкнул пальцами.
– Слит! Эрис!
На стене мелькнуло светлое пятно. Улиция ахнула, когда словно из камня материализовались две фигуры в плащах.
Два покрытых чешуей существа скользнули к столу и поклонились.
– С-слушаем, с-сноходец.
Джеган ткнул толстым пальцем в корчащуюся на полу женщину.
– Бросьте ее в колодец.
Мрисвизы, отбросив плащи за спины, наклонились и подняли дергающееся в конвульсиях тело женщины, которою Улиция знала более ста лет, женщины, которая многим ей помогла и была послушной исполнительницей воли Владетеля. Кристабель должна была быть вознаграждена за свои старания. Они все должны были быть вознаграждены.
Когда мрисвизы унесли труп, Улиция поглядела на Джегана:
– Чего ты от нас хочешь?
Джеган поднял руку и жестом велел одному из солдат подойти.
– Эти шестеро принадлежат мне. Окольцуй их.
Коренастый солдат, с ног до головы увешанный оружием, поклонился. Подойдя к ближайшей из сестер, которой оказалась Никки, он грязными пальцами бесцеремонно оттянул ей нижнюю губу. В голубых глазах Никки плескался ужас. Улиция вскрикнула одновременно с ней, благодаря связи почувствовав боль, когда тупое ржавое шило проткнуло Никки губу. Солдат деловито сунул шило за пояс и достал из кармана золотое кольцо.
Зубами разжав его, он оттянул Никки губу, вставил кольцо в рану и, тоже зубами, соединил концы.
Солдат подошел к Улиции в последнюю очередь. К этому времени она уже едва стояла на ногах, прочувствовав на себе все, что испытали другие. Солдат оттянул ей губу, и от боли из глаз Улиции брызнули слезы.
Джеган, с усмешкой глядя на стекающую по подбородкам сестер кровь, вытер рукой жирные губы.
– Теперь вы мои рабыни. Если вы не дадите мне повода вас убить, я найду вам дело в Дворце Пророков. А когда Ричард Рал станет мне больше не нужен, может быть, даже отдам вам его на растерзание.
Он снова пристально поглядел на них, и Улиция невольно затаила дыхание. В черных омутах его глаз не осталось ни малейших признаков веселья, лишь смертельная угроза.
– Но сначала я должен закончить урок.
– Мы все уже поняли, – поспешно заверила его Улиция. – Пожалуйста... У тебя нет оснований сомневаться в нашей верности.
– О, я это прекрасно знаю, – прошелестел Джеган. – И все же урок еще не закончен. Это было только начало. Но продолжения вам не придется ждать долго.
Улицию колотила дрожь. С тех пор как Джеган впервые появился в ее снах, жизнь превратилась в сплошной кошмар. Должен же быть способ покончить с этим!
Беда была только в том, что ей ничего не приходило в голову. Она представила себе, как возвращается во Дворец Пророков, облаченная в эту прозрачную одежду, возвращается рабыней Джегана.
Джеган поглядел куда-то за ее спиной.
– Вы, ребята, все хорошо слышали?
Улиция услышала голос капитана Блейка, подтвердившего, что да, слышали. И застыла. Она совсем забыла о тридцати моряках, стоящих позади нее.
Джеган жестом велел матросам приблизиться.
– Утром вы можете отплывать. Но я подумал, что на ночь вам, возможно, понадобятся эти шесть дам.
Сестры Тьмы замерли.
– Но...
Взгляд кошмарных глаз заставил Улицию замолчать.
– Отныне, если вы посмеете прибегнуть к магии без моего позволения, даже для того, чтобы вылечить насморк, вас постигнет судьба Кристабель. В ваших снах я дал вам лишь немного прочувствовать то, что я могу с вами сделать наяву. Что сделает с вами Владетель, если вы умрете, надеюсь, тоже вам ясно. Вы в шаге от смерти. И на вашем месте я бы очень внимательно смотрел, куда ставить ноги.
Он вновь обратился к морякам:
– На эту ночь они ваши. Имея представление об этих женщинах из их снов, я полагаю, у вас с ними остались кое-какие счеты. Можете делать с ними все, что хотите.
Моряки радостно загалдели.
Улиция почувствовала, как чья-то рука ухватила Эрминию за грудь, как кто-то оттянул Никки голову за волосы и развязывает ей корсет. В это время третий матрос сунул руку ей самой между бедер, и она не удержалась от крика.
– Но есть небольшие правила. – сказал Джеган, и моряки замерли. – И если вы их нарушите, я вас скормлю рыбам.
– Что это за правила, император? – спросил один из матросов.
– Убивать их вам запрещается. Они – мои рабыни и принадлежат мне. Я хочу получить их утром в достаточно сносном состоянии, чтобы они могли мне прислуживать. Это означает – никаких сломанных костей и прочего членовредительства. Вы их всех между собой разыграете. Я знаю, что произойдет, если позволить вам выбирать самим. А я не хочу, чтобы хоть одна из них избежала вашего внимания.
Матросы со смехом согласились, что это действительно будет справедливо, и пообещали соблюдать правила.
Джеган вновь обратил свое внимание на шестерых сестер.
– У меня огромная армия, а шлюх в окрестностях маловато. От этого мои солдаты пребывают в скверном расположении духа. И до тех пор, пока я не определю вам другие обязанности, вы будете ублажать их ежедневно. Четыре часа на отдых, и скажите спасибо, что у вас мое кольцо на губе. Это не даст им вас убить.
Сестра Цецилия, невинно улыбнувшись, развела руки.
– Император Джеган, твои солдаты молоды и сильны. Боюсь, им будет мало удовольствия от такой старухи, как я. Мне очень жаль.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
