На моё счастье, костюм Великого князя оправился от шока после побоища в Мэлоре и ожил. Живая одежда быстро избавилась от лишней воды и приятно массировала забитые перегрузкой мышцы. Мысленно поблагодарив создателей костюма за работу, я стал удаляться от лагеря по спирали, выискивая следы погони. Я несколько раз пересекал лесные тропы, но не обнаружил свежих человеческих следов.
Убедившись в безопасности лесного лагеря, я направился к просёлочной дороге, ведущей к Мэлору, и только чудом не столкнулся с отрядом имперцев, который шёл по нашим следам. В отряде преследователей я насчитал десятерых «зелёных призраков» и двух имперских магов. В арьергарде этой компании плелись трое обкуренных смертников с пустыми, как у зомби, взглядами. Ауры магов и воинов оказались скрыты защитными амулетами, и поэтому я не смог обнаружить отряд на безопасном расстоянии. Один из магов нёс перед собой какой-то ящик, размером с коробку из-под ботинок, и постоянно сверял по нему направление движения. Моя аура тоже была скрыта магией, я полностью изолировал её от окружающего мира магическим коконом, хотя тот и жрал Силу, как паровоз дрова.
Быстро просчитав варианты, я решил затаиться в кустах и пропустить погоню мимо себя, а затем ударить заговорщикам в спину. Мне требовалось сразу покончить со смертниками, а уже потом добивать оставшихся воинов. Имперцы медленно прошли всего в двух шагах от засады, и я услышал странный разговор между магами:
– Далин, мы тут уже два часа круги нарезаем, а ты всё время говоришь, что мы на верном пути.
– Да я сам толком ничего понять не могу! Чёрт его знает, может, поисковый прибор барахлит или этот Ингар тоже кругами бегает, чтобы сбить нас со следа. Только что сигнал был чёткий, а затем вообще пропал. Может быть, этот урод снял княжескую корону и зарыл её глубоко в землю, поэтому сигнал такой неустойчивый?
Услышав этот диалог, я сразу поменял свой план и решил взять магов живыми, чтобы вытрясти из них полезную информацию.
Дождавшись момента, когда смертники отошли от меня на безопасное расстояние, я погрузился в транс и пристрелил их из лука, стараясь попасть в головы. Мне повезло, и ни одна стрела не ушла в «молоко». Смертники практически одновременно свалились замертво, но огненного взрыва не последовало. Я продолжил «избиение младенцев» и практически уничтожил отряд, в живых остались всего трое воинов и оба мага. Имперцы наконец поняли, что их убивают, и «зелёные призраки» мгновенно растворились в придорожных кустах. Маги оказались не такими шустрыми и свалились на землю, получив по стреле в ногу. Я не применял магию, чтобы случайно не пришибить будущих пленников, и помчался к раненой добыче сломя голову. Побоище заняло всего несколько секунд, поэтому маги так и не поняли, что происходит, и не оказали сопротивления.
Я оглушил мага с коробкой ударом кулака, а второй пленник, к несчастью для себя, увернулся. Результат получился анекдотический: «Хотели дать пинка под зад, да я увернулся, и мне прилетело в рожу». Вместо лба мой кулак угодил магу в висок, и тот мгновенно отдал концы. Время утекало, как вода сквозь пальцы, а мне очень не хотелось дождаться, когда «зелёные призраки» очухаются и сядут мне на хвост, поэтому я решил сделать ноги.
Взвалив выжившего мага на плечо, я подобрал его коробку и рванул в чащу, как скаковая лошадь. Пленник достался мне тощий и не особо обременял своим весом, но коробка мешалась, как хлебная крошка на простыне.
Для профилактики мне пришлось усыпить пленника магией, чтобы он, придя в сознание, не начал бузить.
Примерно через час я притащил свою добычу в лагерь и сразу отправил Алдара охотиться за уцелевшими «зелёными призраками». У меня не было сомнений, что они уже идут по моим следам, а эльфийские стрелы станут для них очень неприятным сюрпризом. Первым делом я вытряхнул мага из одежды, затем содрал с него все защитные амулеты и только после этого приступил к допросу. Викана и Эланриль сразу накинулись на меня с расспросами, но я отогнал женщин в сторону, чтобы не стояли над душой.
Маг сладко спал, не подозревая о своей незавидной участи, но его судьба меня не волновала. Конечно, князь Ингар маньяк и убийца, но первыми начали резню заговорщики, и плакать над каждым выпотрошенным трупом я не собирался.
Беглый осмотр не обнаружил в голове пленника никакой изощрённой защиты от вторжения, однако я провёл сканирование мозга со всей тщательностью. Мне удалось обнаружить всего два простеньких блока на сознании мага, которые не представляли для меня проблемы. Похоже, после уничтожения магической академии у имперцев наметился серьёзный дефицит грамотных специалистов по магической защите информации.
Взломав защиту, я быстро скачал из подсознания пленника нужную мне информацию и привалился спиной к дереву. Маг не был посвящён во все тайны заговорщиков, но основные планы ему были известны. После уничтожения магической академии и верхушки имперских магов я наивно решил, что убил гидру, но всё оказалось не так просто, как бы мне хотелось. На региональном уровне уцелело много магов-практиков, которые занимались повседневными делами на местах. Может быть, они и не были сильны в магической теории, но в реальном бою оказались намного опаснее кабинетных интеллектуалов. Наиболее сильные из выживших магов быстро заняли освободившиеся вакансии в магической иерархии и восстановили разрушенные связи во властных структурах.
Пока я почивал на лаврах, вся эта братия готовила заговор, в котором участвовали практически все маги Геона вне зависимости от страны проживания. Среди окружения Саадина и Тита Флавия было достаточно участников заговора, но до поры до времени они не знали о планах заговорщиков.
Когда заговор перешёл решающую фазу, главнокомандующий имперцев решительно отказался ввязываться в эту авантюру, но магам были хорошо известны эффективные способы убеждения несогласных. Семью Тита Флавия за две недели до бала опоили медленным ядом, и тот вынужден был согласиться на участие в заговоре в обмен на противоядие.
Саадина втянули в заговор всего за три дня до бала по очень похожей схеме. Правда, в действиях заговорщиков присутствовали и некоторые отличия, связанные с личными качествами халифа. Заговорщики не тронули гарем Саадина и его многочисленных отпрысков, а отравили самого Саадина и его мать. Повелитель правоверных не был трусом и относился к смерти как к воле Аллаха, но трепетно любил свою мать, вот на этом его и подловили. Только благодаря этим обстоятельствам я не замечал странностей в поведении Саадина и моя паранойя вовремя не забила тревогу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
