нравы её населения. Гельсингфорсский университет — умственное отечество всего многочисленного образованного класса Финляндии. Он — его мысль, его дух. Воспоминания о нем объединяют пасторов, чиновников, врачей, многих купцов, помещиков и литераторов. Из Або университет перевели в Гельсингфорс. Нахождение университета в центре края и в средоточии высшего управления Финляндии подняло особенно национальное значение университета. «Финляндский университет по всей справедливости может быть назван университетом края — не только потому, что он является единственным во всем крае, но и потому, что в нем, из поколения в поколение, бьется пульс культурной жизни Финляндии, потому что в нем, как в оптическом фокусе, сходятся лучи духовной жизни народа, чтобы затем вновь разойтись по разным направлениям, все освещая и согревая на своем пути. Сыздавна финляндцы окружали свою «aima mater» любовью и уважением. Эти чувства находят себе наиболее яркое и трогательное выражение в особенности на торжестве магистерских промоций, происходящих через каждые три года. Само собой понятно, что влияние, оказываемое университетом на общественное мнение края, очень велико». В России университетский юбилей — праздник для незначительного относительно кружка питомцев, в Финляндии — это праздник всего общества. В России университет — «aima mater» бывших и настоящих студентов, а в Финляндии он — «aima mater родины. Особенно большое значение придавалось «академическому гражданину» в то время, когда не было свободы чтения, свободы печати, свободы собраний; тогда студент являлся передатчиком идей, «электрической проволокой», сообщавшей о влиянии времени, о чувствах народного сердца, тогда он был «выразителем интимнейших и тончайших чувств нации».
Во главе университета стоит особый канцлер. Ближайшее заведование всем внутренним распорядком вверено консистории, в которой председательствует вице-канцлер. Кроме того, имеется особая дисциплинарная комиссия с отдельным юрисконсультом. Диссертации представлялись большей частью на шведском, а с 1858 года также и на финском языке, хотя не воспрещается писать их по-латыни, или на одном из новых иностранных языков. В 1868 году введена была снова популярная между студентами группировка по землячествам, коих всего шесть, по числу областей края: Нюландское, Саволакс-Карельское, Тавастландское, Западно-Финское, Выборгское и Эстерботническое. Каждое землячество подчинено особому инспектору из числа профессоров и куратору. Студенческие землячества обязаны следить за поведением своих членов и даже уполномочены налагать, в случае надобности, на провинившихся наказание. Финляндские студенты пользуются также правом постановлять на общих собраниях решения по вопросам, затрагивающим их корпоративные интересы.
Прилив молодежи в университет значительно усилился со времени открытия в стране большего числа средних учебных заведений и с ростом культурного развития Финляндии в течении последних десятилетий. Поступление первой студентки в финляндский университет относится к 1870 году. Общим объединяющим учреждением для финляндского студенчества служит так называемый студенческий дом, построенный частью на добровольные пожертвования, поступавшие со всех концов Финляндии, частью на суммы, вырученные самими студентами с литературных вечеров, концертов и т. п. Красноречивая надпись на фронтоне студенческого дома «spei suae patria dédit» как нельзя лучше характеризует историю его возникновения. Это здание было торжественно освящено 26 ноября 1870 года. Из Гельсингфорсского университета финляндцы сделали не только высшее учебное заведение, но также и учреждение политическое и патриотическое. К голосу университета всегда внимательно прислушивался «весь народ». Университет стоял как во главе национального движения, так и во главе других движений, бывших в крае. Только с возобновлением сеймов уменьшилось несколько политическое значение университета, уменьшилось, но не прекратилось. Самая агитация в пользу сеймов началась в университете; в его стенах дебатировались все важнейшие политические вопросы дня. На маевке 1848 года университет установил пение в Финляндии своего «гимна», вместо русского, С университетской кафедры велась самая горячая пропаганда теории об унии Финляндии с Россией. Университет дал краю общественных деятелей. Студенческие землячества «нередко дебатируют вопросы, имеющие общественное значение»; во время летних каникул землячества устраивают, каждое в своей губернии, празднества, которые не обходятся без политики, без пропаганды партийных интересов и «государственного» учения, без патриотических воззваний, воинственных песен и т. п. К каникулярным университетским курсам также примешивается доза политики. Словом, если одну часть года университет уделяет науке, то другая занята политикой всевозможных видов и оттенков.
Время графа. Адлерберга, как и ранее правление графа Берга, не обошлось без «истории» в стенах университета. В апреле месяце 1869 года генерал-губернатор жаловался, что студенты Нюландского отделения, приняв поднесенное им некоторыми дамами знамя, носили его во время прогулки по улицам Гельсингфорса. Несколько раньше студенты в полном составе также появлялись со своим знаменем. Граф Армфельт, докладывавший канцлеру университета, Государю Наследнику, дела по высшему учебному заведению, склонил Его к убеждению, что в этом нет ничего дурного и вместо запрещений лучше дозволить употребление знамени. Наследник Цесаревич велел уведомить вице-канцлера, генерал-лейтенанта Индрениуса, чтобы он дружески посоветовал студентам не носить знамен публично, кроме случаев, имеющих исключительное значение для университета. Его Императорское Высочество полагал, что местные корпорации тем охотнее исполнят Его желание, что подобные знамена не употребляются в империи студентами и пользование ими может повлечь лишь к неприятным последствиям. Однако, предварительно исполнения, проект такого отношения был Наследником представлен Государю, который не одобрил его, и знамя, вышитое для студентов дамами, было возвращено.
В феврале 1870 года студенты произвели довольно невинную демонстрацию в пользу свободы слова, желая вместе с тем выразить неудовольствие лицу (с.с. Арппе), стоявшему во главе главного управления по делам печати. По окончании бывшего в городе карнавального катания, они, группой в 100 человек, отправились по очереди к редакциям трех местных газет, где пропели «Вортланд», и прокричали: «ура» и «да здравствует независимая печать». Вечером они собрались в ресторане нового шведского театра. Здесь шведский подданный, по просьбе многих присутствующих, произнес речь, в которой весьма деликатно осудил поступок, выходивший за пределы законности. Он сказал, между прочим: жил был крестьянин; по его земле протекала река; каждую весну она выходила из берегов, опустошала его участок и уничтожала его труд. Тогда он ввел воду в канаву и построил около неё мельницу. Вода текла по указанному направлению и больше не опустошала окрестностей, а работала для хозяина, для других и для общества. Так происходит все и в общей жизни; давление может быть сильным и благодатным лишь тогда, когда оно будет обуздано формой, когда оно течет в маленькой канаве, а не выходит из берегов. Требования, предъявляемые к членам единственного учреждения для высшего образования в Финляндии, очень высоки; но Александровский университет должен мочь и желать всего истинного, всего доброго, всего справедливого, желать все это с силой и мощью молодости, с мощью, которая не выходит из берегов и не опустошает, как весенний разлив, хотя обладает большей
