В декабре Альфред Чен преподнес президенту ULSI шокирующий "сюрприз". Он показал Хвангу копию документа, именуемого "плановая спецификация" на 387-й с пометкой "Intel секретно". Эта спецификация являлась ранней версией чипа. За ней последовала другая версия, реализованная в производстве, и содержащаяся в ней ключевая информация была опубликована Intel в специализированном журнале. Но Хванг, понимая, что не может сквозь пальцы смотреть на наличие документов Intel в помещении ULSI, немедленно позвонил своему адвокату. Алан МакФерсон долго не раздумывал: он сразу же забрал документ и, убедившись, что в здании нет больше ничего, принадлежащего Intel, приступил к изучению обстоятельств его появления.
Все это, конечно, выглядело не лучшим образом. В тайне от ULSI Вонг работал в Intel и одновременно по совместительству — над неудавшимся проектом. А Йау, который к тому времени тоже был уволен из ULSI, грозился, если с ним не рассчитаются сполна акциями ULSI, пойти в Intel и обвинить Хванга в соучастии в появлении плановой спецификации.
МакФерсон посоветовал Хвангу повторить то же, что в свое время сделала NEC с микрокодом. Чтобы оградить сопроцессор от юридических нападок Intel, он предложил заново разработать чип, используя технику "чистой комнаты". Таким образом, ни компрометирующие документы, принесенные кем-то в офис, ни любые обвинения Йау в адрес ULS1, не смогли бы помешать доказательству того, что в сопроцессоре не использованы коммерческие секреты Intel.
Процесс "чистой комнаты" шел полным ходом, когда Том Данлэп и еще двое представителей Intel получили от МакФерсона письмо и прибыли на встречу в ULSI. На совещании, проходившем в натянутой обстановке, Хванг, желая доказать, что ему нечего скрывать, предложил открыть свои лаборатории юристам Intel.
"Мы заявили им: "Наше устройство в корне отличается от вашего, и мы готовы открыть нашу базу данных [чтобы доказать это]. Мы разработали архитектуру, разработали алгоритм, но не очень продвинулись во внедрении", — вспоминает Хванг.
Реакция Intel была сдержанной. Данлэп поблагодарил Хванга за откровенность, но для урегулирования вопроса потребовал от ULSI полностью и немедленно прекратить работу над проектом.
"Нет, — ответил Хванг. — Цель этой встречи — заверить вас в том, что мы не используем ваши коммерческие секреты".
На этом разговор закончился. Не имея больше никаких известий от Intel и не получая существенных ответов на последующие письма МакФерсона, команда разработчиков ULSI продолжила работу над "убийцей" 387-го. Когда чип был почти готов, Хванг начал переговоры с венчурными капиталистами и с AMD, которая не имела собственного аналога 387-го и, очевидно, была не против заработать на производстве и выводе на рынок разработки ULSI. К тому времени у AMD появился новый вице-председатель Ирвин Федерман из компании Monolithic Memories, которую AMD приобрела в том же году. Федерман предложил прояснить ситуацию с Intel, поговорив с Энди Гроувом об ULSI.
— Давайте я поговорю с Энди и объясню ему, что все в порядке, — сказал Федерман. При этом он высказал заманчивую идею: почему бы Intel не приобрести акции ULSI?
С согласия Хванга Федерман пригласил на завтрак Энди Гроува. Он сообщил ему свое мнение об ULSI; президент Intel отказался немедленно принять решение, но пообещал связаться с ним в течение двух недель. Через две недели Гроув прислал отрицательный ответ. Но к тому времени это уже не имело значения: корабль Хванга, похоже, совсем приблизился к родным берегам. AMD предоставила ULSI конвертируемый заем на сумму полмиллиона долларов и послала ей проект технического соглашения, на условиях которого сопроцессор ULSI мог быть реализован на рынке через AMD. Продукт назвали US 101, и AMD возлагала на себя ответственность за защиту чипа от любых юридических посягательств со стороны Intel.
А затем разразилась катастрофа. В тот день, когда Хванг получил от AMD на подпись соглашение, в здание ULSI прибыли семь офицеров из департамента полиции Санта-Клары. В руках у них был ордер на обыск, где предписывалось осмотреть помещения в поисках свидетельств кражи компанией коммерческих секретов Intel. Отзвуком враждебных торговых отношений между США и Японией стало то, что офицеры полиции злобно приказали всем инженерам с восточной внешностью собраться в одном месте здания, в то время как кавказцы могли свободно разгуливать, где пожелают.
В вышедшей на следующий день крупнейшей в Силиконовой Долине деловой газете "San Jose Mercury News" на первой странице был помещен репортаж об обыске. В нем приводилось высказывание сержанта полиции, утверждавшего, что ULSI является подставной организацией, финансируемой из Тайваня и Гонконга и имеющей своей целью продажу коммерческих секретов Intel. Окружной прокурор утверждал, что у него достаточно доказательств, чтобы засадить Хванга в тюрьму на три-пять лет. По совету своего адвоката Хванг хранил молчание, даже не пытаясь рассказать свою версию этой истории.
Через пять дней Intel подала собственный гражданский иск против ULSI. Том Данлэп применил против ULSI ту же тактику, что и Роджер Боровой против Seeq. Он предложил, чтобы компания согласилась в "оговоренном предварительном предписании", формально поданном на суде, не передавать свою технологию никому, кроме Hewlett-Packard, с которой Хванг уже договорился о выпуске сопроцессоров.
Хванг поинтересовался у своего адвоката, как долго такое предписание может оставаться в силе.
"В худшем случае процесс растянется на полгода", — ответил ему адвокат. Поскольку Хванг считал, что внедрение чипа в производство в любом случае займет больше полугода, они решили, что можно безо всякого ущерба соглашаться на предписание.
Однако Хвангу и его адвокатам прежде никогда не приходилось воевать с Intel. Данлэп полностью отдавал себе отчет в том, что каждый лишний месяц, который он сможет удерживать ULSI и Хванга в суде, будет лишним месяцем монополии Intel на сопроцессор 387 и лишним месяцем, в течение которого венчурные капиталисты не пожелают вкладывать деньги ни в какие операции Хванга.
Ухудшало положение Хванга и то, что у Intel имелись знакомства в команде, ведущей параллельное уголовное расследование. Возглавлял команду, "взявшую с поличным" ULSI, сержант Нелс Пирсон, а его бывший коллега Леонард Болли теперь работал в отделе безопасности Intel.
Пирсон, который позднее давал Intel частные консультации, оставаясь в полиции, не возражал против того, чтобы допустить Болли на допросы Ричарда Йау, автора анонимных звонков, спровоцировавшего весь этот инцидент. Через день после обыска Пирсон также позволил Пату Гелсинджеру, руководившему разработкой процессора Intel следующего поколения, ознакомиться с документами на сопроцессор ULSI, изъятыми во время обыска. Перед беседой с Ричардом Ловгреном, заместителем генерального юрисконсульта AMD, Пирсон получил инструкции от Тома Данлэпа о том, какие ключевые вопросы он должен задать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
