Орвара Вилобородого в это время вышел Эгвальд Заячья Губа. Эгвальд рубил обоюдоострым мечом. Орвар щитом не заслонился, а отскочил назад через перекладину мачты, и меч так ударился о перекладину, что оба лезвия у него обломились. Завидев, что Эгвальд после удара согнулся, Орвар быстро и сильно рубит его поперек лопаток и перерубает мечом Эгвальда до самой грудной клетки. И Эгвальд Заячья Губа расстался с жизнью.
Хаскульд Высокий и Скафти Воробей убили каждый про росу.
Торир Меч двух росов убил, но не смог совладать с Аке Борода по Пояс.
– Не узнаю тебя, Торир! – крикнул ему Кари. – До сих пор твой меч не заставлял себя ждать!
– Он у меня сильно затупился и очень зазубрился, – проворчал Торир.
– Ну, этому делу можно помочь, – сказал Кари. Он пробил себе дорогу к рундуку под почетным сиденьем, вынул оттуда несколько мечей и стал раздавать людям. Первым он вручил меч Свипдагру Секира, у которого его любимая Ведьма Брани так прочно застряла в черепе убитого им роса, что он не мог ее вытащить, и от другого роса ему пришлось отбиваться обломком весла. Приняв меч от Кари, Свипдагр и противника своего уложил, и секиру свою этим мечом расклинил. А Торир с новым оружием бросился на Аке Бородача. Но тот ловко увернулся от удара.
Буи Тетерев в этом время бегал по борту Змея и колол наконечником и бил древком копья тех викингов, которые пытались перебраться на Змея. От мечей и копий противника он уклонялся прыжками и кувырками, вперед и назад. Он никого не убил, но многих отметил неглубокими ранами, царапинами и ушибами.
И тут Буи вдруг видит, что со Змея на эллиди перепрыгнул Рагнар Рыжий и пробивается через толпу врагов, чтобы добраться до мачты и подрубить ее. Поступок, надо сказать, безрассудный. Но Рагнар всегда отличался своей безрассудной храбростью. Буи совершает громадный прыжок и приходит на помощь товарищу, а следом за Буи со Змея на эллиди перепрыгивают Свипдагр Секира и Хаки Стрела.
– Назад, дети Локи! – гневно кричит им Кари, их предводитель. И те почти тут же возвращаются на Змея. Но Рагнара Рыжего кто-то сзади пронзает копьем, и Буи и Хаки втаскивают его на Змея уже мертвым.
Левый борт корабля Хельги, как говорилось, атаковали разбойники со второй шнеки, которыми командовал Хринг Косоглазый. Штурм их отбивали Вестейн и те люди, которых Хельги отдал под его команду. Доблестно и очень искусно бился Вестейн своим копьем Ранья и своим мечом Страх Кольчуги. Не меньшее искусство воина выказывали сражавшиеся бок о бок с ним Тормод Копье и Торгаут Высоконогий. Торгаут своими двумя щитами прямо-таки творил чудеса. Щитом он не только защищал: он так выставлял щит, что копье скользило по нему и отлетало в сторону или застревало в щите и ломалось, когда Торгаут с силой рвал щит на себя. Так же застревали в его щите мечи, и Торгаут выдергивал их из рук разбойников. Когда же на него или на его друзей замахивались секирой, он, зная превосходство хорошей секиры над самым хорошим щитом, ударом щита сшибал врага с ног, и упавшего добивали Вестейн или Тормод.
Вестейн убил Хринга Косоглазого. Тормод ранил в бедро Раудура Красноносого.
Болли Малыш и прочие лучники, среди которых были и вессы, с кормовой площадки продолжали успешно обстреливать шнеку слева и эллиди справа, а также росскую шюту, которая крутилась возле кормы и не участвовала в штурме, потому что негде ей было прицепиться к Змею, со всех сторон облепленному вражескими кораблями. И Мёрд Длинный беспрерывно метал камни, которые ему подавали Торкель Кот, Гринкель Колпак и Кале Лис.
Так было дело на Змее.
25
В отличие от Большого Змея, Большой Сокол не кружил и не лавировал. Но пять росских кораблей долго не могли к нему приблизиться, потому что оттуда беспрерывно летели стрелы, дротики и камни. Казалось, снаряды на корабле Ингвара неистощимы. У росов они уже закончились, а с Сокола летели и летели, раня и убивая.
Лучников и метальщиков Ингвар разместил на носу и на корме своего кнарра. С носа росов обстреливали саксы Сасмунт и Хадугато, фризы Дурк и Тимо, йоты Асур и Тьяльфер. Руководил ими Хугон Франк, а самым метким из них был Хадугато. С кормы стреляли из луков и метали камни Вышан, Биллунг, Дартислав, Драйко и Вислав. Ими командовала Ариберт. Все были венды. Старуха Свана тоже стреляла из лука и на гаутском кнарре ранила двух человек. Несколько весских лучников также стреляли с кормы.
Когда одна из легких и юрких шведских эйх беспрепятственно подобралась сзади к Соколу – в нее ни одной стрелы и ни одного камня не было пущено, и росы на ней, похоже, сочли себя незамеченными, – Сокол с удивительным для тяжелого кнарра проворством вдруг рванул назад, всей своей тяжестью врезался в эйху; та сильно накренилась и, черпая воду, стала быстро тонуть. Люди посыпались в воду; некоторые под тяжестью доспехов и оружия шли ко дну, другие пытались добраться до второй эйхи, которая устремилась их спасать.
Против Сокола, таким образом, остались теперь только три росских корабля: эллиди, кнарр и шюта. Эллиди командовал Эйрик Бьёрнсон, сын упсальского конунга Бьёрна Прихолмного, а кнарром – Гунлейф Золотая Пуговица – тот самый гаут, который когда-то служил Эйнару, а затем переметнулся к росам и натравил их на верингов.
Тут росы наконец решились атаковать. Сделать это было непросто по нескольким причинам. Прежде всего потому, что стрелы и особенно камни продолжали густо лететь с носа и с кормы ингварова кнарра. Далее, нос и корма Сокола были слишком высоки; лишь с бортов было сподручно приступом брать этот корабль. Наконец, из трех боевых судов, которые теперь противостояли Соколу, только воины на эллиди Эйрика Бьёрнсона были достаточно отважными и умелыми. Этого нельзя было сказать про тех молодцов, которых удалось набрать предателю Гунлейфу. Что же до гаутской шюты, то с нее даже крюк не могли толком забросить на Сокола, и только мешали эллиди и кнарру Гунлейфа.
Тех же росов, которым удалось начать штурм Сокола, доблестно встретили люди Ингвара, среди которых следует назвать данов Биргира и Халльфреда, шведов Ингемунда Звездочета, Хольме, Сверкера, Видбьёрна, Ватарфа, Рауда, вестфольдцев Гисли и Брюнульва и эстфольдцев Бёрка, Арне и Кьяртана. Из них особенно отличился Рауд. Это был силач каких мало.
Ингвар стоял на корме, опираясь на свое копье по имени Серый Клинок. Его окружали великаны-прусы: Ауктай, Годук, Кудар и Тирско. Щитами, похожими на тележные колеса,
