был так силен, что викинги попятились и нарушили строй.
Еще свирепее была атака с западного холма. Построившись в кабанью голову, люди Хельги врезались с разбега в дружинников Кари из Бердлы, которыми теперь командовал Аке Борода по Пояс. На острие клина был Хельги, который разил копьем и мечом. Рядом с ним теперь сражались Кари Детолюб и Вестейн из Эгерсунда. Атли Толстый, Старкад Рубашка, Олав Собака и Гейр Красноносый представляли собой как бы острые края этого наконечника. Как нож в масло, этот людской наконечник вошел в ближайшие к ним ряды росов. И так случилось, что, разя направо и налево, люди Хельги скоро столкнулись со своими бывшими соратниками по походам.
Среди тех были Эйвульф Толстобрюхий, Бьяльви Зверь, Грим Лысый, Гудмунд Высокий, Стейн Белый и Амунди Шар. Амунди так прозвали за то, что он был очень проворным, но ноги у него были короткими. И Амунди предложил:
– Ты, Грим, и ты, Гудмунд, нападайте на Вестейна и отвлекайте его в сторону от Хельги. Ты, Стейн, займись Кари. Вы же, Эйвульф и Бьяльви, вызывайте на себя самого Хельги, а я закачусь ему сзади и рубану его по ногам. Только так мы сможем одолеть этого ловкача.
Следуя его совету, Грим и Гудмунд оттеснили от Хельги Вестейна, Стейн отвлек на себя Кари. В это время на Хельги ринулись с двух сторон Эйвульф и Бьяльви, а Амунди зашел сзади и, присев, собирался с размаху ударить мечом Хельги по ногам. Но еще до того, как он попытался это сделать, Хельги, взмахнув копьем, выбил меч из рук Эйвульфа; ударом встретил удар Бьяльви, так что его меч пришелся в рукоять, отскочил от нее и отсек Бьяльви руку в запястье. Когда же Амунди взмахнул мечом, целясь Хельги в ногу, тот подпрыгнул, так что Амунди промахнулся и отрубил ногу не Хельги, а своему напарнику Эйвульфу Толстобрюхому.
Вестейн тем временем нанес смертельный удар Гриму Лысому, копьем пробил щит и пронзил тело Гудмунда Высокого. Кари разрубил Стейну Белому плечевую кость, и ключицу, и всю грудь, а затем пришел на помощь Хельги и отсек голову Амунди Шару.
Из шестерых в живых пока оставался один Эйвульф Толстобрюхий. Он стоял некоторое время на одной ноге и смотрел на обрубок другой ноги.
– Все-таки зря я послушался Амунди, – сказал Эйвульф.
– И на ногу зря смотришь. Ноги нет, это точно, – грустно улыбаясь, ответил ему Хельги.
А Аке Борода по Пояс, когда увидел, как погибли лучшие из его воинов, крикнул:
– Нет, это не люди! Назад к кораблю!
И они первыми пустились бежать.
За ними последовали викинги с хринговой шнеки и со шнеки шведов. Слева от них первыми обратились в бегство гауты с шюты; они это сделали, как только заметили, что к заливу бегут люди Кари из Бердлы. За гаутами с шюты, оборачиваясь и отбиваясь от копий и стрел, последовали дружинники Эйрика Бьёрнсона. Позже других спохватились гауты Гунлейфа Золотая Пуговица, и их много погибло во время отступления от руки ингваровых молодцов. А тут еще за ними и их соратниками погнались уцелевшие в битве волхи, которые, как это делают лопари со своими оленями, ловко и точно бросали на них веревки, валили на землю и, подтянув к себе, либо тут же приканчивали их ударами копий и палок, либо связывали им руки и ноги.
28
Среди людей Кари из Бердлы был человек по имени Одди Нос. Его так прозвали, потому что нос у него был непомерно большим и длинным. Одди был метким стрелком из лука, и когда-то ходил в походы с Хельги; их корабли обычно шли рядом.
Одди Нос, когда его товарищи столкнули эллиди с берега, взбежал на корму и подошел к Кари из Бердлы. У того голова была забинтована, и только глаза виднелись из-под повязок.
– Можно мне взять твой лук? Привык отдавать долги.
Кари из Бердлы ему разрешил.
Лук у Кари был финской работы, тугой и бил дальше других луков.
Одди его натянул и выстрелил.
– Попал? – спросил Кари из Бердлы. Он с трудом говорил.
– Я не привык промахиваться, – отвечал Одди.
– В кого попал? – спросил Кари.
– В того, кто сегодня опять смеялся над моим носом, – сказал Одди.
– Как его имя? – спрашивал Кари.
– Теперь оно ему больше не понадобится, – отвечал Одди.
А попал Одди в Старкада Шерстяная Рубашка. Тот в этот время как раз вышел на берег и сразил копьем одного из шведов со шнеки. Тут-то в него и вонзилась под левую руку стрела, пущенная Одди Носом.
Опустившись на одно колено, Старкад сказал Олаву Собаке:
– Я поплатился за то, что не прикрылся щитом.
Сказав это, он опустился на другое колено и сказал Атли Толстому:
– Не забудьте про остров…
Больше он ничего не сказал и упал ничком, а стрела вышла у него между лопаток.
29
Первым от берега отошел эллиди Кари из Бердлы. За ним – шнека Хринга Косоглазого, за ней – шведская шнека. Хринг, как говорилось, погиб, и его шнекой теперь командовал Раудур Красноносый. Кто командовал шведской шнекой, в саге не говорится. За ними пустился в погоню Большой Змей, боевой корабль Хельги Верного.
Слева от них первым отплыл эллиди Эйрика Бьёрнсона, вторым – кнарр Гунлейфа Золотая Пуговица. А шюта застряла на отмели, и пока гауты ее сталкивали, на них набежали словене и принялись бить их дубинами и вязать веревками. Так что вышедший из реки корабль Ингвара Сокола преследовал лишь два росских корабля – гаутский кнарр и шведский эллиди.
И вот, когда только что начались отступление и погоня, из-за скалистого острова стремительно выплыл драккар Эйнара Эйнарссона. Это был очень красивый корабль. Нос и корма у него были обиты толстыми железными листами, доходящими до воды. Борта были выкрашены в яркие краски и украшены изображениями из золота и серебра. На верхушке мачты сидели позолоченные вороны, которые, поворачиваясь, указывали направление ветра. Доски настила – добротные. Все канаты – из моржовой кожи. Носовой штевень украшала золоченая волчья голова, и потому корабль назывался Большим Волком.
За Волком следовали пять ловачских сойм и две волхские лойвы. На них сидели вооруженные словенские ополченцы и лучники из народа весь. И Волк, и лодки плыли наперерез эллиди Кари из Бердлы и двум шнекам.
Одди Нос, который убил Старкада, первым заметил драккар Эйнара и сообщил об этом Кари из Бердлы. Тот, который из-за ранения почти ничего не видел, попросил, чтобы Одди описал ему положение кораблей. Одди
