И это очень важно понять: в 20-е годы троцкисты всячески превозносили своего «вождя», приписывая ему блистательные победы Красной Армии, при этом всячески затенялась роль истинных творцов этих побед. И сегодня буржуазная, ревизионистская и сионистская пропаганда преподносит нам то же самое (книга Исаака Дойчера о Троцком так и называется — «Вооруженный пророк»). Меж тем не дилетант Троцкий планировал блестящие операции под Уфой и Каховкой, под Егорлыкской и Перекопом. Это делали совсем иные люди, и среди них — бывшие русские генералы и офицеры. Они послужили тем средостением, что соединило лучшее в армии старой с новой народной армией. Прямая и истинная наследница славных традиций русской армии, молодая Красная Армия крепла с каждым месяцем и одного за другим сокрушала своих многочисленных врагов…
О службе многих своих соратников, знакомых в Красной Армии генерал Брусилов знает; он думает, сопоставляет, размышляет. Но сделать решительный шаг трудно, очень трудно…
Тяжелое лихолетье гражданской войны затронуло едва ли не каждую русскую семью. Не миновало горе и семью Брусиловых. Еще до революции сын Брусилова, Алексей, женился на семнадцатилетней Варваре Ивановне Котляревской, богатой и, видимо, честолюбивой девушке. Ей, а вернее — ее бабушке, Варваре Сергеевне Остроумовой, льстило родство со знаменитым генералом. В ту пору Брусилову не было времени глубоко вникать в происходящее с сыном, и за это он себя впоследствии жестоко корил. Несколько месяцев брак казался счастливым, но грянула революция. Алексей Брусилов-младший не был к ней готов, не разбирался ни в каких политических партиях, не понимал происходящего. Однако, приняв случившееся как неизбежность, он стал искать работы, какой угодно, начал учиться бухгалтерии, намереваясь зарабатывать себе на хлеб. Но трудно тогда было найти вообще работу, тем более бывшему гвардейскому офицеру, а дома теперь у него воцарился ад, иначе как «офицеришкой-нахлебником» его уже не называли. И Алексей Брусилов бежал из дома куда глаза глядят…
Не лучше сложилась и судьба невестки. По характеру она была доброй и отзывчивой, и, несмотря на тот «трагический сумбур», который невестка внесла в жизнь Брусиловых, они не таили зла на нее. В. И. Брусилова-Котляревская сделала и немало добра семье, в частности, очень заботилась о свекре, когда он лежал раненым и был под арестом. Точно так же она оказала немалые услуги семье брата Брусилова — Бориса, умершего в 1918 году в Москве.
После исчезновения Алексея Брусилова-младшего и смерти В. С. Остроумовой Брусиловы звали невестку жить с ними, но Варя не согласилась и, по выражению Брусилова, «стала устраивать политические салоны то с правым, то с левым направлением. Ее гостями были то епископы, монахи и монахини, то матросы и деятели крайнего большевизма. Такая мешанина очень смущала меня и мою жену, и мы все постепенно отдалились от нее». Время было суровое, и вскоре невестка Брусиловых попала под арест по какому-то «церковному делу», ей грозил расстрел. Брусиловы бросились хлопотать за невестку, представили серьезные медицинские свидетельства о ее ненормальности. В. И. Брусилову-Котляревскую выпустили из тюрьмы, но и после этого она не прекратила сумасбродств.
Младший Брусилов покинул Москву — и пропал. До отца доходили лишь противоречивые слухи о его судьбе. Однажды, уже в конце декабря 1919 года, знакомый принес армейскую газетку «Боевая правда». В ней — маленькая, напечатанная мелким шрифтом заметка: «Белые расстреляли б. корнета Брусилова». С ужасом читал отец: «В Киеве по приговору военно-полевого суда белыми расстрелян б. корнет Брусилов, сын известного царского генерала. Он командовал красной кавалерией и попал в плен к белым в боях под Орлом». Вот и вся заметка. Но это была лишь одна версия гибели сына, существовали и другие. Отец так и не узнал с достоверностью, где и как погиб его сын.
Весной 1920 года казалось, что война закончилась. Арестован, расстрелян и спущен под лед Ангары адмирал Колчак, бесславно уплыл из Новороссийска на английском корабле Деникин, разбит Юденич, несолоно хлебавши ушли из Архангельска англичане, позорно бежали из Одессы французы… Правда, зацепился Врангель за прекрасный клочок русской земли — Крым, на Дальнем Востоке распоряжаются японцы и американцы, мечется по украинским степям Махно. Но, думается, еще немного, и испытания России кончатся…
Именно в это время старый генерал сделал свой выбор. 18 апреля 1920 года на имя председателя Военно-исторической комиссии (существовала в Москве некоторое время и такая) от Брусилова поступило заявление: «Прошу зачислить меня в число сотрудников по исследованию и использованию опыта войны 1914–1918 гг.». Военно-научная работа, несмотря на тяжелое положение Советской Республики, велась тогда очень широко. Некоторые из выпущенных тогда книг сохранили научное значение до сих пор. На заседании 20 апреля редакционная коллегия комиссии постановила удовлетворить просьбу Брусилова, и 21 апреля в приказе № 39 по комиссии, в параграфе третьем, говорилось: «Алексей Алексеевич Брусилов назначается сотрудником-составителем с 20 сего апреля». Так бывший генерал Брусилов начал сотрудничать с Советской властью.
Для разработки ему дали весьма близкую тему: «Действия 8-й армии в 1914 году до начала Галицийской битвы». Что ж, времени ушло еще не так много, память сохранила события, да и документами можно воспользоваться, попробовать описать и осмыслить свои действия. Но заниматься военно-исторической работой Брусилову долго не пришлось.
25 апреля 1920 года армия Польши, вооруженная и щедро снабженная бывшими союзниками России, перешла в наступление против значительно уступавших ей в силах и средствах соединений Красной Армии на Украине. 12-я и 14-я советские армии мужественно сопротивлялись, но под натиском врага были вынуждены отходить. 7 мая интервенты заняли Киев. Вновь оборона Советской Республики становилась главной задачей.
30 апреля ВЦИК и Совнарком опубликовали обращение «Ко всем рабочим, крестьянам и честным гражданам России». 23 мая были опубликованы тезисы ЦК РКП (б) «Польский фронт и наши задачи». В этих документах раскрывались цели польских интервентов и отмечался справедливый, освободительный характер борьбы, которую Красная Армия вела с польскими войсками.
С тревогой следил за событиями Брусилов. На этот раз он решил действовать. 1 мая 1920 года начальник Всероссийского главного штаба Н. И. Раттель получил письмо:
«Милостивый государь
Николай Иосифович!
За последние дни пришлось мне читать ежедневно в газетах про быстрое и широкое наступление поляков, которые, по-видимому, желают захватить все земли, входившие в состав Королевства Польского до 1772 г., а может быть, и этим не ограничатся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
