а потом стал говорить.
— Молодой господин, разве вы не знаете, что происходит в моей стране? Времена, они очень плохие. Они были плохими и раньше, в годы правления Сомосы. Но тогда, по крайней мере, если вы вели себя тихо, не вмешивались в политику и голосовали так, как вам говорил деревенский alcalde,131 вы могли жить относительно спокойно. Но сегодня в Никарагуа все связано с политикой. Никто больше не может позволить себе роскошь вести себя тихо. Теперь нужно быть воинственным, нужно быть революционером, нужно нанести удар по империализму, нужно действовать в знак солидарности с революцией. Этого от нас требуют.
Когда важный и влиятельный человек из Манагуа приезжает в мою деревню и говорит: «Граждане, вы рыбаки и знаете эти воды. Теперь у вас будет славная возможность помочь нашим доблестным товарищам в Сальвадоре в их борьбе против капиталистических империалистов. Вашей деревне разрешено совершить пять рейсов, чтобы доставить освободительные грузы нашим друзьям по ту сторону залива». Кто-то должен был сделать это, и сделать беспрекословно.
Поэтому я и вызвался совершить эти рейсы. Я не хотел, чтобы мои сыновья, или сыновья моих братьев, или другие молодые люди в моей деревне совершали такое опасное путешествие. Если кому-то суждено погибнуть или быть схваченным и отправленным в тюрьму — то пусть это буду я. Я старый человек. Моя жена умерла, и больше нет никого, кто зависел бы от меня в пропитании или отцовской защите. Потеря меня мало что даст, и обо мне скоро забудут. Вот почему, молодой человек, я делаю это дело.
Андрес спросил старика, сколько ходок тот уже совершил, и с удивлением услышал, что это пятое и последнее путешествие. На этот раз он выбрал прямой переход, потому что ночь была безлунной, тогда как в других случаях он держался далеко в море и подходил к побережью Сальвадора кружным путем. Это объясняло то, почему ему удавалось избегать Андреса и его людей.
Теперь мой товарищ оказался в затруднительном положении. Это был первый захваченный ими гражданский, и ему очень не хотелось отдавать его сальвадорцам — те, как известно, очень жестоко обращаются с пленными. Но если бы он конфисковал лодку и арестовал старика, Андресу пришлось бы отвечать за груз и шкипера. Американец посовещался с членами экипажа своей маленькой флотилии, и после продолжительного разговора со своими людьми снова обратился к старому рыбаку.
— Viejo,132 если я верну тебя домой, придется ли тебе и твоей деревне делать это снова? Придется ли тебе совершать другие подобные путешествия?
Старик медленно ответил:
— Я не могу с уверенностью сказать ни да, ни нет. Человек из Манагуа говорит, что с этими пятью ходками наша деревня выполнит свою квоту. Похоже, что наш алькальде считает, что это правда. Но мы имеем дело с правительством, а в любом правительстве мало правды — там только аппетиты. Так что, придется ли мне делать это снова…? Я не знаю.
Андрес принял решение.
— Отец, мы выбросим все это за борт, и ты отправишься домой. Иди медленно, чтобы вернуться в свою деревню в привычное время. Никому не рассказывай о нашей встрече. Если тебя спросят, просто скажи, что ты доставил груз, как было приказано. Если тебе скажут, что люди на сальвадорской стороне так и не получили материал, ты должен ответить, что они известные воры и, вероятно, придержали груз, чтобы продать его для своей выгоды. А теперь возвращайся к своему народу, и когда эти плохие времена закончатся, я приеду навестить тебя в твоей деревне. Иди, и да хранит тебя Бог.
Старик кивнул Андресу и его людям в знак благодарности, попрощался, завел мотор своей лодки и исчез в темноте. Мой товарищ купил молчание членов своей команды щедрой взяткой, и на этом все закончилось. Или же он просто понадеялся на них, потому что почти наверняка рисковал попасть под военный трибунал, если бы где-нибудь просочилась информация о том, что произошло на самом деле.
Но секрет сохранился, и спустя несколько лет после падения сандинистского режима американец сдержал обещание, данное старому рыбаку. Во время поездки в Центральную Америку он заехал в его деревню на побережье Никарагуа. Там он нашел тихую, сонную рыбацкую деревушку, полную потомков и родственников старого шкипера. Но, увы, старик уже умер несколько лет назад.
Андрес рассказал жителям деревни, кто он такой и каким образом он познакомился с их родственником. Они были поражены самим рассказом, но не поступками этого удивительного старика. По их словам, он был известен своим спокойным мужеством и всю жизнь защищал свой народ и свою деревню. Их не удивило, что незнакомец, даже тот, кого он ночью на водах залива встретил как врага, понял, какой он особенный человек, и захотел снова его навестить. Андрес пробыл у этих добрых и отзывчивых людей два дня, посетил могилу старика и был счастлив как никогда за то свое решение отправить этого хорошего человека домой, принятое в ту далекую ночь.
В Никарагуа все еще не очень хорошо, но, по крайней мере, в эти дни у нее есть правительство, которое практически не мешает ее людям жить своей жизнью, заставляя их демонстрировать свою преданность непонятному делу. И не заблуждайтесь на этот счет — это уже само по себе чертовски хорошее благословение.
*****
В бурное десятилетие 1980-х годов Гондурас стал несколько неохотным союзником Соединенных Штатов. Самая бедная страна на американском континенте, она делала первые реальные, но неуверенные шаги в сторону демократии, и делала это между молотом и наковальней. На юге продолжался беспредел в Сальвадоре, который привел к тому, что через границу хлынуло несколько волн беженцев. На востоке Гондурас разделяла длинная, малонаселенная и дырявая граница с Никарагуа, которая была удобна для трансграничных рейдов поддерживаемых американцами Контрас и ответных атак сандинистов.133
Больше всего на свете жители Гондураса хотели, чтобы все это исчезло. Но пока дядя Сэм был намерен сделать мир безопасным для олигархов-производителей фруктов, этому не суждено было сбыться. А пока янки были зациклены на Никарагуа и нуждались в потенциальных базах в Гондурасе… так почему бы и не взять миллионы долларов у этих гринго, которыми они швыряли в округе, и не выжать по максимуму из неудобной ситуации?
У Гондураса уже была довольно приличная и относительно хорошо обученная армия, но когда у него начались проблемы с похищениями по политическим мотивам, убийствами и трансграничными рейдами, было принято решение обратиться к американцам за помощью в формировании небольшого специализированного подразделения, которое
