начала смеяться. Я напомнил ей, что она была одной из шести женщин, которым удалось выбраться из Священной пещеры живой, что это не напугало ее до смерти. Я думал, она рассердится, но она закрыла лицо руками и рассмеялась. От этого смеха у меня мурашки побежали по коже. Она продолжала смеяться, говоря:
— Один из нас умрет.
Она не хотела умирать. Никто из нас этого не хотел. Не так.
Образ змеи и огнедышащего ворона запечатлелся в моем сознании. Я попытался оттолкнуть их, но не смог.
Они снились Елене. Изображение увеличилось. Змей был огромным, наводящим ужас зверем, а огнедышащий ворон превратился в дракона… в меня.
***
На следующее утро я стоял по колено в ручье. Отец считал, что рыбалка — лучший способ прочистить мозги. И это был драконий способ ловли рыбы. Мы не пользовались удочками или сетями. Нет, мы использовали терпение и голые руки.
Это была задача, которая успокаивала разум и позволяла ясно мыслить.
Я пообещал Конни, что хватит на сегодняшнее меню. Я вытащил из воды еще одну рыбину. Она приземлилась на камень, заерзала, отчаянно пытаясь дышаться, затем ее тело обмякло. Я наклонился и начал ритуал заново.
Огнедышащий ворон — это я?
Я уже был драконом-гигантом, но и представить себе не мог, насколько велик Саадедин.
Я услышал биение ее сердца еще до того, как почувствовал ее аромат — ваниль и мед.
Я сосредоточился на рыбе, которая плавала кругами вокруг меня. Она переместилась в мою ладонь, и я нежно обхватил пальцами скользкое тело.
— Что ты делаешь? — спросила она.
Рыба запротестовала, но я удержал ее, и одним движением запястья рыба приземлилась на камни, где лежали несколько других.
Я улыбнулся.
— Рыбачу.
— Рыбачишь?
Я рассмеялся, увидев выражение ее лица. Она явно никогда раньше не видела рыбалку дракона. Я наклонился, и мои руки исчезли в воде.
— А теперь тише, ты распугиваешь рыбу.
Она подошла ближе и села на камень рядом с рыбьей грудой.
Она наблюдала за каждым моим движением, пока я терпеливо ждал появления следующей. Наконец она поплыла ко мне в руки, и я ухватился за гладкое тело рыбы и вытащил ее. Она приземлилась рядом с остальными.
— Ты, должно быть, издеваешься надо мной, — сказала она.
— Что? Ты никогда раньше не ловила рыбу руками? — пошутил я.
— Нет, на другой стороне они пользуются удочками.
Я помахал ей рукой.
— Пойдем, я тебя научу.
— Нет, все в порядке, у меня, наверное, ничего не получится.
— Да ладно тебе. Это весело.
— Отсюда выглядит не очень весело.
Я усмехнулся. Она обдумывала это, что было очевидно. Она бы уже ушла, если бы не была заинтригована. Всегда убегала, когда чувствовала себя неуютно. К моему удивлению, она сняла туфли и вошла в воду.
Она втянула в себя воздух.
— Вода ледяная.
— Скоро станет лучше.
— Когда? Когда ты больше не будешь чувствовать своих ног?
— Прекрати ныть. Ты действительно распугиваешь рыбу, — сказал я.
Она медленно подошла ко мне.
— Теперь наклонись и опусти руки по запястья в воду.
Она сделала это.
— Как?..
— Тише, — прервал я.
Она замолчала.
Я никогда не знал, что кто-то может так много вздыхать за такой короткий промежуток времени.
Наконец попалась рыба, и она ухватилась за нее. Та ускользнула.
— Что я сделала не так?
Я рассмеялся.
— Все. Ты не хватаешь ее, иначе напрасно тратишь время. Ты терпеливо ждешь, позволяешь рыбе плыть в руки, а затем просто закрываешь их. — Я продемонстрировал это своими руками, прямо над водой.
— Хорошо, давай попробуем еще раз.
Мы снова заняли позиции.
Рыба плыла в моем направлении. Я показал ей, что имею в виду, говоря о терпении. Я обхватил рыбу руками и вытащил ее. Она приземлилась к остальным, и я удивленно поднял брови, глядя на нее.
— Видишь, легче.
— Это нелегко. — Она снова наклонилась.
Я выпрямился, чтобы размять мышцы спины после того, как все утро сгибался.
Я вгляделся в ее черты. Сильные, стройные ноги, ухоженные ступни, изящные кисти и запястья, элегантный изгиб шеи. Она была сногсшибательна. Ей нужно было немного больше терпения, но мы могли бы поработать над этим.
Наконец-то рыбка попала ей в руки. Это было потрясающе, как сказала бы моя мама. Она сомкнула руки и подняла ее вверх. Рыба сопротивлялась, и Елена почувствовала ее силу, когда та забилась взад-вперед в ее руках.
Она закинула руки за голову и раскачивала рыбу из стороны в сторону. Она споткнулась о собственные ноги, и прежде чем я успел среагировать, она приземлилась плашмя на задницу в ручей.
Мой смех прокатился над водой и отразился от камней.
— Не смешно. — Она плеснула в меня водой и, наконец, тоже рассмеялась.
Я пнул воду в ее сторону, и она подняла руки, чтобы блокировать большую часть воды. Она не отступила. Какое-то время мы хорошо проводили время, брызгая друг в друга и смеясь.
— Ладно, прости, — сказал я и поднял руки.
Она остановилась. Ее смех стих, и она спросила:
— Как думаешь, у нас достаточно рыбы?
— Нет, ты еще ни одну не поймала. Кроме того, сегодня вечером таверна обслуживает шестерых людей и пятнадцать драконов. Мы собираемся пробыть здесь еще долго.
— О, теперь это мы, — пошутила она.
— Если хочешь уйти, то пожалуйста, принцесса.
— Ха-ха, забавно. Я ненавижу это.
— Что, тебя называют принцессой? — У меня был этот разговор с ней в качестве меня — дракона, так что было приятно видеть, что она не слишком нас различала. Я покачал головой и наклонился, опустив руки в воду.
Рыбы в нашу сторону больше не попадалось, поэтому я встал обратно.
— Думаю, пришло время двигаться дальше вниз.
Я подошел ко всем рыбинам, лежавшим на валуне, и с помощью крючка, который Дэвид одолжил мне тем утром, проткнул каждой из них пасть. У меня их уже было семь. Неплохо для утра.
Она ждала меня в стороне со своими кроссовками в руке, пока я привязывал крючок к палке. Я перекинул его через плечо и двинулся вверх по течению.
Она поскальзывалась почти на каждом камне. Я улыбнулся про себя. Как, черт возьми, она могла заявить на меня права, особенно в мой самый темный час? Она была такой неуклюжей.
Выше по течению я нашел хорошее местечко и положил туда уже пойманную рыбу. На этом участке берега было несколько плоских валунов, и это была одна вещь, о которой всегда говорил мой папа — нужна платформа, на которую рыба могла приземляться.
Я шагнул в воду. Глубина была всего по икры, и Елена
