от такого хлопка. Оно и неудивительно. Оленьев мужчина большой, который силу свою не рассчитывает. А Егорик у нас мальчик хрупкий. Не привыкший к грубой силе.
«А Егорик не хотел пойти лесом?» – ревностно спросил сам у себя Светлый, глядя на самодовольную улыбку его потенциального конкурента. Хотя... Конкурента это громко сказано. Обычная мошка, которую легко прихлопнуть, если он посмеет прикоснуться к Валентине.
– Папуль, как ты видишь, я ещё не готова. Вы езжайте без меня. Я на такси прокачусь, – совершенно спокойно ответила Валя.– Папа пускай едет, а я тебя могу подождать, – подал голос Егор. – Как раз познакомимся поближе.
Егорик подошёл к Валентине и резко схватил её за руку. В этот момент, Светлый был готов взорваться от злости. Ему хотелось придушить этого урода собственными руками. Чтобы Егорик познакомился поближе с травмпунктом, а не Валентиной. И давно Валентин стал этому мусору папой? Забыв о том, что он играет в прятки с Оленьевым – Светлый ударил кулаком по полу. Тихо, но заметно.
– Это что за стук? – насторожился Валентин.– Какой ещё стук?– Как удар. Где-то рядом с кроватью, – Оленьев начал двигаться в сторону кровати, но Валя перекрыла ему путь.– Удар? – переспросила она. – Ах удар... Это соседи.– Соседи?– Да. Они какой-то ремонт затеяли, вот молотками во всю по потолкам и бьют. Сейчас то ладно, вот ночью я от неожиданности на кровати подпрыгиваю, – громко выдохнула она. – Каким-то кретинам вздумалось бить по потолку, когда люди рядом.– Вот уроды, – поверил в сказки Вали отец семейства. – Доча, если эти соседи с лишними конечностями продолжал стучать посреди ночи – сообщи мне. Я с ними пообщаюсь. По-соседски.
Телефон в кармане требовательно завибрировал, напоминая о заказаном столике на двоих. Светлый сцепил зубы и надеялся, что скоро это собрание закончится, и они с Валей смогут нормально поговорить в итальянском ресторане. Девушка часто репостила их фото и видео. Потому Светлый и подумал, что ей понравится. Она наивно думала, что Светлый потащит её на помолвку, на которой даже не планировал побывать. Он уже всё давно решил для себя. К чёрту договорённости, к чёрту поклонника, к чёрту Валентина с его помощью.
– Папуль, может, вы с Егориком подождёте меня на кухне? Завари ему чай, а я пока закончу свои сборы.– Только быстро, а не как ты умеешь, – выдал Валентин и вышел из спальни. А вот Егорик остался...
Он подошёл к Валентине и сказал тихо, почти шёпотом:
– Не набивай себе цену, – усмехнулся он. – Всё равно будешь со мной. И тогда я увижу, что у тебя под халатиком.– Я уже набила себе цену. И ты вряд-ли её потянешь. А увидеть, что у меня под халатиком тебе не светит. Не в этой жизни, Егорик.
Хмыкнув себе под нос, он покинул комнату, оставляя Светлого с Валентиной наедине.
– Ты там как? – спросила она шёпотом присев на колени.– Можно было и лучше, – немного размялся Светлый. – Уходить они не собираются.– Похоже на то, – цокнула Валентина и быстро поднялась, а затем на пол плюхнулась подушка в виде барашка. – Подложи под свою умненькую головку.– Заботишься обо мне? – положил под голову мягкую подушку Светлый, тронут заботой девушки.
Валя не ответила. Несколько минут прошло в тишине. Валентина копалась в вещах, а затем встала перед зеркалом. Было непонятно, делала она это специально или забыла о тайном подарке под кроватью. Она примеряла наряд за нарядом, пока не остановилась на одном. Длинным шёлковом платье с открытой спиной. Чёрного цвета с завязкой на шее. И тогда Валентина начала одеваться... А Светлый не мог отвести взглядя, хоть и очень пытался это сделать.
Халатик ловким движением полетел на кровать, оставляя Валентину в одном нижнем белье. Чёрном, кружевном и таким тонким, что было видно буквально всё. Казалось, будто Оленьева делала это специально выводила его. Она посмеивалась и поглядывала в его сторону. Но затем отвернулась от зеркала, собрала волосы в пучок и сняла верхнюю часть нижнего белья. Он наблюдал за ней с чистым восхищением, без какого-либо подтекста. За бархатной кожей, выступающими лопатками и маленькой родинкой на пояснице. За ровной осанкой и длинной шеей, которую он так любил целовать... Всё было так, как он себе представлял. Она была такой, как в его жарком сознании.
– Насмотрелись во все свои четыре глаза? – насмешливо спросила она, немного повернув свою голову, прикрывая грудь элегантным платьем.– Красивое платье... – попытался прийти в себя Светлый.– Это я красивая, а платье лишь меня дополняет.– Да, Валя, ты права... как никогда.
Светлый стыдливо отвёл взгляд. И сделал вид, будто ничего не заметил. Или просто не смотрел. Он впервые испытал смущение смотря на оголённую девушку, которую до жути желал. Особенно сейчас, когда её провокация дошла до предела.
– Валя, ты с кем там разговариваешь?! – прокричал Валентин из другой комнаты.– С Катькой! – молниеносно ответила девушка.
Она ещё немного покрутилась и подействовала Светлому на нервы, а затем поспешно надела своё платье, собрала волосы в небрежный пучок, надела высокие чёрные каблуки с красной подошвой, выбрала блестнящий клатч и шикарные золотые серёжки в виде дождика, которые ей когда-то подарила бабушка на совершеннолетие. Всё это время Роман Андреевич наблюдал за сборами Вали с некой улыбкой и интересом. Заметив про себя, что красивее девушки он не встречал.
Услышав приближабщиеся шаги к двери, Светлый замер.
«Когда вы наконец-то уйдёте?» – устало прикрыл глаза Светлый. Ему уже даже нравилось сидеть под Валиной кроватью.
– Доча, ты готова? – постучал в дверь Валентин.– Да... – недовольно ответила девушка.
Валентин замер в двери, глядя на дочь.
– Хочешь затмить Олесю на празднике?– Сдалась мне эта Олеська, – фыркнула девушка, нанося ароматические масла на тело. Что-то фруктово-цветочное. Приятные, для носа Светлого. – Я для себя нарядилась.– Я то думал, что для Егорика постаралась.– Ага. Заняться мне нечем.– Ладно, пошли, – кивнул Валентин в сторону выхода. – Егорика я уже отправил к машине.– А... папа, я ещё не закончила, может, я потом подъеду?
Отец семейства недоверчиво обвёл взглядом комнату.
– Доча, ты что-то скрываешь? Или кого-то?– Ну что ты, – немного сорвался голос Вали. – Какого ты обо мне мнения?
Светлый напрягся, ведь такой секрет вряд-ли долго можно продержать в тайне. Валентин начал мерить шагами комнату, а в крови было
