Грэм. Кругом были легионеры. Значит, прорыв заткнули. Хорошо. Эрен поднял ладонь. Подумал: не должна она так трястись. И выдохнул, указав рукой:
– Грэм, сигнал!
Старик скосил взгляд, рыкнул и встал. Глядя вверх, он сделал вдох и, подняв руку, закинул в небо что-то вроде маленькой голубой звездочки.
По всей стене взлетали такие же.
Еще одна звезда мигала над позицией командующего – та горела белым пламенем так, что смотреть было больно даже при свете дня.
Эрен знал, что сейчас по всей стене заклинатели огня заняты тем же, что и Грэм. Старик пристально смотрел на полосу земли под стеной, а два легионера прикрывали его от врага. Сосредоточившись, Грэм ткнул пальцем вниз и хрипло, тихо приказал:
– Гори!
Белый огонь ударил из кончика его пальца в землю.
Долгую минуту ничего не происходило.
Эрен закрыл глаза, мысленно представляя: чтобы поднять из земли крепостную стену, приходится передвинуть массу тяжелого камня. Но двигать можно не только камень. В земле кроется много чего интересного. Золото. Серебро. Драгоценные камни.
И уголь.
И нефть.
Равнина перед внешней стеной целый месяц насыщалась двумя последними. Уголь выводили ближе к поверхности, а более податливой нефтью пропитывали почву, пока та не начала чавкать под ногами, что после недавних дождей было бы почти незаметно, если бы не запах. Как видно, у ворда не хватило ума его распознать.
Заклинатели земли протянули к слоям угля наполненные нефтью трубки и наделали отверстий для притока воздуха. А теперь стоящие на стене заклинатели швырнули огонь прямо вниз, в устья этих трубок, и огонь побежал по ним…
Взревело через тридцать секунд: горящая нефть и воздух опасно расширились, разрывая землю и разнося слоистые угольные жилы.
Огонь вздымался с ревом, а где-то в высоте выл ветер, ветер, ветер. Четверо взлетевших недавно консулов раздували пожар – подняли настоящую бурю.
Когда огонь наконец прорвался, он взметнул землю, уголь и пылающие брызги нефти на такую высоту, что вершина пылающего столба видна была даже лежащему Эрену.
– Кровавые во́роны! – с восторженным ужасом выкрикнул кто-то из легионеров.
Те же чувства отразились в глазах юноши. Гигантский огненный занавес затянул долину Кальдерон. Ворд вопил. Ворд погибал – сотни тысяч тварей, своей волей набившихся вплотную к стене.
Эрен решил, что закат нынче необыкновенно ранний. Где-то вблизи труба звала к отступлению.
Они и не думали удержать первую стену. Попросту не хватило времени укрепить ее в должной мере. Но самопожертвование тех, кто проливал кровь на наружной стене, позволило алеранцам пробить зияющую брешь в численном преимуществе ворда. Отважные молодые легионеры. Несчастные дураки. Эрен благодарил судьбу за то, что не прошел когда-то отбор в легионы – не хватило роста и умения заклинать фурий. Ему удалось избежать участия в этакой глупости. А все же сегодня он кое на что пригодился.
Тихий голос нашептывал ему, что ворд может позволить себе потери. Да, его потери превышают численность всех алеранских легионов, и все же ворд сохранил подавляющее преимущество.
Вот потому-то, размышлял Эрен, по мере продвижения в Долину их ждало еще больше сюрпризов. Граф Кальдеронский отменно подготовился к встрече незваных гостей. Возможно, остановить их он не сумеет – если это просто не в человеческих силах. Но, видят фурии, послушавшись этого человека, они заставят врага дорого заплатить за каждый глоток кальдеронского воздуха.
Эрен заметил, что улыбается. А потом – что его поднимают. Почувствовал едкий запах гарганта. Кто-то что-то говорил, но он почти не слушал. Слишком устал. Ему подумалось, что если уснет сейчас, то умрет.
Да, при такой усталости смерть очень похожа на сон. Ее ли бояться? Может, он попробует это ненадолго?..
Глава 37
Амара видела, как горели штурмовые силы ворда.
Все прошло более-менее согласно плану. Когда заклинатели огня подожгли заполненные нефтью ходы, пламя быстро распространилось вниз до глубины полумили, создав постоянный источник горения. Из отверстий воздуховода уже сочился черный дым.
А потом консулы продули равнину штормовым ветром, и земля взорвалась. По длинным линиям, разнесенным примерно на двадцать ярдов друг от друга, взметнулись языки пламени и куски угля. Вместе с углем выплескивалась нефть, и в считаные мгновения всю равнину поглотил огонь.
Бернард, стоявший рядом с женой, заглянул в созданное фурией увеличительное окошко между ее ладонями и удовлетворенно хмыкнул.
– Тави в Элинархе устроил такое же, только в обратном порядке, – сказал он консулу Ривы.
– Это как? – не понял тот.
– В Элинархе, – заговорила, щадя челюсти мужа, Амара, – он сперва раскалил камни мостовых, согнав наступающих канимов с улиц в окрестные здания. А потом подпалил дома.
Ривус, разглядывая огненную равнину, содрогнулся:
– Беспощадно.
– Этот мальчик всегда доводит начатое до конца, – заметил Бернард и усмехнулся уголком рта. – Наш маленький Первый консул.
Консул Ривус мрачно взглянул на них:
– Вы думаете, он действительно идет сюда?
– Он так сказал, – ответил Бернард.
– Но у него так мало сил.
Бернард фыркнул:
– Маратов при Второй кальдеронской битве он остановил с горсткой безоружных рабов. – Он взглянул в глаза консулу Ривы. – Если он обещал вступить в бой, можете ему верить.
Консул задумался. Огни на равнине уже затухали, оставив под собой полмили раскаленного, светящегося красным угля. Над ним бешено вилось жаркое марево. И мерзко пахло паленым хитином, отметила Амара. Над головой еще гудели воздушные потоки – консулы, выполнив задачу, возвращались на свои позиции.
– Бернард, – негромко окликнула Амара.
Муж, оглядев равнину, кивнул ей и обратился к Джиральди:
– Сигнал к отступлению. Отходим за следующую стену.
Джиральди, отсалютовав, передал приказ трубачам. Вскоре по всей стене запели трубы, загремели голоса центурионов. Люди, спускаясь со стены, строились по отделениям. Гарганты маратов уже откатывались в тыл, неспешно переступая длинными ногами. Вьюки у них на спинах заранее были подготовлены для перевозки раненых.
– Граф Кальдеронский, – заговорил Ривус, его голос стал несколько напряженным и официальным. – Я сознаю, что отношения между нами… не близкие. И что вы, безусловно, уже много сделали для обороны Долины. Тем не менее я предлагаю вам в помощь себя и своих механиков. – (Бернард смерил его взглядом.) – Я плохой солдат, доблестный граф, – продолжал риванец, – но в строительстве понимаю. И собрал в своем городе лучших техников и архитекторов державы.
Бернард покосился на Амару – та незаметно улыбалась, делая вид, будто занята наблюдением за врагом.
– Вы оказываете мне честь, достойный консул, – ответил Бернард. – Джиральди – вот он – представит вам Пентиуса Плювуса, который ведет всю отчетность по строительству. Он знает, где нужнее всего ваша помощь.
Ривус протянул Бернарду руку и после короткого рукопожатия улыбнулся ему:
