Сергей дождался, пока солнце покинет небосвод, - и только тогда пешком выбрался из леса. В сгущающемся полумраке он чувствовал себя куда комфортнее, чем на свету. Меньше опасность попасться кому-то на глаза. А добраться до часовни - не проблема.
Он сделал большой круг, обходя деревню, - и вышел к искомому зданию. Осмотрелся, прислушался. Вроде бы поблизости никого. Не видно и мертвецов. Ни селян, ни пришедших с погоста. Уже похоронили?
Стараясь ступать как можно тише, Сергей подобрался к часовне, заглянул внутрь. В свете всего одной небольшой свечи на полу, на коленях, сидел человек. И не разглядеть, кто именно. Сергей постучал в косяк двери - будь что будет, а стоять и гадать он не собирался. Человек медленно развернулся. В отблесках свечи показалось знакомое лицо с черными провалами глаз. Сборщик.
- Не помешаю? - спросил Сергей, входя в часовню.
В ответ тишина. Не узнал или ждет развития разговора?
- Нужна твоя помощь. Это важно.
Сборщик поднялся на ноги, но по-прежнему хранил молчание.
- Как здесь дела? - спросил Сергей, заподозрив неладное.
- Нормально, - наконец-то соблаговолил ответить Сборщик.
- Дознаватели прибыли? Что с погостом и лесом вокруг него?
- Прибыли. Не вылезали оттуда весь день. Нашли много интересного. С местными почти не разговаривали.
- Хорошо, - от сердца отлегло. - У меня есть новые сведения. Они странные и могут показаться полным бредом. Но проверить их я бы очень хотел.
- И для этого нужна моя помощь?
- Да.
- Слушаю.
И снова пересказ последних суток. С той лишь разницей, что теперь к случившемуся в лаборатории под Матерью богов прибавилось неожиданное открытие в Могильниках.
- Чем могу помочь я? - спросил Сборщик, выслушав рассказ. По его лицу невозможно было понять - поверил ли он услышанному или нет? Да и слушал ли вообще?
- У меня нет уверенности, что смогу открыть центральный Могильник. Мне нужна консультация. Нужен человек, который работает с Домом Жизни, знает его... тайны, чего скрывать. Кроме тебя - других кандидатур у меня нет.
- Я же уже сказал: желтоглазые - не дело братства.
- Тебе не кажется, что ты уже вышел за рамки, в которых это самое братство действует? - громко прошептал Сергей, подавшись вперед.
Лицо Сборщика дрогнуло. Хотя, возможно, это всего лишь отблеск пламени свечи.
- Раз уж ввязался в игру с желтоглазыми - дойди до финиша. Осталось немного. Последний шаг.
- Тебе даже не понадобится помощь братства, - проговорил Сборщик. - Тебя заберут адепты Дома Жизни. Или замуруют в могильнике. В назидание другим дуракам.
- Принцип не вмешиваться в дела простых смертных - это что? Кодекс или привычка? А может быть, страх? Твои предки, те, кто шел через мертвые деревни и города, пытаясь остановить мор, у них тоже был какой-то особенный кодекс? Наверняка каждый из них боялся остаться наедине с эпидемией и ее порождениями. И все же они шли. Почему они делали это, Сборщик?
- Это было давно. Была необходимость. Кто-то должен был заняться чисткой.
- Значит все дело в необходимости? И только? Рационализм во главе угла?
- Да.
- Отличный щит. Тогда готовьтесь, Сборщик. Я очень не хочу, чтобы ваш рационализм оказался втоптан в грязь теми, тела которых вы так ревностно собираете. Вы держитесь особняком. Но поможет ли это выжить?
- Мы вне споров и интриг. Мы - работаем.
Сергей тяжело выдохнул. Упертость Сборщика бесила так же сильно, как и нарастающее чувство беспомощности.
- Зачем ты встал между мной и Драганом Эйчем? Почему не остался вне нашего спора?
- Забудь об этом.
- Зачем?!
Резким движением Сборщик впечатал Сергея в стену. Голова откинулась назад, с силой приложилась о дерево. В глаз вспыхнули яркие искры. Но Сергей не торопился нанести ответный удар.
- Ничего не было, - прошипел Сборщик. - Ни-че-го!
Его хватка ослабла.
- И никто до сих пор не догадался о природе вашей силы? - ровным голосом спросил Сергей. Он провел языком по деснам: во рту ощущался металлический привкус.
- Что?!
- Ведуны ведь гонимы, так? Их преследуют все - и оба дома, и Золотые башни. А еще считается, что ведунов почти не осталось. Кто бы знал, что они ходят под самым носом? В открытую, не таятся. Только стараются не вмешиваться в чужие дела...
- В своем ли ты уме?! - лицо Сборщика перекосилось в гримасе.
- Вполне. Вы черпаете силу в смерти других людей. Вернее будет сказать: и в смерти тоже. А когда убиваешь сам, сила захлестывает? Наверняка. Даже тот, кто мгновение назад стоял не краше мертвяка, распрямляется и снова готов жить. Готов перетаскать на себе все трупы - и даже не сбить дыхание.
Сборщик отступил на два шага, отвернулся.
- Я должен тебя убить, - проговорил спокойно. - Добрых советов ты не слушаешь, продолжаешь копать. А это очень вредно для здоровья.
- И что изменится?
- Все останется по-прежнему.
- Ничего по-прежнему не останется. Ты был на погосте, был, когда мертвяки вошли в деревню. Скажи мне откровенно: считаешь это временным неудобством?
Он молчал долго. Сергей уже начал было думать, что Сборщик вовсе не собирается отвечать.
- Я считаю это... - слова явно давались ему с трудом. - Опухолью. Разрастающейся с каждым днем.
- Так помоги мне. А потом поговорим - туда я копаю или нет. Прятаться не стану, если вдруг окажется, что все мои опасения ничего не стоят.
- И не спрячешься, - хриплым голосом проговорил Сборщик. - Он постоял еще немного, вглядываясь в пламя свечи. - Жди у леса. У тропы.
Не сказав больше ни слова, Сборщик покинул часовню.
Сергей вышел в ночь, подставил лицо порывам прохладного ветра. Что ж, можно считать - разговор получился. Немного нервозный, ну так главное - результат. Можно уходить. Он снова обогнул деревню, с некоторым трудом отыскал оставленную лошадку. На его зов животное и не вздумало откликаться. Выдал лошадь единственный звук - треск переломленной ветки.
Сборщик прибыл спустя примерно полчаса. К этому времени ночь набухла непроглядным мраком. Сергей ничего не видел уже в нескольких шагах от себя. Но спутника темнота, судя по всему, нисколько не смущала. Он только бросил Сергею веревку.
- Привяжи к луке или держи в руках. Поедешь за мной.
- Ты сам-то что-нибудь видишь?
- Да.
Сергей не стал спорить. И правильно сделал. Сборщик правил с такой уверенностью, будто вокруг не лесная темень, а просторная, хорошо освещенная улица. Сергею оставалось лишь не уснуть на ходу и не вывалиться из седла. Впрочем, бодрости способствовали ветви деревьев, которые нет-нет - да хлестали по лицу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
