могу.
Выдохнула. Набрала навечно отпечатавшийся в памяти номер и затаила дыхание.
– Снежа, – его голос был ровным и спокойным, – нам нужно поговорить.
– Нужно, – я отставила от себя чашку с кофе и подошла к окну, – я уезжаю, хотела тебя предупредить.
– Ты никуда не едешь, – спокойствие на том конце трубки треснуло и голос стал заметно ниже.
– Ты забыл, Миш, – присев на низкий подоконник, я прислонилась лбом к прохладному стеклу и с тоской посмотрела на панораму еще спящего города, – ты больше ничего не решаешь. Давно, – печально усмехнулась.
– Опять Демидом будешь прикрываться? В чем смысл, Снежа? Ты что не видишь, ты для него – это просто способ со мной поквитаться?
– А для тебя я кто? – поджав под себя ноги, я прикрыла глаза и сглотнула, – ты ведь тоже хочешь использовать меня для тех же целей.
– Нет, – он выдохнул тихо в трубку.
– Не ври… я тебе была не нужна, когда мы вместе были. Все, что ты хотел – сделать меня своей персональной шлюхой. Хотя ты же видел, что для меня все не игра. И все равно кинул мне этот свой контракт, – прикусила губу, чувствуя как горячая дорожка спускается по щеке, – и что ты скажешь сейчас? Что все изменилось? Ты передумал? Чувства появились? Я тебе не верю больше, хватит с меня!
– Я еду к тебе, – в трубке раздался шум шагов и звук открывающихся дверей лифта.
– Ты не успеешь, мне пора, Миш, – нажала на отбой и стерла ладонями слезы со щек. Я сильная, я справлюсь. Я смогу!
Рыдания сдавили грудь, сжимая меня в комок и сотрясая все тело, но я упрямо поднялась. Покачиваясь направилась в ванную, где окунула лицо в холодную воду.
Это ведь не трагедия всей жизни. Мне только двадцать четыре. Я все переживу, смогу Мишу забыть. А потом, может быть даже встречу того, кто действительно будет меня ценить.
В дверь раздался настойчивый звонок и я поплелась ее открывать, прекрасно понимая, кто там заявился.
– Доброе утро, Снежинка, – на пороге стоял Демид, обнимающий две бутылки минералки. Одна была наполовину выпита. Весь его внешний вид сегодня кричал о том, что помимо бессонного вечера, была еще и бессонная ночь.
Щетина отросла, под глазами появились мешки, а волосы топорщились в разные стороны.
– Плохо выглядишь, – отступила на шаг в сторону и впустила Демида внутрь.
– Спал на диване, все тело ломит, – он присел за стол в кухне и поставил на него минералку. Сам принялся за мой кофе.
– Поняла, сварю себе еще, – поставила чашку в кофе машину и выждала минуту, пока горячий напиток налился, распространяя крепкий аромат по кухне.
Демид задумчиво медитировал над чашкой кофе, изредка широко зевая и потирая заросшую щеку. Почему ему так хреново мне было понятно. Лавров, скорее всего решил рискнуть и выбрать Мишу. А иначе зачем перевозить меня в другую страну, как если не для того, чтобы досадить тому, что в бизнесе его переиграл.
И все равно ненависти к Демиду я не испытываю.
– Таблетку дать? – вытащила из кухонного ящика небольшую коробочку с лекарствами, – у меня есть аспирин.
– Давай, – он подпер кулаком щеку и начал на меня пялиться. Мне кажется, он это уже чисто по привычке делает, зная, что я раздражаюсь. – И даже рыдать не будешь?
– А это как-то поможет?
– Неа, но мне будет приятно.
– Врешь, – я набрала стакан воды и бросила туда шипящую таблетку, – ты не такая сволочь, как хочешь казаться.
– Ты не можешь реально так думать, – он забрал у меня из рук стакан и выпил его в три глотка, – давай еще одну.
– Квартиру ты мою утопил, конечно.... и репутацию подмочил, – я вздохнула, – но на работу устроил, со многими нужными людьми познакомил, пожить пустил.
– Тебя все еще вчерашнее шампанское крепит? – он проследил, как я растворяю еще одну таблетку и ставлю перед ним, – я тебя трахнуть хочу постоянно и всячески унижаю.
– Зато мне теперь любая шпилька или сальный комплемент на переговорах до лампочки. Помнишь того козла из «Аспенса», который хотел с нами работать. Он мне телефончик совал и предлагал поехать к нему в номер.
– Вот гад, – Демид усмехнулся, – он же знал, что ты моя любовница.
– Не суть, я даже не смутилась и не покраснела. А потом его так филигранно отбрила, что он даже не понял, что это был посыл на три буквы и в дальнее пешее, – я расплылась в улыбке, – на тебе натренировалась.
– Хочешь сказать, я тебя дипломатии научил?
– Еще почище чем мой директор школы, которому все время нужно было зал лизать, чтобы не оставаться в школе до ночи, – я скривилась, – да еще за копейки.
– Угу.
– Денежки опять же платишь, подарки даришь, – я прокатила подвеску между пальцами, – у меня бриллиантов еще не было и шубы, как облако.
– Могла бы разок и дать, раз я весь такой хороший, – буркнул Демид и допил кофе.
– Неа, это испортит нашу дружбу.
– Мы не друзья.
– Друзья, просто ты еще не смирился, – я отправилась на выход, где накинула на себя шубку. И спать в ней классно и смотрится супер. Универсальная вещь, короче.
– Посмотрим, что ты запоешь, когда среди немцев пару месяцев поживешь, – Демид поднял мой чемодан и потащил к выходу, – точно передумаешь насчет дружбы. Что угодно готов на это поставить.
– Самоуверенный какой, – я промаршировала следом за ним, сжимая в пальцах телефон. Миша больше не звонил.
И мне нужно радоваться, наверное. Он понял, что бесполезно все и решил оставить меня в покое. А в душе все равно болит и рвется. И даже разговоры с Демидом никак не отвлекают от зарождающейся внутри катастрофы. Не сейчас, так в номере отеля, где я поселюсь после перелета, обязательно захлебнусь в истерике. Но пусть лучше потом, сейчас еще есть время немного понадеяться, что все изменится.
Дорога до аэропорта по пробкам заняла прилично времени, так что хорошо, что Демид пришел за мной заранее. Так мы точно успеем. Телефон
