дороге из аэропорта, но на место них пришел внутренний мандраж. Он нарастал с каждой минутой его молчания.
– Присаживайся, – Миша сел на большой графитовый диван и широко расставил ноги. Он был уже полностью спокоен и вел себя в свойственно ему манере.
– Значит, – я осталась стоять на пушистом ковре, в котором утопали мои ноги, – ты отдал Демиду контракт.
– Да, бешеные бабки, – он равнодушно задержался на моих губах и поднялся к глазам, – еще заработаю.
– Ясно, – я отвернулась и прошлась по ковру в сторону двери на незастекленную лоджию. Посмотрела на центр комнаты, где когда-то стояла большая украшенная ель. А если выйти в боковую дверь, то будет гостевая комната, где я в Новогоднюю ночь спала одна. Миша так ко мне и не пришел. Воспоминания роились внутри, мешались в кашу, заставляя увязнуть в них. Вот я убежала в ванную, потому что испугалась, что мы будем делать это втроем. Потом вернулась и подошла к Мише первому. Он мне был намного более интересен, – зачем?
– Ты все понимаешь, – он устало выдохнул и подался вперед, поманил меня ладонью.
– Хочу услышать, – медленно приблизилась и замерла прямо перед Мишей. Его ладони легли на мою талию и тихонько сжали, а лицо уперлось в живот.
– Соскучился, – раздался глухой смешок и через тонкий топ мой живот обожгло его горячее дыхание.
– Это все? – запускаю пальцы в его вьющиеся волосы и натягиваю на затылке, заставляя посмотреть мне в глаза.
Миша долго разглядывал. Сосредоточенные серьезные глаза путешествовали по моему лицу, все время задевая губы. Молчание затягивалось, заставляя мои нервы натягиваться тугой дребезжащей струной. Мне это нужно! Услышать самое важное, без чего наши с ним отношения невозможны. Если не услышу, то ничего и не будет.
– Люблю, – Мишин голос прозвучал уверенно и он дернул меня на себя, усаживая на колени. – Ты самая упертая и доводящая до безумия женщина, что я видел в своей жизни.
– Правда? – я тихонько всхлипнула. Мои ладони очертили его мощные плечи и легли на грудь.
Всего одно слово, но насколько важное для меня. Теперь я точно знаю – он мой. Мой и никуда не денется, никому не отдам.
– Это не комплемент, – нахмурившись, Миша провел пальцами по скуле и заправил за ухо выбившиеся прядки. Наши лица оказались совсем рядом друг с другом, дыхание с его губ долетело до моих.
– А было очень похоже, – потупив глаза, я пододвинулась еще ближе, оставляя между нами лишь миллиметр, чтобы он мог очень быстро его преодолеть.
– Я тебе купил, – произносит осипшим голосом.
– Да, – отвечаю шепотом, – и что будешь теперь со мной делать?
– Точно больше не отпущу, – его ладонь легла на мою грудь, поднялась выше и легко сжала шею, – чуть не сдох, пока пробовал выбросить тебя из головы, на второй раз меня точно не хватит.
– Я тоже, – прижимаю ладони к лицу, пряча слезы, которые остановить не получается. Они катятся по щекам большими каплями, которые я судорожно стираю.
Улетучилась упрямая гордость. Ушла жгучая обида. Осталось лишь облегчение и ощущения счастья. Они накрывали с головой, вызывая острое желание улыбаться, – мне нужно кое-что тебе сказать. Это важно.
– Говори, – Миша убрал мои ладони от лица и принялся сам вытирать слезы. При этом на его лице не было упрека или растерянности, как это обычно бывает с мужчинами, которых застигают женские слезы. Он мою истерику выдерживал с достоинством.
Из моей груди вырвался нервный смешок:
– Я с Демидом не спала, мы были просто друзьями.
Миша на секунду застыл, потом отклонился на сиденье и пристально посмотрел:
– Вы жили вместе, – раздалось спокойно.
– Я жила в корпоративной квартире над офисом, Демид в своем пентхаусе на последнем.
– Друзья, – Миша словно пробовал это слово на вкус, – у него вообще могут быть друзья?
– Уже не уверена, ведь он их продает, – не удержалась я от шутки и с тревогой посмотрела на Мишу, – ты же рад?
– То есть все это время, ты говорила, что спишь с ним, а на самом деле…
– Это ты говорил, а я просто молчала в ответ. Ты сам делал выводы, – я нервно прикусила губу.
– Вот значит как, – мужские ладони опустились на мои бедра и с силой сжали их, – делал выводы. Обнималась с ним, ходила на все мероприятия, работала у него, подарки принимала дорогие.
– Мне больно, – дернулась я.
– Мне тоже было больно, – раздалось в ответ.
– У тебя была Лиза, – стиснула зубы, стараясь не показывать что до сих пор сильно ревную.
– Хочешь обсудить? – Миша поднял бровь.
– Нет, – помотала головой, прекрасно понимая, что вряд ли он удержался. А подробности мне вообще были не нужны. Мы расстались и каждый имел право устраивать свою личную жизнь, как хотел. Только раньше, не сейчас, – но я должна знать, что у вас все кончено.
– Мы расстались после поездки в усадьбу.
– Хорошо, – выдохнула с облегчением, – я не потерплю измены.
– Знаю, – ладони на моих бедрах пришли в движение и поехали вверх, расстегивая пуговицу на брюках.
– И никаких контрактов подписывать не буду.
– Тоже знаю.
– Я хочу встречаться, как обычные люди.
– Угу, – Миша стащил с меня пиджак и топ, которые полетели на ковер.
– Не совсем обычные, потому что мне нравится все, – я тихонько застонала, когда щелкнула застежка лифчика и пальцы стащили чашечки вниз.
– Что все? – его голос сбился, но нить разговора Миша не утратил.
– Ужасные вещи, что ты со мной вытворяешь, – нетерпеливо потянулась к его ширинке и получила за это шлепок по рукам.
– Ужасные? – Мишина ладонь зарылась в мои волосы и с силой сжала, заставляя выгнуться. Его зубы прошлись по моим губам.
– Ты меня порешь, привязываешь к кресту, – я задрожала всем телом, когда он подул на сосок и прикусил его.
– Учитывая твой ужасный характер и как много ты врешь – мало стараюсь.
– Мало, – сглотнула, уже ничего не соображая и плотнее прижала его лицо к груди.
– Обязательно исправлюсь, –
