Обезумевшая наркоманка, ненасытное и пустоголовое животное с одними только рефлексами — целовать и обнимать!
Смеется и неспешно опускается на спину вместе со мой, приставучей человечкой. Хихикаю, как озорница. А отлипать не хочу! Леплю поцелуи уже везде, где только можно! Нос, щеки, лоб. Меня не остановить.
Но вот он говорит тихо:
— Остановись, Эрей Валерия, прошу…
Отпряла с тоской в груди. Лежу на нем. Смотрит вдруг так строго. Подняться хочет, но я не желаю слезать с него! Одна только мысль об этом невыносима! Сладкая кровать ранним утром и я в пуховом шелковом одеяле. Ты мои утренние грезы, что могу смотреть бесконечно, ибо время в них не мера. Время чувствуется, когда ты останавливаешься и видишь пройденное, когда сознание обдумывает и заморачивается о содеянном. А я просто хочу быть с тобой!! Ощущать…
— Я пришел попрощаться, — выдает фразу, от которой у меня сердце замирает.
Не верю!!
Задыхаюсь. Мотаю готовой. А он привстает и ссаживает меня, воспользовавшись моим замешательством. Хочу капризничать, как маленькая девочка. Поставить ультиматум, что бы больше никуда от меня! Ни на шаг! Плевать на всех, пусть смотрят и пугаются! Мне нужен только дворец Мора, где живет сестра. У меня куча вопросов к Эрею Авелю. Но они в горле встали! Не могу спрашивать… просто не способна на это.
— Нет! — Давлю сквозь слезы. В голове творится хаос.
— Не все зависит от нас, — говорит, глядя сверху вниз.
Рукой пытается утереть мне слезы, а я хватаю за палец и прикасаюсь губами, прислоняюсь щекой… Как же приятно трогать тебя. Ты внутри меня, засел глубоко. Не отдам тебя ей.
— Я не мог понять, — вдруг говорит. — Что вы человечки, находите в нас, даже если знаете, красота — это пыльца.
Обижают такие слова. Не нужно меня обобщать! Я единственная! Такая одна, я сама оригинальность и индивидуальность! Успокаиваюсь…
— Ты не уйдешь, понял меня? Я главная, и мне решать, — шепчу с нарастающей уверенностью.
— Если я отдам свою жизнь сейчас, мои братья не умрут, они попадут в другой клан…
Отшатнулась. Его слова выбили весь воздух из моей груди… они повторяются эхом и выжигают изнутри. Мир в моей голове сыплется осколками, расползается на трещины земля. Ужас накрывает мое сознание. Нет! Снова терять тебя? И теперь навсегда?! Никогда! Больше я не выдержу подобного. Не бывать этому!!
— Я ненавижу ее, — шиплю, делая шаг назад. Ненавижу эту тварь Клесану, что вынуждает делать подобный выбор… По коже бьет мороз, меня трясет всю. Эрей Авель смотрит круглыми глазами. В них сомнения!
— Не говори так, она любит свои творения. Эта любовь дает нам прекрасную жизнь, — говорит с таким трепетом, что становится противно.
Он понял о ком я, уже прогресс. И реакция нормальная, не полез душить из — за своей королевы, больной на голову женщины. Перед смертью вы мягче. Убила бы себя за собственные мысли.
— Есть неизменное, — продолжает тихо. — И ты не можешь ничего изменить, как ни трудно это принять. Твои силы ничтожно малы. Ты капля дождя, звезда среди бесконечного множества, крошка пыльцы. Даже если наполненная духом Клесаны…
Не понимаю его.
— Как короли дают знать, что урожай собран?!
— Употребляют крошку пыльцы, и глава приходит. Это ритуал вознесения урожая к склону золотого дворца королевы, что я не смогу описать словами.
— А если я…
— Нет! Придет Мор! Это его земли! — Взвинтился вдруг, что у меня волосы дыбом встали. — И… ты не ведаешь, что говоришь.
Хмурое выражение сменяется легкой виноватой улыбкой. Ладно, прощаю…
— Пять тысяч бутонов Красного ириса, — Ухмыляюсь. Забавно, наверное, выгляжу: зареванная человечка еще и ухмыляется.
Смотрит с недоверием любовь моя.
— А если ты будешь рядом к концу сбора, ты сумеешь забрать урожай с земель Мора? — Вырисовываю авантюру.
Глаза его загорелись на миг. А я продолжила с интригой:
— Это будет наша месть за подлую дуэль. Я соберу для тебя пыльцу.
Смотрит неотрывно, не моргая… не могу прочесть этот взгляд. Сомнение?! Отсутствие веры в меня?
— Время на исходе. — Говорит строго. — Пока еще у меня есть выбор и возможность спасти остальных.
— Неужели твои братья так беспомощны?! Почему они не могут прилететь и вырубить для клана эту Поляну миров?! Лоси здоровые! — Выхожу из себя.
Смеется.
— Показать тебе их? — Предлагает, в голосе сарказм.
— А давай! Мои ж подопечные, — ехидствую.
Опускается на корточки, чтобы меня в свои сильные объятия принять. Долго себя ждать не заставила! Как скучала по тебе, ты даже не представляешь!
Обнял. Взмахнул крыльями и понес меня в ночи. Ощущаю, что тяжело ему без солнца. Они, видимо, за день налетаются, энергии впитают, а ночью на ней и тянут. Долго ли он так сможет? Волнуюсь за него. Теперь ведь чувствую больше.
Летим над облаками. Я самая счастливая. От ветра его ладонь заботливая закрывает. Холод мне нипочем, от груди мощной греюсь. Прижал к себе стальной хваткой. Летать привыкшая, я бы с ним посоревновалась на своих двоих, но слова белого владыки помню. Они меня за черного приняли. Он для них зло. Не хочу, чтобы Эрей Авель усомнился во мне.
Приземлились на остров, парящий в небе спустя час, а то и больше. И этого мне было мало! Я бы в объятиях его до самого утра… Но чувствую напряжение и какие — то отголоски боли у моего любимого в душе.
Каменный остров. Над головой звезды рассыпались, а впереди лес сказочный, весь светится разными огоньками, будто новогодняя ночь наступила. Волнительно, но не настолько, чтобы усомниться в чем — то.
Эрей Авель вышел вперед, будто защищая меня от чего — то. Раздался непонятный горловой звук, похожий на гул. Это его зов… Несколько мгновений ничего не происходило. И вдруг лес буквально заходил! Под ногами чувствуется вибрация. Отшатнулась у самого края, но Эрей Авель вовремя меня придержал.
— Папа вернулся! — Раздался детский визг.
Я ошарашена. Из леса выбежали дети! Обычного роста детишки в разноцветных лохмотьях, напоминающих одежду, сшитую из лоскутков на балах — маскарадах. Золотые кудри, голубые глаза и миловидные ангельские лица. Им только крылышки белые прилепить и вылитые ангелочки. Два десятка детишек с криками радости бросились на Эрея Авеля, игнорируя меня.
Он рассмеялся, опускаясь к ним и принимая в объятия. Затем и вовсе завалился на спину, получая обнимашки детворы. Стою рядом. И чудо такое, и ревность откуда — то вдруг взялась, и умиляюсь всему этому.
А еще я в шоке! Обычные дети! Нет… волшебные, но вполне себе человеческой внешности и габаритов!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
