Когда Крис быстрыми шагами вошел в небольшую комнатку, представлявшую собой офис Лизы, он сразу понял, что Марлоу уже спекся. Лиза сияя рекламной улыбкой и блеском отбеленных до простынного цвета локонов, допрашивала Стэна, причем ее пальцы неутомимо порхали над клавиатурой, очевидно, создавая очередной шедевр, имеющий очень мало отношения к тому, что произносил Стэн. Марлоу, который в своей черной водолазке и голубых джинсах, выглядел, как бедный студент, он скукожившись, сидел в большом кресле и на лице у него было такое выражение, что сразу становилось понятно — он мечтает только о том, чтобы удрать отсюда.
— Привет, — небрежно бросил Крис и сел в крутящееся кресло рядом с креслом Лизы. Та уставилась на него с тем безмолвным безмерным обожанием, которого он просто не переносил. Тридцатилетняя Лиза Хафф была предана «Ацтекам» с момента их возникновения и по сей день. Она сама пришла к ним, когда они еще играли в подвальных клубах. Страшненькая, похожая на мышь девушка в очках таскалась за ними с упорством маньяка, в конце концов все к ней привыкли. Она варила им кофе и ходила за выпивкой. Она приносила им еду из дома и не отставала, пока каждый что-нибудь не съедал. Она наносила им ту первую боевую раскраску, в которой они выступали, специально приобретя для этого пособие по театральному гриму. Она договаривалась с владельцами клубов, которых боялась до полусмерти, о концертах. Ей можно было рассказать все, что угодно, хотя она и не блистала умом, зато отличалась завидной преданностью и терпимостью. Когда разразился скандал со Стэном, она первая из окружения Криса позвонила ему и предложила любую поддержку фанатов, которая могла понадобиться. И Харди был ей благодарен настолько, что даже соглашался терпеть ее обожающий взгляд.
— Дай почитать, — попросил он. Лиза отодвинулась.
«Стэнфорд Марлоу — человек удивительной, даже трогательной скромности..». Прочитал Крис первую фразу, и с трудом удержался от смеха.
— Понятно. Отлично, дорогуша, это то, что нам нужно. — у Лизы было одно уникальное свойство, Крис никак не мог понять, как она вообще смогла влюбиться в тяжелую и деструктивную музыку «Ацтеков». Лиза была готова объединить и подружить всех, только дай волю, под ее ненавязчивым руководством все доступные фэны превращались в сплоченную армию, в любой момент готовую к немедленному употреблению. Это, собственно говоря, и требовалось на следующем концерте. Крис поговорил с Лизой еще пять минут, порадовал ее романтичную душу, нежно поцеловав Стэна в губы и они, наконец, удалились под тем же обожающим взглядом, устремленным теперь уже на них двоих.
В коридоре Крис не выдержал, прижал Стэна в угол и снова поцеловал, теперь уже долгим поцелуем, от которого у него кровь превращалась в горящую нефть, а сердце билось где-то в горле, мешая дышать. Стэн отвечал, не отрывая от него взгляда, и Крис видел в этих, сейчас совершенно синих, а не серых глазах, не просто желание, а почти страх, таким мучительным было их притяжение друг к другу. Когда они разомкнули объятия, то увидели что в конце коридора стоит какая-то девчонка, видимо, из фэнов и смотрит на них открыв рот. Крис помахал ей рукой, она заулыбалась, двинулась к ним. Стэн напрягся. Девушка подошла, она была очень смуглой, с множеством черных косичек и влажными темными глазами.
— Привет, — сказала она застенчиво и в тоже время сияя счастьем, — Как ты, Крис?
— Отлично, — подмигнул ей Крис, — Скоро концерт, придешь?
— Ага. — и она посмотрела на Стэна. — Ведь ты Стэн Марлоу? — спросила она.
— Да, — ответил Стэн, борясь со страшным желанием схватить Криса за руку и спрятаться за его плечо.
— Дай мне автограф. — попросила девушка, — У меня всех «Ацтеков» автографы есть, а твоего нет.
Стэна Крис нашел в комнате, где музыканты приходили в себя перед концертом. Он только что вернулся от Джимми. Гитарист за два часа до шоу запирался в комнате и истязал гитару, причем это было единственное время в жизни Джимми, когда обратившись к нему не по делу, можно было нарваться на такую ругань, что даже уравновешенный Арчи только мотал головой и досадливо крякал, выскакивая из логова гитариста. Крису на это было наплевать, да и его Грэмм не трогал. Им надо было кое-что отрепетировать вместе, и Крис проторчал там час.
В комнате были Арчи, над которым пыхтела девушка гример, Крошка и Стэн. Стэн сидел на подлокотнике кресла, над ним склонялся Пэтти, так, что его светлые кудри почти касались лица Марлоу, от чего Крис ощутил рефлекторный, но болезненный укол ревности.
— Не бойся, Стэн, — твердил Крошка, не отрывая горящих голубых глаза от лица печально знаменитого автора текстов «Пылающей комнаты». - не бойся, ты должен это сделать. Это классно, поверь мне.
— Верю, — уныло отозвался Стэн.
Крис подошел и встал рядом.
— Не хочет? — спросил он.
Пэтти покачал головой.
— Боится.
— Ужасно трусит, — невнятно сообщил Арчи из другого угла, тут же получив наказ замолчать и не шевелиться.
Крис сел на корточки перед своим другом, положил ему руку на колено.
— Тэн, малыш, — начал он терпеливо, — пожалуйста, это нужно сделать, не бойся. Там буду я, ребята, ну что ты.
Марлоу посмотрел на него страдальческим взглядом, в котором читалась твердая уверенность в том, что как только он появиться на сцене большого стадиона в S***, как его тут же закидают тухлыми помидорами.
— Стэн, я тебя прошу, — продолжал Крошка, — это нужно.
— Я знаю. Ребята, не надо меня уговаривать, я все сделаю, только… налейте мне кто-нибудь выпить. — взмолился он наконец.
На сцену Марлоу шел, сжимая одной мокрой и ледяной рукой руку Криса, второй — руку Крошки Пэтти. Сзади его конвоировали Джимми и Арчи, очевидно, на тот случай, если он решит все-таки вырваться и убежать. Перед самым выходом Крис поручил его заботам Тима, и сказал:
— Мы споем «Войди в Пылающую комнату», после этого твой выход. Понял?
— Понял, — лязгнув зубами ответил Стэн. Арчи грубовато приобнял его за плечи.
— Не трусь. Мы с тобой.
— Ага. — ответил Стэн, вид у него был такой, как будто он уже ничего не соображал.
Он стоял за кулисами и слушал отчаянный рев толпы, и считал про себя, до десяти, до тридцати, до ста. Только бы не думать, о том, что ему сейчас придется выйти туда, под устремленные на него тысячи глаз. Наконец он услышал голос Криса.
— Ну что ребята, вам нравится наш новый диск?
— У-а-а-а-ар! — ответила толпа.
— Сейчас я вам представлю автора! — заорал Крис, и Стэн услышал в его голосе нотки экстатического возбуждения. — Орите громче, ребята, Стэн Марлоу!!!
