Она отстранилась. Не резко, но так чтобы суметь произнести:
— Тогда почему ты не сказал мне, что ищешь Иглу?
Он так и застыл с вытянутыми для поцелуя губами, затем быстро выпрямился, прищурившись:
— Как ты узнала?
— Как ты и хотел, перестала быть наивной, — ответила Сол, высвободив руки из его ладоней. — Синтезированный минн и антидот — не единственное, что интересовало меня в махди. Я фактически пошла по твоим следам и поняла — плевать ты хотел на их неординарность, тебе подавай мифический артефакт, который, как ты считаешь, спрятан где-то здесь в этих проклятых джунглях.
Лицо Аверре оставалось бесстрастным, даже когда он перевел взгляд на Изму, казавшегося во всей этой странной сцене лишним действующим лицом.
— Кто еще об этом знает?
— Никто, — ответила Сол тут же. — До сего момента у меня не было причин делиться своими догадками с кем-то, но уверена, что Занди обрадуются, узнав, что их легендарная реликвия нашлась по правде.
— Нет, — произнес Аверре. — Ты этого не сделаешь.
— Не говори глупостей. Изма уже знает. Кроме того, Занди имеет полное право обладать Иглой, и раз ты сумел ее найти, твой долг сообщить ему об этом.
— Нет, — повторил мастер, качая головой. — Не за тем я потратил столько сил и времени, чтобы в конечном итоге стоять в сторонке и смотреть, как деградировавшие потомки Занди I, не ударив при этом палец о палец, получают самый могущественный артефакт во Вселенной. Чего мне стоило заставить, вечно сующую свой нос, куда не надо, Бавкиду смотреть в другую сторону! Чего мне стоило убедить тебя отправиться со мной и создать антидот, не породив в твоей душе никаких подозрений! Уж явно не для того, чтобы отдать Иглу тому, кто меньше всего ее заслуживает! Сколько себя помню, я грезил о ней, о том, насколько непобедимы мы станем, когда она окажется в наших руках. Хоть раз задумывалась ты над тем, какой была бы наша жизнь, не будь мы вынуждены вечно прятаться от нормалов? С Иглой такая необходимость полностью бы отпала, потому что лейры стали бы непобедимы и могли бы держать всю галактику за горло! Так зачем бы мне отдавать предмет собственного могущества в руки недомерка, интересующегося только джунглями и тем, что плохо лежит?
Недобрый огонек, мелькнувший в его глазах, Сол не могла не заметить, но, кажется, он совершенно её не удивил.
— Предлагаешь мне разделить с тобой власть, которой еще не добился?
— Всего лишь время, — пожал плечами он. — Ты уже внесла свою лепту в мое дело — с твоим антидотом аборигены больше не представляют для меня ни малейшей опасности. Я уже испробовал его и понял, что могу играть с ними, как мне заблагорассудится — две недели я живу среди них, а они даже не подозревают об этом. Предания, которые мне удалось услышать, раскрыли суть Иглы и подсказали, как с ней обращаться. Оказывается, только элийр может активировать силу артефакта и высвободить ее. Видимо у предка нашего молодого графа на службе был один такой предатель, способствовавший гибели остальных, участвовавших в битве за Шуот. — Он хохотнул. — Весьма иронично, не находишь, что теперь Иглой завладеет лейр, ради уничтожения которых она и была найдена?
Тут в отдалении послышался какой-то звук.
— Это махди, — сказал Аверре. — Ты должна принять сыворотку прежде, чем они тут появятся.
Какое-то время Изма смотрел туда же, а потом вскарабкался на дерево обратно. Аверре полез в карман за ампулой, но Сол его остановила:
— Я не стану, это опасно и глупо. Ты можешь оставаться здесь, если хочешь, но я возвращаюсь в Мероэ.
Лицо наставника будто окаменело.
— Все-таки пойдешь к Занди? — спросил он отстраненно.
Сол заглянула ему в глаза и ответила:
— Это будет правильней всего.
— Он ее не заслуживает.
— Никто не заслуживает. Игла — слишком могучий артефакт, чтобы находиться в чьих-то руках и быть при этом безопасной для других. Прости, но твои слова убедили меня лишь в одном — ее следует оставить там, где она есть и не дать попасть к лейрам. Я думаю, что смогу заставить его светлость помочь мне в этом, но тебе придется смириться и вернуться тоже, ведь, ни ты, ни Бавкида, ни кто-либо другой не готовы к той силе, что сокрыта в этой Игле.
Сол коснулась кончиками пальцев щеки Аверре, но он отклонил ее руку, словно она стала теперь чужой.
— Прости, — сказала мама. — Это лучшее, что можно сделать. Некоторые вещи никогда не должны быть найдены.
— Все, что спрятано, — проговорил мастер мрачно, — должно быть найдено.
Сол хотела что-то возразить, но в нескольких сантиметрах от нее просвистел пущенный аборигеном дротик и с тихим свистом впился в ствол.
— Госпожа Сол! — прикрикнул Изма. — Давайте поторопимся!
— Идем, Батул, — шепнула она и перемахнула на соседнюю ветку.
Я представления не имел о том, как у нее с Измой могло бы получиться выбраться из джунглей, когда махди будут дышать им в спину, но мое внимание сейчас было приковано к Аверре, который безучастно смотрел на убегающую от него женщину и даже не собирался двигаться за ней следом. Как будто в нём происходил сложный внутренний конфликт, а секунду спустя, он явно на что-то решился.
Выпущенный аборигенами ряд стрелок сильно отклонялся от цели — попасть в маму они никак не могли, но только не когда небрежный взмах Аверре подправил траекторию их полета, умножив скорость в несколько раз, и они всем скопом вонзились в спину, ни о чем не подозревающей Сол.
Она не успела вскрикнуть и даже ничего не почувствовала, как будто всего лишь неуклюже оступилась, но не подумала за что-нибудь ухватиться, уверенная, что собственные способности помогут ей восстановить равновесие. Жаль только яд аборигенов действовал на незащищенный антидотом организм слишком быстро, парализуя его за доли секунды. Мне оставалось только смотреть, как моя мать, безвольно, как тряпичная кукла, с глухим и влажным до отвращения звуком ударилась головой о нижнюю ветку, после чего её тело навсегда скрылось во тьме нижних уровней этого леса.
Глава 20 Ничья казнь
Мама!!!
Пронзительный мысленный вопль разорвал воспоминание Измы на лоскуты, словно когтистая лапа зверя тонкий листок бумаги. Меня буквально вытолкнуло из его сознания, швырнув на пол с такой силой, что разом выбило из легких весь воздух.
— Что случилось?
Сквозь слезы, выступившее на глазах, я увидел нависшее над собой взбудораженное лицо Эйтн. Я не ответил ей, а все прокручивал в голове страшную сцену падения мамы, одновременно пытаясь убедить себя, что на самом деле все произошло совсем не так, что все это неправда. И тут же отвратительный холодный голосок где-то в глубине сознания язвительно твердил об обратном.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
