– Но Воислав требует Зорицу в жены, – огорченно вздохнул Дир. – Воля ваша, бояре, но если этот человек получит хоть какие-то права на киевский стол, то нам всем не поздоровится.
– Он что же, влюбился в девушку? – спросил князь Горазд.
– Рерик ее еще в глаза не видел, – пояснил собравшимся боярин Пяст, – и не очень-то рвется смотреть.
– Вот и скажи ему, что девка – это не кот в мешке. И ты не можешь отдавать ее силком за первого встречного, – посоветовал Любомир. – В Киеве-де так не принято. А коли Зорица даст согласие, то с твоей стороны возражений не будет.
– Выкрасть бы ее да спрятать, – мечтательно проговорил боярин Пяст.
– Зорицу варяги стерегут пуще глаза, – покачал головой Дир. – Рерик сразу дал понять, что мне не верит. Так и сказал: сначала мне девка, а потом тебе великий стол.
Горазд с Любомиром переглянулись: варяг оказался умнее, чем можно было ожидать от залетного молодца. Впрочем, наверняка за его спиной стоят волхвы, которые очень хорошо умеют просчитывать ситуацию. Похоже, этого нежелательного брака действительно не удастся избежать, но в крайнем случае никто ведь не помешает боярину Пясту жениться на вдове. Сам князь Горазд не собирался пачкаться в крови ротария. Русы умеют мстить, надо отдать им должное. А этот Рерик не просто рус, он еще и князь из рода Меровингов. Следовательно, за него будут мстить вдвойне. А Горазду никак не улыбалось провести остаток жизни в бегах, на задворках Ойкумены, и это в тот самый момент, когда перед ним замаячил великий княжеский стол в Радимецкой земле. Убить Воислава Рерика должен боярин Святополк, в отместку за погубленных дочь и зятя. И пусть все свершилось не совсем так, как это мнилось киевскому боярину, но если все пойдет по задуманному Гораздом плану, то Святополку никогда не узнать правды.
– А духу у него хватит? – спросил Горазд у Любомира, когда за княжичем Диром закрылась дверь.
– Ты кого имеешь в виду, князь?
– Боярина Святополка.
– Хватит, – уверенно отозвался Любомир. – Недаром же он при князе Яромире ходил в воеводах. Страшен в гневе боярин Святополк и неудержим, как река в половодье. Как бы он этого варяга не убил раньше, чем завершится вече.
– Надо придержать воеводу. С убийством Сокола торопиться не след. Нужен удобный случай, чтобы даже тень подозрения не пала на княжича Дира.
Для тайного убийства, как и для войны, нужно золото, и кому как не воеводе Святополку это знать. Вот только где его взять в таких количествах, чтобы не вызвать беспокойства ни у князя Ждислава, ни у волхвов, зорко наблюдающих за происходящими в Киеве событиями. Своим купцам верить нельзя, каждый из них либо в ту, либо в другую сторону клонится, и слух о том, что боярину Святополку срочно понадобились деньги, сразу же распространится по всему городу. И уж конечно, все решат, что понадобились они ему для черного дела. И начнут вставлять палки в колеса. В таких случаях лучше всего обращаться к чужаку. Такой чужак имелся на примете у боярина Святополка. Перс Джелал всего лишь год прожил в Киеве и необходимыми связями еще не оброс. Воевода знал о старом купце только то, что на него можно положиться, а более ему и не надо было. Богатый перс выбрал место для проживания недалеко от Детинца. Терем он поставил деревянный, видимо для того, чтобы не слишком выбиваться из ряда боярских и купеческих усадеб. Осторожный и, судя по всему, много битый человек.
Купец принял боярина с честью. Имени не спросил, но по лицу было видно, что узнал первого ближника покойного князя Яромира.
– Чем могу служить, уважаемый боярин? – спросил перс, жестом приглашая гостя к столу. Здравную чашу боярину поднесла кареглазая женщина, а уж кем она доводилась купцу, женой, дочерью или просто челядинкой, Святополк допытываться не стал. Не его это дело – лезть в уклад чужого дома.
– Деньги мне нужны, уважаемый Джелал. Десять тысяч денариев.
Сумма была названа немалая, но купец даже бровью не повел. Видимо, знал, что боярин Святополк способен вернуть деньги в срок да еще и с процентами.
– Не могу дать всю сумму сразу, боярин, – вежливо посетовал Джелал. – В Сарае был казнен рабби Иосиф, с которым я издавна вел дела, и у меня возникли большие сложности, которые я надеюсь в ближайшее время разрешить.
– Его убили ротарии вместе с беком Красимиром? – проявил осведомленность Святополк.
– Боюсь, ты ошибаешься, боярин, – покачал головой Джелал. – Бека Красимира и рабби Иосифа вкупе со всей сарайской старшиной казнили в присутствии кагана Обадии и по его приказу.
– За что? – спросил боярин осипшим голосом.
– За участие в языческом жертвоприношении. Мой приказный Акрам присутствовал при казни. Так что сведения у меня из первых рук.
– А что стало с женой бека? – тяжело глянул на купца Святополк. – Говори, перс!
– Она умерла в Итиле, боярин. Прости за худую весть.
– Ганша Ярина – моя дочь.
– Я это знал, боярин, но полагал, что тебя известили о ее смерти.
– Каган? – прямо спросил воевода.
– Не знаю, – вздохнул Джелал. – Но умерла она в его дворце.
– А ребенок?
– Я постараюсь выяснить, но это займет много времени.
Этот перс убил последнюю надежду в душе боярина Святополка. Ярина была его младшей и любимой дочерью. И дернул же бес воеводу отдать ее на чужую сторону. Но ведь и жених попался хорош. Первый ближник кагана Тургана. Где тот Турган и где теперь его ближник? Не сберег ган Красимир Ярину, не сдержал слово, данное отцу. Вот только спрашивать теперь не с кого. Разве что в стране Вырай им теперь доведется свидеться. И даже отомстить за дочь теперь некому боярину Святополку, ибо до кагана Обадии ему не дотянуться, ни сил не хватит, ни золота.
– А о Воиславе Рерике что ты знаешь?
– Знаю, что лютый враг он кагану Обадии. Но тот ли он Сокол, которому суждено сразить Гепарда, даже и не скажу.
– Я хочу с ним повидаться, но так, чтобы об этом никто не знал.
– Думаю, я сумею помочь тебе, боярин. Мой приказный Акрам знаком с Рериком и пользуется его доверием.
– Хорошо. А о деньгах мы с тобой поговорим позже, уважаемый Джелал.
– Я всегда в твоем распоряжении, боярин Святополк.
Киев был переполнен боярами и ганами, съехавшимися на Большое Вече. В иные времена они и не знали бы, чем заняться, кроме пиров. Ибо кому же наследовать великому князю Яромиру, как не его старшему в роду сыну? Обычай этот от отцов и дедов идет, и кабы не нужда, никто об ином претенденте даже не заикнулся. А тут извольте видеть – князь Дир. А у того князя ветер в голове и молоко на губах не обсохло. Кагана Обадию надо благодарить, Змея Тугарина, который осиротил ныне Полянскую землю, лишив ее разумного и сильного правителя. И лишил, судя по всему, с дальним прицелом. Рахдониты-то давно к киевскому торгу тянутся, видимо, теперь пришло их время. Вот ведь времена настали, не знаешь, в какую сторону голову повернуть. Ждислав ведь тоже не подарок, понаведет в город ромеев, – и куда тогда истинным киевлянам податься? К Христу овручский князь склоняется. А чем же наши славянские боги хуже, бояре? Куда ни кинь – всюду клин.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
