Оторвавшись от созерцания тонкой гравировки жезла, Мальцев принялся обдумывать дальнейшие действия. Нашествие целого томена степняков для города, в котором в лучшее время едва ли жило более десяти тысяч жителей, оставит на месте поселения кучу трупов в развалинах. Вряд ли гарнизон в три сотни солдат и нескольких сотен городских обывателей, некоторые из которых впервые в жизни взяли в руки оружие, сможет им как-то помешать. Четырехметровые стены города не задержат и первую волну идущих на приступ. У каффидцев достанет ума рассредоточить силы и напасть сразу в нескольких местах, растянув ряды обороняющихся и перебив их поодиночке. Просто задавив численностью.
Так что же делать? Технически, никому из местных он ничего не должен, поэтому помирать во имя неродного ему города будет не самым умным решением. А Федор себя считал не самым глупым человеком. Однако как он успел уже понять, в характере его появились некоторые черты, не позволяющие прощать и отступать.
Сметая со стола мелочевку в сумку, парень задержал в руках последнюю порцию боевого зелья, собранного в небольшом туеске из коры с дырочками — вентиляция, затем решившись, оставил его на столе.
Вот и все мои вещи. — Тоскливо пронеслось в голове у Мальцева. Осталось забрать доспех у гнома, документы у главы стражи и прихватить немного еды в дорогу. Впрочем, как бы там ни было, просто так уйти было бы невежливо. Не питая иллюзий насчет вероятности для девушки остаться невредимой при набеге этих животных, остается только попытаться отдать долг, по возможности с большими процентами. Парень с силой ударил кулаками по столу.
Быстро темнело. На улицах ближе к центру было непривычно тихо. Только со стороны прихрамовой территории несло горелым мясом, и слышались крики фанатиков, отмаливающих свою судьбу у суровых богов этого мира. Федор мог им только посочувствовать. Какое дело богам до этого людского муравейника?
Несколько раз на пути Федора попадались брошенные вещи и домашний скарб. Бездомные собаки трусливо жались ближе к стенам домов. Животные лучше людей чувствовали надвигающуюся беду. Узенькие окна, выходящие на проулки, были плотно прикрыты деревянными ставнями и кое-где даже заколочены досками. В городе витал гнетущий запах страха и ожидания неотвратимой гибели.
Тем не менее, вдалеке порой слышались свистки стражи и звуки перебранки, в городе активизировалось ворье и грабители. Несколько раз из темных подворотен выходили непонятные личности, но сталкиваясь со взглядом Мальцева, поспешно отступали в тень. Ночные подонки обладали неплохим чутьем на неприятности, куда там собакам.
Мимо, быстрым шагом прошла пятерка стражников, подталкивая копьями троих упирающихся оборванцев, со связанными за спиной руками.
Рыночная площадь встретила непривычной тишиной и безлюдностью. Вялая торговля шла только возле продовольственных навесов, да была открыта лавка старьевщика, возле которой околачивалось несколько подозрительных личностей. Стало быть, бизнес у него шел и в это трудное для города время.
Забрав доспех у подмастерьев гнома, сам кузнец все еще отсутствовал, Мальцев приятно удивился качеству произведенной подгонки. Доспех сидел как влитой, и в тоже время, почти не стеснял движений, беспокоил только вес одетого металла.
Древко копья, выполненное из черного полированного дерева, весило непривычно много. Однако крутанув его в руках и резко наметив несколько выпадов, парень понял, что сможет управляться и с более тяжелым изделием.
Острие подмастерья успели отполировать, убрав царапины и признаки старения металла. На противоположном конце копья, Федор обнаружил короткий конусовидный толстый штырь. Несмотря на то, что он не заказывал подобных усовершенствований, парень вынужден был признать, что оно органично вписывалось в суть оружия. Приятным был и факт, что доплачивать за это не пришлось.
Сложив доспех и снаряжение в предложенный подмастерьем мешок, Федор не снимая кольчуги и окованных ботинок, направился обратно в трактир. За ним, стараясь не отставать, шагал один из подмастерьев с мешком, отрабатывая серебряк.
Глава 29. Рождение зверя
— Сколько их тут?
— Не могу сосчитать, кружат псы. Должно быть несколько сотен, видел мельком бунчуки сотников.
— Хвалю за службу солдат. Быть тебе десятником, коли не посрамишь в бою.
— Оно конечно хорошо, но лучше б ты деньгами отдал. — Вполголоса выразил свое недовольство в спину спускающегося наместника, стражник со шрамом на щеке. Его смена, из-за появившихся в пределах видимости кочевников, оказалась очень долгой. Не успев злобно сплюнуть, стражник мгновенно подобрался и сделал лихой бойцовский вид, — на стену поднялся глава стражи со своим первым помощником.
Окинув внимательным взглядом окрестности и россыпь огней на горизонте, он чему-то хмыкнул про себя, и ободряюще хлопнул по плечу своего подчиненного.
— А вот и неприятности. Прямо по расписанию.
— Вот, выблядки шакальи! Плакал мой отпуск, горючими слезами заливался. А так хотелось пожить скучной пресной жизнью городского обывателя.
— Не беспокойся Геворн. Обломаем рога каффидцам, отдыхай, сколько влезет.
— При видоке сказал. — Ухмыльнулся Геворн, подмигнув осклабившемуся стражнику.
— Что там с ополченцами? Сразу удалось поставить их на довольствие? Я слышал наш щедрый казнокрад… в смысле казначей, верещал от радости, выдавая деньги провиантмейстеру?
— Попробовали бы не поставить. Он еще было возмущался, когда мешки с зерном выносили, а когда несколько бочонков с вином выкатили — уже просто брызгал слюнями, с багровой рожей. Но Великая мать, то есть, тётка Рафи его быстро заткнула.
— И тут эта мать отличилась. А кто разрешил вино брать?
— Тетка Рафи распорядилась, так говорит, воины злее будут. Я тоже думаю, чего четырем сотням болванов будет с трех бочонков.
— А кто эту орчиху поставил над ополченцами?
— Попробовал бы её кто-то не поставить, после того, что она сделала с кочевником. — Мужчины одновременно содрогнулись. — К тому же ты сам видел ее кулачищи? После такого, поневоле начинаешь вспоминать страшные сказки из детства.
— Что и тебе про собирательницу голов рассказывали?
— Это точно она. У нас в деревне даже ее портрет есть тех времен, поисковый отряд оставил, перед тем как в степи пропасть.
Собеседники с удивлением воззрились на заговорившего стражника. Тот под дружными взглядами сник и, подхватив древко копья, поспешно зашагал по опостылевшему за годы службы маршруту.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
