— Он не такой как ты. И ты не умрешь подобным образом.
Губы Джема приоткрылись от удивления.
— Уилл.
Они оба услышали звук открывающейся двери и голос, выкрикнувший имя Джессамин. Уилл выпустил руку Джема, и они припали к земле, осторожно продвигаясь к краю галерки, чтобы увидеть, что происходит на складских помещениях.
Глава 16. Смертельная ярость. Бремя тысячелетий
Мы видели, как времени рука
Срывает все, во что рядится время,
Как сносят башню гордую века
И рушит медь тысячелетий бремя.
Шекспир «Сонет 64»
Идти пешком по улицам Лондона в мужской одежде — специфический опыт, подумала Тесса, когда шла по запруженной народом мостовой Истчип.
Мужчины, которые пересекали ее путь, едва смотрели на нее, просто проталкивались мимо нее дальше к дверям трактиров или следующему повороту улицы.
Если бы она была одета, как девушка, ночью, в одиночестве идущей пешком по этим улицам, она была бы объектом пристальных взглядов и насмешек. Как мальчик она была… невидимой. Она никогда прежде не осознавала, каково это было быть невидимым. Как легко и свободно она себя чувствовала… или чувствовала бы, если бы она не ощущала себя аристократом из «Повести о двух городах», когда он ехал в двуколке на гильотину.
Она только один раз увидела Сирила, который проскользнул между двумя зданиями через дорогу от Минсинг-Лайн 32.
Это было большое каменное здание, огражденное черным железным забором, который в исчезающих сумерках выглядел как ряды неровных черных зубцов.
На воротах висел замок, но он был открыт. Она проскользнула внутрь, и затем поднялась по пыльной лестнице к входной двери, которая так же была не заперта.
Внутри она обнаружила пустые офисы, окна которых выходили на Минсинг-Лейн, тихие и безжизненные. Муха жужжала в одном из них, снова и снова ударяясь о стекло до тех пор, пока не упала, измученная, на подоконник.
Тесса задрожала и поспешила дальше.
В каждой комнате, в которую она входила, она напряженно ожидала увидеть Нейта. Но в каждой из этих комнат, его не было. В последней комнате была дверь, которая вела в помещение склада. Тусклый голубой свет просачивался сквозь трещины в заколоченных окнах.
Она неуверенно огляделась.
— Нейт? — прошептала она.
Он вышел из тени между столбов с отстраивающейся штукатуркой. Его светлые волосы под шелковым цилиндром сияли в синеватом свете. Он был одет в твидовый сюртук, черные брюки и черные ботинки, но его обычно безупречный внешний вид в этот раз был каким-то растрепанным. Его волосы свисали на глаза, на его щеке было пятно грязи. Его одежда помятая, как будто он спал в ней.
— Джессамин, — сказал он с явным облегчением в голосе. — Моя дорогая. — Он распахнул объятия.
Она медленно двинулась вперед, ее тело полностью напряглось. Она не хотела, чтобы Нейт дотрагивался до нее, но она не видела способа избежать его объятий. Его руки обвили ее. Его рука поймала край ее шляпы и стянула ее, позволив ее светлым кудрям упасть на спину. Она подумала об Уилле, вытаскивающем булавки из ее волос, и ее желудок невольно сжался.
— Мне нужно знать где Магистр, — начала она дрожащим голосом. — Это ужасно важно. Я подслушала кое-что из планов Сумеречных охотников, понимаешь. Я знаю, что ты не желаешь мне говорить, но.
Он откинул ее волосы назад, проигнорировав ее слова.
— Я понимаю, — сказал он, и его голос был глубоким и хриплым. — Но сначала… — Он слегка приподнял ее голову, держа палец под подбородком. — Поцелуй меня, голубка.
Тесса очень хотела, чтобы он не цитировал Шекспира. Она теперь никогда не сможет слушать этот сонет, не чувствуя тошноты. Каждый нерв в ее теле хотел, крича, выпрыгнуть из кожи, когда он наклонился к ней. Она молилась, чтобы Сумеречные охотники ворвались, когда она позволила ему приподнять ее голову вверх, вверх…
Нейт начал смеяться. Рывком он откинул ее шляпу в тень, его пальцы сжались на ее подбородке, впившись ногтями в него.
— Прошу прощения за свое пылкое поведение, — сказал он. — Я не могу сдержаться от удивления, видя, как далеко ты готова зайти, чтобы защитить своих друзей Сумеречных Охотников. Сестренка.
— Нейт. — Тесса попыталась вывернуться из его руки, но его хватка была слишком сильна. Его другая рука, скользнула как змея, обвивая ее, прижимая ее к нему так, что его предплечье оказалось у ее горла. Его дыхание обдавало жаром ее ухо. От него пахло потом и чем-то кислым, как от старого козла.
— Ты действительно полагала что я не узнаю? — прошипел он. — После той записки, которую я получил на балу Бенедикта, отославшую меня на охоту за призраками в Воксхолл, я все понял. Все это обрело смысл. Мне следовало знать с самого начала, что это была ты. Маленькая глупая девчонка.
— Глупая? — прошипела она. — Ты разболтал мне все свои секреты, Нейт. Ты рассказал мне все. Мортмейн узнал? Вот почему ты выглядишь, как будто не спал сегодня?
Он сдавил ее сильнее, заставляя ее задохнуться от боли.
— Ты не могла просто держаться в стороне. Тебе обязательно нужно было влезть в мои дела. Ты очень рада видеть меня униженным, да? И какая из тебя теперь сестра, Тесси?
— Ты бы убил меня, если бы у тебя был шанс. Это не игра, в которую ты можешь играть, ты не можешь сказать мне ничего, чтобы заставить меня думать, что я предала тебя, Нейт. Ты заслужил абсолютно все это. Присоединившись к Мортмейну…
Он тряхнул ее настолько сильно, что ее зубы клацнули друг о друга.
— Мои связи — это не твое дело. У меня все было хорошо до тех пор, пока ты и твои друзья Нефилимы не пришли и не вмешались. Теперь Магистр хочет, чтобы я понес ответственность за все. Твоя вина. Все твоя вина. Я был почти в отчаянии, пока не получил ту нелепую записку от Джессамин. Я знал, что за этим стояла ты, конечно же. Все, через что вы прошли, пытали ее, мучили ее, чтобы получить это нелепое послание…
— Мы не мучили ее, — выдавила из себя Тесса. Она пыталась бороться, но Нейт только схватил ее крепче, пуговицы на его жилете вонзились ей в спину. — Она хотела сделать это. Она хотела спасти свою собственную шкуру.
— Я не верю тебе. — Одну руку он оставил на ее горле, а другой схватил ее за подбородок. Его ногти впились в него, и она взвизгнула от боли. — Она любит меня.
— Никто не способен любить тебя, — прошипела Тесса. — Ты мой брат… Я любила тебя… но ты смог разрушить даже это.
Нейт подался вперед и прорычал:
— Я не твой брат.
— Отлично, ты мой брат наполовину, если ты так хочешь…
— Ты не моя сестра. Даже наполовину. — Он сказал эти слова с жестоким удовольствием. — Твоя мать и моя мать не были одной и той же женщиной.
