взгляд на Мышелова, говоря: – Большинство южан сомневаются в их существовании, полагая, что любой из минголов совершенно беспомощен, когда слезает со спины своего коня, будь то хоть на море, хоть на суше.
– Только не я, – ответил Мышелов. – Я плавал с мингольской командой. Среди них был один, теперь уже старик, по имени Урф…
– А я встречался с пиратами-минголами, – сказал Фафхрд. – Их корабли немногочисленны, однако вселяют ужас. Оскалившиеся стрелами водяные крысы – вот каковы эти морские минголы, как ты их называешь.
– Что ж, хорошо, – сказала Сиф, обращаясь теперь к обоим друзьям. – Тогда вы вполне поверите мне, когда я скажу, что все это связано с волшебным пророчеством: «Кто захватит венец Невона, тот завоюет весь мир…»
– Под венцом подразумеваются земли у Северного полюса, – вставила Афрейт.
– Во главе с подстрекателем Ледяным Магом Кхахктом, чье подлинное имя – просто замерзший кашель…
– Возможно, он – наизлобнейшее существо из когда-либо живших на свете… – вставила Афрейт, и ее глаза сверкнули лунным холодом.
– …минголы собрали свои корабли, чтобы поспешить к самым северным землям Невона двумя огромными флотами, один из них направился по солнцу, другой – это противосолнечные минголы – идут против его хода…
– А что касается слухов о малочисленности их кораблей – уж поверь, это настоящие армады, – вставила Афрейт, по-прежнему пристально глядя на Фафхрда (так же как Сиф на Мышелова), и продолжила повествование: – Если посолнечные и противосолнечные минголы встретятся у Льдистого острова и захватят его, они разлетятся во все стороны, чтобы насиловать и грабить весь мир!
– Мрачная перспектива, – заметил Фафхрд, ставя на место кувшин с бренди, которым он приправил налитое всем вино.
– Во всяком случае, реальная, – согласился Мышелов. – Минголы – неутомимые насильники.
Сиф подалась вперед, вздернув подбородок. Ее зеленые глаза вспыхнули.
– Таким образом, Льдистый остров – место решающей схватки. Избранное Роком, Ледяным Кхахктом и богами. Место, где необходимо остановить степные орды, превратившиеся в морских разбойников.
Афрейт вдруг выпрямилась на своем стуле, ее синие глаза обожгли взглядом Фафхрда и его друга.
– Итак, Льдистый остров, все его мужчины и платные наемники. Это последнее дело мое и Сиф. Нам нужны два героя, и чтобы каждый из них нашел двенадцать воинов, подобных себе, и привел их на Льдистый остров в течение трех периодов лунного цикла. Вы – два этих героя!
– Ты хочешь сказать, в Невоне есть хотя бы один подобный мне мужчина… не говоря уж о дюжине? – недоверчиво спросил Мышелов.
– По крайней мере, это дорогостоящая работа, – рассудительно заметил Фафхрд.
Сиф сунула руки под стол, и ее мышцы слегка напряглись под ржаво-красной курткой, когда она выкладывала на столешницу два туго набитых мешочка, величиной с апельсин каждый, – по одному перед каждым из мужчин. Глухой стук и тихое звяканье прозвучали весьма обещающе.
– Вот ваша плата.
Глаза Мышелова расширились, хотя он и не дотронулся еще до шарообразного мешочка.
– Льдистый остров нуждается только в героях… А как насчет героинь? Если, конечно, мне позволительно упомянуть об этом.
– Об этом уже позаботились, – твердо ответила Сиф.
Указательный палец Фафхрда легко коснулся мешочка и тут же отдернулся.
Афрейт сказала:
– Выпьем.
Когда они подняли кубки, вокруг послышался тихий звон, похожий на звон колокольчиков фей; мгновенный порыв леденящего холода донесся со стороны двери; воздух в таверне едва заметно засветился, превратив все предметы вокруг в подобие бледных жемчужин, – а потом звуки внезапно резко усилились, став оглушительными, как колокола огромного собора, и грохочущими, как пушечные выстрелы, и в уши ударило завывание северного ветра, который в долю секунды вымел все тепло и сорвал тяжелую, как свинец, дверь, заставив посетителей «Серебряного угря» свалиться со стульев, холодный туман, густой, как молоко, заполнил помещение, и сквозь его белую массу послышался крик Сиф: «Это ледяное дыхание Кхахкта!» – и голос Афрейт: «Он выследил нас!» – а потом весь этот кошмар кончился.
Фафхрд и Мышелов каждый схватились одной рукой за мешочек с деньгами, а другой – за дубовый стол, радуясь, что тот достаточно тяжел, чтобы дать им удержаться на месте.
Штормовой ветер и оглушающий шум затихли, туман растаял, хотя и не так быстро, как появился. Друзья разжали стиснутые пальцы, смахнули кристаллы льда с бровей и ресниц, зажгли лампы и огляделись.
Все вокруг превратилось в руины, тишина стояла гробовая – но вот уже послышались испуганные стоны, вскрики боли и изумления. Друзья осмотрели длинное помещение – их стройных собутыльниц не было среди медленно приходящих в себя жертв.
Мышелов пробормотал несколько легкомысленным тоном:
– Откуда вообще могли взяться те особы, которых мы с тобой ищем? Может, мы просто выпили что-то не то…
Он умолк. Фафхрд встряхнул свой жирный круглый кошель и направился к двери.
– Эй, ты куда? – окликнул его Мышелов.
Фафхрд остановился и обернулся. Ответил он серьезно, без улыбки:
– На север от Степи Троллей, нанимать своих двенадцать берсерков. Не сомневаюсь, ты отыщешь свою дюжину воров-меченосцев в более теплых краях. За три дня до истечения срока мы встретимся в море, на полпути от Симоргии до Льдистого острова. Так что – до встречи!
Мышелов проводил его взглядом, пожал плечами, отыскал кубок и кувшин, покрытый влагой магического тумана, перевернутый, но не разбитый бурей. Жидкости в кувшине не хватило даже на хороший глоток. Мышелов легко коснулся своего мешочек с деньгами, потом развязал ремешок, стянутый в тугой узел. Со дна кожаного шара полилось слабое янтарное сияние.
– И в самом деле, золотой апельсин, – с довольным видом произнес Мышелов, совершенно не замечая стонов, скрипов и прочих горестных звуков вокруг, и достал одну из желтых монеток.
На одной ее стороне был изображен дымящийся вулкан, возможно, с покрытыми снегом склонами; на другой был выбит огромный утес, поднимающийся над морем и не похожий ни на ледяную глыбу, ни на обычную скалу. Что за шутки! Он снова посмотрел на входную дверь таверны, на железную штору. Да какой же идиот, подумал он, примется всерьез за столь невыполнимое задание, данное к тому же исчезнувшими женщинами, скорее всего фантомами! Или отправится на свидание, назначенное через много дней, в океанских просторах, в месте, не отмеченном на карте, в некую точку между затонувшей землей и землей мифической – да, география Фафхрда была еще более фантастичной, чем его обычные вымыслы.
А если подумать о том, какие редкостные удовольствия – нет, какое количество наслаждений и блаженств – можно оплатить таким количеством золота? И как может быть счастлив мужчина, держащий в руках этот металл, этого безмозглого раба его желаний…
Мышелов вернул монету в мешочек, затянул ремешок, пригасив сияние, решительно
