class="p1">Ты болел, и с тех пор у тебя бывают приступы, во время которых ты не можешь понять, что реально, а что нет. Хотя ты уже слыхал рассказы о божествах, появляющихся на вершине горы Лаошань, тебе все же трудно разобраться в том, что ты видишь и слышишь среди этого темного, но отчего-то успокаивающего тумана.
Некий индиец в монашеском одеянии, говорящий на незнакомом языке, весьма убедительно наставляет кого-то, выглядящего как хорошо одетый британский служащий. Почему-то и ты, и англичанин понимаете слова индийца: «Когда Татхагата[162] говорит „атомы пыли“, это не значит, что он подразумевает какое-то определенное или произвольное понятие. Он просто использует слова как фигуру речи. Подобным же образом и слова „большие вселенные“ не являются выражением какой-то определенной или произвольной идеи. Слова — это всего лишь слова, и он использует их как слова».
Пока ты это обдумываешь, англичанин с сомнением спрашивает у монаха: «Разве реальность вещей, которые мы ощущаем, в том, что мы установили, наблюдая их? Или есть что-то, отличное от возможности их наблюдать, что никак не относится к нашему разуму?»
Ему отвечает второй индийский монах: «Все реально и нереально, одновременно реально и нереально, ни реально, ни нереально. Таково учение великого Будды».
Ты не знаешь, как следует к этому отнестись, но, похоже, сказанное возмутило другого европейца, насмешливо заявившего по-французски: «Я полагаю, что небо, воздух, земля, цвета, фигуры, звуки, все внешнее по отношению к нам — это не что иное, как иллюзия, созданная нами во сне».
Меланхоличный немец прерывает француза, которого он называет Рене: «Честно говоря, с этим надо согласиться. Ведь нет ничего более бесспорного, чем то, что ни одному человеку не удалось выйти за пределы себя, чтобы установить непосредственную связь между собой и объектами, отличными от него».
Хотя эти аргументы и кажутся тебе вескими, но чего-то в них недостает. Однако твои размышления прерывает второй, странно одетый, англичанин, который объясняет: «Конечно, разум мира — это нечто более общее, чем наш индивидуальный сознающий разум… Только изредка, местами, достигает он уровня сознания, но эти островки — источник всего, что мы знаем»[163].
В этот момент все они дружно поворачиваются к тебе. «Что происходит не в твоем уме?» — спрашивает британец.
Ты задаешься вопросом: что здесь происходит? Все это происходит в твоем сознании?
Все это — только твое воображение?
Когда 2500 лет назад Будда сказал, что такие понятия как «пыль» и даже «вселенная» — иллюзия, что он имел в виду?
Трудно ответить определенно, ибо эти слова, изначально, по всей вероятности, произнесенные в Магадхе[164], столетиями передавались из уст в уста, были записаны на санскрите, а затем переведены на английский. Но они согласуются с древними восточными (и более поздними западными) традиционными представлениями, согласно которым данный нам в ощущениях мир напоминает сон: во многом он сконструирован нашим собственным воспринимающим разумом, а не чем-то, что находится «вовне» и существует независимо, — то есть не чем-то таким, к чему мы, условно говоря, можем подойти и прикоснуться. Это представление, существовавшее еще до Будды, поддерживалось всеми направлениями буддизма и в особенности так называемой «школой срединного пути», наиболее ярким представителем которой был, вероятно, индийский мыслитель Нагарджуна. В западной философии это учение сравнимо, пожалуй, со знаменитыми размышлениями Декарта о том, можем ли мы что-то знать за пределами нашего разума, и философским ответом на это Джорджа Беркли, считавшего, что не можем, тем более что в этом нет никакой необходимости.
В этой книге мы, встав на точку зрения физики, тоже раз за разом сталкивались с тем, что наше представление об объектах, которые мы по привычке, не раздумывая, считали реальными, целостными, независимыми и внешними по отношению к нам, при более близком рассмотрении оказывалось далеко не столь однозначным. Объекты строятся из относящейся к атомам структурной информации, которые сами «сделаны» из квантового состояния, а квантовое состояние, если говорить о том, что можно измерить, тоже представляет собой своего рода информационный объект. Информация же «сделана» из таких составляющих, как вероятности и порядок, которые, по крайней мере частично, существуют в мозгу наблюдателя или воспринимающего. Нельзя четко разделить сущностные объекты на те, которые являются «строительными блоками», и те, которые «просто скомпонованы» из этих блоков. Практически все вещи, процессы и структуры, с которыми мы сталкиваемся, появились в результате физических и эволюционных процессов, воздействующих на оставленный нам в дар космосом порядок, чтобы мастерски создать те структуры и закономерности, которые мы выявляем и стараемся понять. Такие привычные нам свойства, как цвет, практическая ценность и красота, — это созданные человеком конструкции, не относящиеся к отдельному атому. И даже более примитивные понятия, такие как движение, целостность, локальность или изменчивость, — это только образы, которые выбирает наблюдатель или агент, чтобы разобрать на части и описать единое целое, каковым является реальность. Последние результаты неврологии и когнитивистики (науки об организации психики) подтверждают, что восприятие ни в коем случае не пассивно.
Это двунаправленный процесс, где воздействующая на нас реальность, как сон, конструируется из заготовок, которые в каждый данный момент состоят из входной сенсорной информации, памяти, ощущений, компетентности и сопоставления с эталоном.
Форма — это пустота.
Но пустота тоже форма.
Желание открыть дверь не открывает ее, а если вы сильно ударите ногой по камню, вам станет больно вне зависимости от того, верите ли вы в иллюзорную природу камня. Попробуйте летать во сне — и у вас это почти наверняка получится. В состоянии же бодрствования вы с утеса упадете: материя может изгибать пространство-время, но одним только усилием воли ваш разум сделать этого не сможет. Даже такие явно, по общему убеждению, изобретенные нами конструкции, как, например, деньги, достаточно реальны и обладают своими собственными непреложными правилами и структурами. Вы можете попытаться не верить в деньги, и какое-то время вам даже удастся с этим жить, но последствия будут почти столь же катастрофическими, как неверие в закон гравитации. Есть много, очень много понятий, существующих одновременно как в сознании отдельного индивида, так и в коллективном сознании человечества или за его пределами. Языки, общественные нормы, философские и политические системы, религии и так далее были выстроены людьми в ходе их социального развития. Их изучают, и они находят отражение в сознании образованных людей. Ясно, что во многом более универсальные естественные поведенческие тенденции — такие как боязнь змей и пауков, сексуальное влечение, желание одновременно исследовать что-то и оставаться в безопасности и многое другое — это наследие эволюции, свойственное практически всем
