манящее, наделенное силой.
— Портал! Это ж фамильяр бастарда!
Теряя сознание, я почувствовал, как мое тело стремительно ринулось вверх, а кожи коснулся приятный холодок.
Глава 2. Явление демона народу
— Илюш, иди скорей! Блинчики остынут! — доносится с кухни ласковый мамин голос.
— Иду, мам! — радостно кричу я из ванной, вытираясь после умывания. — Ух ты! С клубникой! Спасибо, мам!
— Ну ты же просил, вот я и приготовила, — широко улыбается мама и гладит меня по волосам. — Кушай и собирайся, а то в школу опоздаем. Ну, чего нахмурился?
— Не хочу в школу. Можно я дома останусь? С тобой! Кино посмотрим про хоббитов!
— Эх ты! — улыбнулась она, прижав меня к груди и чмокнув в макушку. — В жизни приходится делать не только то, что хочешь.
— Тебе тоже? — удивленно спрашиваю я.
Мама тяжело вздыхает:
— И мне, радость моя. И мне, — еле слышно звучит ее голос.
Странный сон…
Сколько подобных утр мы провели вместе? Пусть ей не всегда удавалось, но она искренне старалась сделать меня счастливым. Окружить любовью, продлить детство и подготовить ко взрослой жизни. С чего мне вдруг это приснилось? Надеюсь, она не узнает, что ее «радость» хотели казнить в сыром боксе?
Воспоминания вспыхнули, точно молния в ночном небе. От неожиданности я дернул головой и открыл глаза. Деревянный потолок… довольно низкий. За окном лают собаки, где-то вдали звучит смех и журчит вода.
Уселся на кровати и огляделся. Комнатка размером чуть больше коробки из-под холодильника. Интерьер скромный: посеревшие стены, из мебели, кроме моей кровати, только развалюха, в которой с трудом угадывается комод. Окошко — квадратный иллюминатор, завешанный пыльными занавесками.
Встал на ноги и поморщился — тело затекло, мышцы ныли, так еще и заноза в палец вонзилась. Опустил голову…
Черт, что на мне одето?
Странный наряд — колючая сорочка из серой мешковины, в которой я походил на Пьеро, да штаны-шаровары. Весь этот шик сельской моды в поясе перетянут бечевкой.
На мгновенье задумался, кто ж меня так обрядил? Затем с ужасом осознал, что на пытках-то был совершенно голый! Да точно! Появился хомяк и открыл портал, меня куда-то унесло. И в этом где-то я появился в костюме терминатора. Жесть…
От мысли, что эту не самую нежную одежду напялили прямо на мое нагое тело, неприятно закололо в паху. Ау! Чертовы сектанты! Оставили меня без трусов!
Шутки-шутками, а делать что-то надо. Что делать? Конечно, искать способ вернуться домой. И там со всем конкретно разбираться.
Однако ж удивительно, что мой мозг с пугающим спокойствием принял тот факт, что межпространственное перемещение возможно. Едва ли не обыденностью посчитал хомячью магию. Надеюсь, я не сошел с ума, а просто легко адаптируюсь в критических ситуациях.
Будем считать именно так. Какой у нас план действий? Основная цель — найти своего грызуна-спасителя. Верно.
Как только я сделал решительный шаг вперед, услышал хлопок дверью где-то в глубине дома. Пошел на звук и оказался в смежной комнатке. Кирпичная печь и окруженный стульями стол выдавали в помещение что-то вроде кухни-гостиной.
— О, ты наконец-то проснулся! — радостно проговорил вышедший из противоположного дверного проема мужчина. Пару секунд я с интересом разглядывал его удивительную внешность. Если очень смуглая, почти коричневая кожа и могла показаться обычным делом (много загорал и все в таком духе), но вот жесткие алые волосы, красная борода и в тон ей радужка глаз откровенно шокировали. Мне, конечно, доводилось встречать косплееров и им подобных, но отчего-то сейчас был уверен, что ни краской для волос и уж тем более линзами мужчина не пользуется.
В остальном он выглядел, как заурядный американский фермер из блокбастера — могучая фигура, затянутая в некое подобие джинсов и шерстяную клетчатую рубаху поверх некогда белой майки.
— Да, — неуверенно подтвердил я, осознав, что говорим мы на одном языке. — Спасибо.
— Не хило тебе досталось, должно быть! — воскликнул он, подойдя ко мне вплотную и хлопнув по плечу тяжеленой рукой. — Ток ран маловато для того, кто два дня в отключке провалялся! — мужик хохотнул и протянул мне широкую ладонь. — Говард Лоусон! Владелец фермы Лоусонов!
Фермер все-таки? А громкий, как каноничный прапорщик.
— Илья, — коротко представился я, ответив на рукопожатие. Правая бровь Говарда устремилась ко лбу, словно сверхзвуковой истребитель в небо. Эк его перекосило-то.
— Илья?! — изумленно повторил он, не отпуская моей руки.
— Да, — осторожно подтвердил я.
— Откуда ты? Никогда не встречал таких странных имен!
Блин! Нужно было назваться как-нибудь под стать Говарду Лоусону. Например, Джон Смит! Точно бы прокатило! Вот ведь я сглупил…
— Я понимаю, что ты не местный, — продолжал фермер. Хм, стало быть у «Джона Смита» тоже сразу не было шансов. — Но такое странное имя…
Его глаза выпучились, а рот в ужасе округлился. Бросив мою руку, огромный мужик, точно испуганная кошка, в один прыжок оказался в противоположном конце комнаты и резко распахнул дверцу серенького пенала. Выхватил с полки медную кастрюльку (красивенькую такую, с ажурным рисунком), пальцем откинул фиксатор крышки и достал изнутри маленький, похожий на турку, черпачок. Все происходило стремительно, и при этом Говард ни на мгновенье не спускал с меня взгляда ошарашенных глаз.
В следующую секунду, вновь сократив расстояние, он перенес левую руку с кастрюлькой к поясу, а правой, точно мастер йайдзюцу, одним движением зачерпнул воды из бадьи. Тут же быстро поднял черпак и окропил меня прохладной водой.
— Ау! А если б в глаз попал?! — возмутился я, растирая щеку. Противное жжение, какое бывает, если ранку залить спиртом, неприятно кольнуло и начало плавно сходить на нет. Секунд через десять и вовсе исчезло. Я раздраженно стер колючим рукавом капли с лица. Лишь потом поднял глаза и обомлел. Говард с первобытным ужасом таращился на меня, спиной вжимаясь в щель между стеной и шкафом. — Чего? — смутился я.
Дрожащими губами он пытался что-то произнести. Затем резко зачерпнул воды из кастрюльки и влил себе в глотку.
— Господи, прости меня, — вскинув голову к потолку, зачастил он, обеими руками вцепившись в свою красивую кастрюлю. — Прости дурака! Демона приютил! Прикасался к его телу, слушал его речи, трогал его оружие! Прости господи! Не знал я! Думал, попавшему в беду путнику помогаю! Думал, богоугодное дело делаю! Ан нет! Провел меня проклятый демон Ильяриз!
Демон? Ильяриз? О чем этот шизофреник щебечет, а?
— О Господи! Нет мне прощенья! — с новыми силами взвыл Говард, и вдруг опустил голову, вперившись в меня озлобленным взглядом. — И в искупление я должен изгнать демона!
Мужчина оскалился и на дрожащих ногах начал медленно
