будто пересмеивались в темноте.
Гай ушел внутрь, где ждал готовый поддержать его иссякающие силы Сиреос. Эрен добился, чтобы принцепс поел и подремал на кушетке, пока в невидимом, призрачном городе внизу не затрубили трубы.
Первый консул проснулся мгновенно – и сидевший рядом Эрен заметил, как свело болью его лицо. Но старик прикрыл глаза, решительно набрал воздуха в грудь и, поднявшись толчком, шагнул на балкон. Эрен тут же вышел за ним.
Послушав немного перекличку труб, Гай понимающе кивнул:
– Пошли на прорыв. Вот тут-то мы выкрутим им руки, курсор. – Он, не оглядываясь, махнул горнисту. – Трубите атаку!
Общий для всех легионов сигнал звоном отозвался в ушах Эрена. Из города трубам ответили сотни горнов.
Гай, вскинув руки, закричал, и налетевший с севера ледяной шквал едва не сбил Эрена с ног. Ветер завыл над городом, унес дым и туман – и раздул догорающие пожары, пробудив в них смертоносную жизнь.
Подойдя ближе к Гаю, Эрен увидел, что ворд наполовину окружил город и теперь рвался вперед единой волной.
Снова встали на бой фурии земли, не замечавшие жара пожаров и раскаленных углей. К этому огню прибавились белые от жара огненные шары, целиком поглощавшие двуногих чудищ, порой вместе с кишевшими рядом ящерицами. Со всех стен взвились в небо рыцари Воздуха, пронеслись над предместьями, своими воздушными струями раздувая огни и обрушивая на врага стены.
Наступление ворда замедлилось – не потому, что он заколебался; просто алеранцы выкашивали его ряды быстрее, чем подступали новые. Эрен с трепетом смотрел на этот кошмар и погибель. Огонь, выпущенный на волю алеранскими гражданами, рвал на части саму землю. Защитники города зачерпывали земляные глыбы, как зачерпывают масло из масленки. Ворд визжал, корчился, погибал – Эрен слышал его вопли даже с балкона.
Но Первый консул шарил глазами по городу.
– Во́роны! – чуть слышно бормотал он. – Во́роны побери этого надутого слайва! Где же он?
– Кто, сударь?
– Аквитейн, – буркнул Гай. – Самое время ему ударить, пока они все сосредоточились перед стенами. У него хватало времени выдвинуться на позиции. Где же он?
Он еще не договорил, когда могучий Гаул вдруг содрогнулся. Большая, блестевшая лунным серебром река выплеснулась из берегов и хлынула на ворд с тыла. Воды ее плавно потекли по равнине, разрезая надвое ряды ворда, тесня одних вперед, других назад.
А потом – Эрен не поверил своим ушам – из опустевшего русла прозвучали трубы, бурей завыли гневные голоса, и пять легионов со всей силы вырвались из оставленного рекой рва. Они ударили во вражескую орду с флангов и с тыла. Их самих с фланга охраняло новое течение реки, и легионеры жестоко теснили ворд.
– Клятые во́роны! – вырвалось у Эрена.
Даже Первый консул взирал на это, недоуменно подняв брови.
– Он, верно, с помощью водяных магов убедил реку протекать над головами своих войск. И магией ветра обновлял воздух в подводном пузыре. А заклинатели земли уплотнили ил под ногами легионеров. – Гай покачал головой. – Впечатляет.
Победно взревели защитники города. Когда стойкость граждан перед стенами начала иссякать, ворд подступил ближе к наружной стене, и легионеры на бастионах взялись за мечи. Враг тотчас стал перестраиваться: его самые западные части разворачивались вовнутрь, чтобы поддержать восточные, которым угрожали легионы Аквитейна, но столица Алеры была велика, и, чтобы прийти на помощь своим, им предстояло преодолеть не одну милю.
За это время Аквитейн Аттис с подчиненными ему легионами искромсал бы ворд в кровавые клочья.
Эрен с воспрянувшей надеждой следил за ходом сражения, в гуще которого мигала и вспыхивала красная звезда на клинке аквитанского консула. При созданном магией Гая увеличении он различал и самого консула в первых рядах легиона среди тяжеловооруженных телохранителей. У него на глазах Аквитейн схватился с парой двуногих чудищ.
По мановению его руки крошечный огненный шар разбился о лицо страшилища, а когда зверь взревел от боли, Аквитейн поднырнул под сокрушительный удар второго, сбил его грузную тушу и, возвращаясь в строй, срубил еще не опомнившегося обожженного. Его люди поддержали командующего свирепым рыком, и все войско, как один огромный жнец по пшеничному полю, двинулось вперед.
И тут нанесла ответный удар царица.
Порабощенные вордом алеранцы разом бросились на войско Аквитейна. Навстречу им взметнулись огонь и земля, сбили первых, кто приблизился. Но за ними шли сотни – испускали пронзительные вопли, воздевали руки, обращая огонь, землю и ветры вспять, на легионы. Люди с воплями погибали в огне, навсегда исчезали под землей, увлеченные вглубь невиданными созданиями. Ветер бросал в лица легионерам густые тучи пыли и пепла, сбивал строй. Прибывало все больше алеранцев, встречный напор фурий удвоился, и еще раз удвоился, потому что каждый захваченный вливал в атаку собственные силы.
– Рыцарей Воздуха им в помощь, – спокойно распорядился Гай. – Все внимание на вражеских заклинателей, действовать только мечами.
В небо взлетел новый гонец, и почти тотчас несколько когорт рыцарей Воздуха устремились из города к полю боя. В считаные секунды они обрушились на захваченных, сражая их одной только сталью. Легионеры Аквитейна, едва напор на них ослабел, ринулись вперед, отчаянно пытаясь пробиться к рыцарям Воздуха, пока тех не поглотила бесчисленная орда.
И тут появились рыцари ворда.
Они словно вынырнули из-под земли на дальнем берегу изменившей свое течение реки – должно быть, пробрались туда после заката. Им до поля боя было не более полумили, и скоро они пчелиным роем налетели на алеранских рыцарей. Те, оказавшись в окружении, поступали единственно возможным образом – призывали своих фурий, чтобы взлететь.
Пока захваченные не принялись осыпать их солью.
Заклинатели ветра завопили от боли – соляные кристаллы дырявили, увечили, развеивали их фурий. Немногим удалось оторваться от земли – но куда больше осталось. Легионы, спешившие прикрыть беззащитных рыцарей, не успевали. Хозяева алеранского неба уже тонули в море бронированных тел и рубящих лап.
И тогда был нанесен последний, смертельный удар.
Десятки тысяч во́ронов вдруг посыпались на улицы, здания и крыши столицы. Несколько птиц свалились на балкон под ноги Эрену. Вороны забились в жестоких судорогах и затихли.
Эрен и стоявшие рядом недоуменно смотрели на них.
– Великие фурии, – выдохнул Эрен. – Это еще что?
Озадаченное лицо Гая вдруг застыло. Чуть округлив глаза, он произнес:
– Нет! Курсор, берегись!
Из птичьих тел вырвались захватчики ворда.
Они не были страшны на вид. Не больше скорпиона и отчасти на него похожи, если не считать разбросанных по всему телу гибких щупалец. Но они были быстры и юрки, как испуганные мыши, и уже полдюжины их шмыгали по балкону, взблескивая зеленоватым хитином.
Эрен развернулся, растоптал одного,
