Ты знаешь, что кратеры вулканов по большей части круглы и пусты внутри. Полипы возводят свою постройку только по краям кратера и таким образом сохраняют в ней его круглую форму. Так произошли эти причудливые острова, которые называются атоллами, что на малайском языке означает «низко лежащие острова».
И канал, через который мы проникли в лагуну, отражает форму кратера. На краях некоторых кратеров имеются широкие и глубокие разрывы, идущие вертикально. Полипы не могут жить на большой глубине, не перенося слишком резкого давления и низкой температуры, и возводят свои постройки там, где им обеспечена возможность существования. Поэтому они обходят разрывы в кратерах, оставляя пустое место, которое и образует канал или пролив на некоторых атоллах. Понял?
— Да, дядя. А постройки полипов крепки?
— Они так же крепки и оказывают такое же сопротивление, как гранитные или кварцевые скалы. Полипы, эти крошечные существа, возводят ограды такой крепости, что волны не могут ни опрокинуть, ни разбить их. Правда, время от времени волны, беспрерывно разбиваясь о массы кораллов, там и сям отрывают от них отдельные куски и даже целые глыбы. Но эти разрушения ничтожны в сравнении с грандиозностью постройки этих крошечных архитекторов и каменщиков, день и ночь, из поколения в поколение, в течение тысячелетий работающих над возведением своих зданий.
— Какая грандиозная работа!..
— Да, именно грандиозная: ведь в Тихом океане насчитывается двести девяносто коралловых островов, занимающих площадь в сорок девять тысяч двести квадратных километров; а если, кроме того, сосчитать все островки, где может поместиться деревня или кокосовая роща, то их может оказаться тысячи и тысячи.
— А разве не все острова Тихого океана лежат на коралловом основании?
— Так думали раньше. Но то, что я тебе рассказал, разрушило эти предположения. Думали, что, начиная глубоко снизу, полипы мало–помалу выводили постройки над поверхностью вод. Только впоследствии стало известно, что полипы не могут жить на глубине больше сорока пяти метров и очень редко, при особых условиях, живут на глубине сто метров. Поэтому они сами начинают свою стройку на уже существующем основании.
— Значит, ни на чем не основаны предположения, что, продолжая свою работу под водой, полипы соединят воедино все острова Тихого океана?
— Ну, это только басня: полипы обосновываются только на отмелях, вершинах подводных скал и потухших вулканах.
Но довольно беседовать, Корнелиус. Как ни интересна эта тема, нужно все же воспользоваться царящим на острове спокойствием и хорошенько отдохнуть. А отдых мы вполне заслужили.
Глава двенадцатая. В проливе Торреса
Наши путешественники проснулись только к девяти часам утра, когда буря уже начала ослабевать.
Массы туч уходили к проливу Торреса и к Новой Гвинее. Над австралийским побережьем ярко светило солнце, и лучи его золотили еще носившиеся по заливу валы.
Среди росших в изобилии на острове кокосовых пальм летали стаи зеленых и красных попугаев: лори в ярком оперении, маленькие pardolatus — они пели, свистели, a berniclae — безобразные птицы с длинными и тонкими шеями, черными крыльями и растопыренными лапами — носились над водой и камнями в поисках маленьких рыбок и крабов.
— Дядя! — кричал Ханс, который только проснулся и тотчас же перебрался на берег. — Дядя, я приглашаю тебя завтракать.
— А что ты можешь предложить мне на завтрак? Не дичь ли какую–нибудь? Нет, не обманешь: кругом одни тощие птицы.
— Да нет, тут кокосовые пальмы; их орехи полны чудесным соком.
— От этого я не откажусь, — весело отозвался капитан. — Возьми топор, Ван–Горн, и пойдем достанем несколько орехов.
Все вышли на берег.
— Гм… — пробурчал старый моряк, — да их не так много тут осталось. Не австралийцы ли являлись сюда, чтобы нарвать орехов.
— Нет, это не австралийцы; я думаю, что эту операцию произвели крабы. Смотрите, вон там, — и капитан показал на одну из пальм, — я вижу пустой и наполовину сломанный орех, а на песке, если я только не ошибаюсь, следы этих прожорливых животных.
— Как, разве крабы едят кокосовые орехи? — удивленно спросил Ханс.
— О, это не те крабы, которых ты видел. Эти крабы — великаны, а клешни у них необычайной силы. Как только они завидят кокосовую пальму, они тотчас же влезают наверх, обрывают орехи и сбрасывают их вниз.
— Крабы–великаны, да еще лазающие на деревья — вот диковина! Сколько же времени им нужно, чтобы разбить такой орех? Ведь он так тверд, что и топором сразу не возьмешь.
— Крабы и не разбивают их. Они засовывают кончик своих клешней в маленькое отверстие, которое называется «глазом» плода, а затем, вращая орех, просверливают дыру, через которую и высасывают сок, не разбивая скорлупу.
— А эти крабы съедобны?
— Не только съедобны, но и очень вкусны. Я с удовольствием преподнес бы тебе одного такого краба. Посмотри хорошенько между ветвями деревьев: может быть, нам удастся найти его там.
— На дереве, дядя?
— Да, днем они любят спать на деревьях, зацепившись лапами за ветку.
Ханс принялся за поиски этих удивительных крабов, но безрезультатно. Зато он вознаградил себя находкой десятка кокосовых орехов, которые Ван–Горн тут же разбил топором.
К общему сожалению, орехи оказались не совсем спелыми; они дали только немного молока, очень нежного на вкус, и еще меньше сока, похожего на сливки.
Юноши не удовольствовались только орехами; они сбили несколько птиц. Мясо их, правда, несколько жесткое, составило все же прекрасный завтрак, которому путешественники воздали должное.
В полдень капитан подал знак к отплытию. Ураган уже давно стих, волнение на море улеглось, и теперь наши моряки могли без опаски пуститься снова в далекое плавание. К тому же неблагоразумно было надолго задерживаться на этом острове, совершенно лишенном пресной воды, да еще посреди залива, редко посещаемого кораблями.
Капитан хотел поскорее достичь Торресова пролива и пробраться оттуда в Молуккское море до того, как выйдут все припасы. Да и ураган мог снова захватить их, а ни у кого не было охоты подвергаться снова таким опасностям, как в предыдущую ночь.
Путешественники подняли парус, проскользнули через канал и, выйдя в море, взяли курс на северо–восток. Капитан хотел держаться как можно дальше от разбросанных по проливу групп маленьких островов, населенных еще совсем дикими племенами.
Ветер дул с юго–запада, подгоняя шлюпку к Торресову проливу. Она легко скользила по волнам, набирая все большую скорость.
