указывал подопечным кто и с кем будет спать на диване, и в какой позе и каким способом должен будет сексуально удовлетворить своего соседа по спальному месту. Конечно же, всем было понятно, что это ничего не значащий ни к чему не обязывающий стёб ошалевшего от вкуса власти и собственной безнаказанности баловня судьбы, но, например главный герой на пятом десятке лет был не готов к подобным юморинам. Слушать в свой адрес редкостный словесный понос в обмен на сосиску было для него весьма сомнительным удовольствием и поэтому он ни разу за всё время проживания на Втором не принял участие в ночных посиделках.
Однажды демонстративно игнорирующий ночной праздник живота спящий Доктор был среди ночи разбужен встревоженным Вмазуром, ищущим «Царский трон». Троном с лёгкой Докторской руки стали называть сиденье от унитаза с крышкой используемое по своему прямому назначению исключительно Вождём. В одной из двух кабинок сортира на Втором была сооружена деревянная тумба. В минуты великой нужды властная задница привыкла восседать на белом пластмассовом сиденье, водружённом на этот импровизированный деревянный постамент. В обязанности домового входило сохранение этого белоснежного элемента санитарно-технического устройства в целости и сохранности. Само собой разумеется, что никому не было позволительно пользоваться атрибутом почти что царской власти.
Доктор не сразу спросонья сообразил, чего от него хотят, а когда въехал чего требуется чётко и точно сказал координаты ценного груза убранного вместе со всем добром домового из разобранного в доме шкафа в бытовку на улице. Только Док вернулся в мир фантастики и сновидений как его вновь выдернул оттуда трясущий его за руку Вмазур скороговоркой бубнивший дрожащим от страха голосом:
– Доктор! Доктор! Очнись пожалуйста! Его там нет! Это конец! Я всё перерыл! Что теперь делать?! Доктор! Ну что ты молчишь?! Доктор! Вставай! Пойдём вместе искать! Ну, где он может быть?! А ты его никуда не убирал?!
Док, встав и молча собираясь на поиски заветного очка не особо задумывался о том какие у него были чувства, мысленно разбирал и материл Вмазура, Вождя, родителей и весь этот грёбанный Центр. Они вдвоём с Вмазуром два раза выкинули все вещи из бытовки и два раза зашвырнули их обратно, изрядно промокнув под шедшим ночным дождём так ничего и не найдя. Вмазур был хорошим парнем, но поддавшись своей солевой панике, оставшейся ему в качестве поражения головного мозга на вечную память о любимом веществе, уже не мог мыслить конструктивно и предлагал третий раз перетрясти сарайчик. Док как старший по возрасту и более уравновешенный тип остановил Тревогу, как дразнили Вмазура пацаны и отправился в дом лично сообщить Верховному Духовному Лидеру о том, что поисковая группа потерпела сокрушительное фиаско.
К всеобщему удивлению, Вождь воспринял печальную новость вполне достойно и видимо накопив более чем избыточное желание махнув рукой решительно направился в сторону сортира крикнув по пути холопам чтобы те накормили Доктора. Аслан, мявшийся до этого момента в замешательстве осознавая всю деликатность и непредсказуемость сложившейся ситуации воспряв духом в связи с её благополучным исходом принялся расспрашивать у Дока о его кулинарных предпочтениях. Но главный герой, вежливо поблагодарив заботливого товарища отказался от еды и отправился в койку досматривать сны.
Самое забавное во всей этой истории с пропажей бесценного предмета роскоши в условиях деревенской реабилитации выяснилось на следующее утро. Оказалось, что, спасая активно используемое унитазное сиденье от возможной утери или повреждения в чехарде ремонта, его разместил в своём вещевом ящике вместе с личными вещами типа зубной щётки или футболок предусмотрительный Узел. Свой благородный поступок он объяснил заботой об общем благе. Посмеявшись вволю над этим невероятным в обычной жизни приключением, Доктор завёл в бытовке на стене специальный гвоздик, на который вешался пакет с этой приблудой, а малыш Кока-Кола как ответственный за сортир следил чтобы ценный груз своевременно возвращался на свой заветный гвоздик после отъезда дорогого гостя.
Проблема нехватки кислорода и избытка удушающих газов в воздухе по ночам на Втором доме стояла куда более остро чем на Первом в силу улучшенного рациона питания в резиденции Вождя. Под улучшенным рационом подразумевалось вовсе не обязательно его качественное превосходство, считался и количественный перевес так как шлёмки и соответственно порции здесь были значительно большие по размеру чем на Первом. Поэтому у довольных ребят от вольного набивших требуху свистки в задницах по ночам просто не замолкали. Оставаясь после отбоя в столовой для написания Шага, Доктор прекрасно знал, что задерживаться дольше чем на час – полтора смерти подобно, так как по истечению этого времени наболтавшись друг с другом и нагонявшись тяг банда засыпала и шнурки на дуплах развязывались со всеми вытекающими или правильней выдувающимися последствиями. А засыпать было необходимо обязательно при свежем воздухе!
Как уже упоминалось ранее под Доктором проживал Беготня привезённый около месяца назад. Крепкий спортивный организм Карлыча, как по-соседски величал его Док находился сейчас как раз в стадии восстановления утраченных физических кондиций и возвращения потерянной в последнем солевом марафоне мышечной массы. Пожирая каши с макаронами в неимоверных количествах как в последний раз, Беготня при каждом удобном случае выполнял нехитрые физические упражнения и преображался внешне в лучшую сторону прямо на глазах. Но у всего этого великолепия была и обратная сторона. Печенюга Карлыча была явно не готова перемалывать пожираемый им силос в столь значительном объёме и вонь вокруг него и в чилинарии в целом стояла просто адская. Щель между стеной и своим матрасом старый нарк предусмотрительно закладывал на ночь покрывалом чтобы не угореть во сне от восходящих газов. Проблема на самом деле была очень серьёзной и решение пришло, как и всё хорошее в реабилитации неожиданно само собой.
Узел и Вмазур спали в зале на втором ярусе соседних шконарей, расположенных буквой «Г» относительно друг друга. Как-то раз Узел проснулся примерно за час до подъёма, а снова заснуть оказалось проблематичным даже для этого бывалого и закалённого пережитыми невзгодами персонажа из-за невыносимых вони, жары и духоты в помещении. Узелок коротал время до всеобщего пробуждения думая о чём-то своём лежа с закрытыми глазами по причине того, что прямо перед его физиономией маячили потрескавшиеся пятки Вмазура и смотреть там особо то было не на что.
Вдруг его чуткий слух уловил пронзительный звук, который невозможно было ни с чем перепутать. Он открыл глаза и его взору предстали раздвинутые в форме рогатки Вмазуровские ноги и Вмазуровский же шипящий пердак в плаварях и всё эта прелесть на расстоянии не более метра от лица Узла! Не став
