Женщина уже набирала на клавишах код доступа к Дамбо, центральному хранилищу данных.
- А если там ничего? - сухо спросила она.
- Что ж, ничего так ничего. Но это все равно не доказывает, что я не прав. Просто я хотел сказать... - и он тут же осекся, увидев, как экран ожил и на нем возникла картинка. Улыбка осветила его веснушчатое лицо. Шейла возвела глаза к потолку. Итак, с Лингом это случилось. Вот уж раздуется теперь от гордости, точно индюк!
Чайл, понятное дело, сопровождал их. На дисплее совершенно отчетливо вырисовывалась вершина отвесной скалы, а на ней - выступ, напоминавший петушиную шпору, который Чиспа Дженджибр, еще впервые увидев, назвала Эль Барко - по форме отбрасываемой им под солнцем тени. Находился он в девяносто втором квадрате, примерно в двадцати с лишним километрах от "Диброфиада". Выбор места был явно не случаен, наверняка оттуда открывался прекрасный обзор на многие мили вокруг. Однако спрыгнуть с высоты примерно ста пятидесяти метров даже здесь, на Миранде, было бы опасно - не только ноги можно переломать.
Самое страшное, что могло бы случиться, - это повреждение защитного костюма, ведь тогда человек оказался бы в атмосфере, лишенной кислорода, да и вероятность радиоактивного облучения была очень высока.
И, несмотря на то, что экипаж "Диброфиада" привык к состоянию практически полной невесомости (сила тяжести составляла примерно два процента от нормальной, земной), ни один из его членов так и не научился быстро передвигаться в этих условиях. Да и вряд ли когда-нибудь научится.
А потому Чайл относился к восхождению людей на эту скалу примерно так же, как могли бы отнестись родители к попытке двухлетнего малыша заняться серфингом в большую волну. Восхождение на выступ - это работа робота, если в таковой вообще имеется необходимость.
Члены экспедиции выглядели несколько комично.
Корпус наклонен вперед, как у спринтера, готового рвануть со старта, но ноги почти совсем прямые. Хождение по Миранде напоминало скоординированное падение вперед, причем каждую секунду человек мог поскользнуться и скатиться вниз. Движущей силой служили мышцы нижней части ног, которые то сгибались, то распрямлялись, в то время как ступни и пальцы норовили уцепиться за малейший выступ в почти совсем гладкой поверхности скалы. И слишком сильно сгибать колени было нельзя - это тоже грозило бы падением. К счастью, тут было полно выступов и впадин - возможно, потому, что замерзающая вода имеет тенденцию расширяться, превращаясь в лед. Хотя ни один из членов экспедиции не представлял, как вода могла оказаться жидкой здесь, в подобных условиях, на планете, столь удаленной от Солнца. Они захватили с собой альпенштоки, хотя гораздо чаще использовали пальцы рук, нежели эти заостренные на концах палки, чтоб удержаться на скользкой поверхности. Луис, муж Чиспы, заметил, что подобное восхождение можно было бы назвать бодисерфингом, если б лед на Миранде хотя бы чуть-чуть подтаял.
"Впрочем, какое все это теперь имеет значение, - думала Шейла, стараясь не отставать от Линга. - Каждый член команды, вне зависимости от того, какую имел специальность, разделял с другими все трудности "полевых" работ - самое изнурительное из занятий на этой планете".
Чайл далеко оторвался от всех остальных, поскольку он один осмеливался совершать высокие и длинные прыжки. В памяти его хранилась подробнейшая карта местности в радиусе шестидесяти-семидесяти километров от "Диброфиада", а потому ему вовсе не было необходимости держать цель похода в поле зрения. Он совершал прыжки в твердой уверенности, что благополучно приземлится на обе ноги. К тому же в самой его конструкции изначально была заложена способность действовать в режиме температур около шестидесяти по Кельвину, а потому необходимости в громоздком защитном костюме не было вовсе.
Над Стегозавром, как окрестили горный хребет астронавты, грозно нависал гигантский зеленоватый шар Урана. Скалы отбрасывали на лед под его мерцанием ребристые угольно-черные тени. В течение дня очертания их менялись по мере того, как "солнце" описывало над планетой полукруг. До захода его оставалось еще часов восемь, но зеленоватый сумрак в самых глубоких ущельях Стего приобрел более темный и насыщенный оттенок.
Группа продолжала свой путь, оставив планету слева, а солнце - за спиной. Других групп в поле зрения не было, но Линг связался с ними по коротковолновому передатчику и сообщил, что "Золотые" уже на марше. Бронвен Эйрас, инженер, она же капитан корабля "Диброфиад", подтвердила прием.
Говорили они мало, даже Линг был необычно молчалив. Уверенность каждого из членов команды, что именно им предстоит первыми доказать реальность существования внеземного разума, возрастала с каждой минутой. В это было почти невозможно поверить - и тем не менее Шейла, уже привыкшая к суровому пейзажу Миранды, находила теперь в нем нечто загадочное и влекущее. Роберт же почти не замечал того, что творится вокруг, - перед глазами его, постоянно меняясь, проносились образы неких таинственных существ, с которыми предстояло встретиться через час или два.
Он даже перестал обмениваться со своей напарницей колкостями, что было свойственно ему в свободные минуты, - надо сказать, что Шейла испытывала в связи с этим почти физическое облегчение. Даже команды "Зеленых" и "Оранжевых", возглавляемые Дженджибр и Эйрас, которые хоть и не вышли вместе с ними, тоже с трудом могли сконцентрироваться на своих обязанностях - все четверо были готовы бросить работу и присоединиться к "Золотым", хотя пока что об этом не было произнесено ни слова.
Несмотря на препятствия, передвигались они достаточно быстро. Время от времени доносился голос Зет-Эйч-50 - он предупреждал людей о глубоких расселинах на пути. Однако то и дело Шейла и Линг издавали удивленные вздохи или восклицания при виде какой-нибудь трещины, разверзшейся буквально в шаге от них. Достаточно было заглянуть в нее, чтоб захватило дух, но робот, очевидно, считал подобные препятствия несущественными. Фигуры людей отбрасывали необычайно резкие и четкие тени. Вокруг шлемов виднелось подобие нимбов - эффект, вызванный специфическим освещением. "Диброфиад" быстро исчез из вида. Планетка была так мала, что даже, если б поверхность Миранды была абсолютно гладкой, достаточно было пройти пять километров, чтобы космический корабль скрылся за горизонтом.
И вот, наконец, Чайл сделал им знак остановиться.
- Отсюда сворачиваем влево. Прямая тропинка, как отметил Дамбо, приведет нас к подножию Барко.
Будьте осторожны, идти осталось меньше километра.
Постарайтесь не проскочить то место.
Группа снова двинулась в путь, передвигались они на сей раз значительно медленнее. Тут вдруг робот остановил их снова.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
