бледном мокром лице бывшей реки были следы сильной усталости. Ее новый уровень я не увидел, но было заметно, что сил она потратила, словно снова вышла в бой против искаженных хаосом монстров.
— Но для этого убить ее будет мало, — продолжила Мора так, будто речь шла о самых обыденных на свете вещах. Лицо её оставалось таким же милым и по-детски невинным, словно у водной феи, вышедшей погулять в лунной росе. — Она должна тебе передать нужное по собственной воле.
— То есть… ты предлагаешь мне ее пытать? Или как?
— Ты волен выбирать любой способ. Но можно пойти на хитрость. Предложи ей обмен. Она наверняка будет рада пополнить коллекцию твоей бирюзой.
— Но бирюза не принадлежит мне одному! Это цвет всего моего народа!
— И что? — губы Моры расплылись в хищной улыбке. — Разве вы с вороном не собирались ее убить? Если не будете медлить и сделаете это в течении трех суток после обмена, твой цвет сможет найти своего истинного владельца.
— Я не могу рисковать тем, что мне не принадлежит. Разве это не значит, что я причиню вред всем сиин?
— Давая врагу доступ к источнику своей силы, разумно ожидать, что он пустит ее на худое дело. Мой ответ — да, Лиин, значит.
— Выходит, ты выбрала меня просто из-за цвета?! Я не могу так поступить, Мора!
Вот тот момент, которого я боялся. Что она потребует больше, чем я смогу дать. Что ее просьба будет невыполнимой. Но мне и в голову не пришло, что она может попросить у меня предать свой народ.
Я уже нисколько не удивился, когда услышал следующий ее ответ:
— Ты дал мне слово, Лииндарк, — ответила Мора.
— Тебе самой это ничего не напоминает? Предлагая такое, ты сама поступаешь так же, как Арахна поступила с тобой!
— Ты собираешься нарушить свое слово? — Мора чуть приподняла бровь, изображая удивление. Мои слова она просто пропустила мимо ушей.
Я сжал зубы. Все во мне кипело от нахлынувшей злости и страха за близких, но я нашел себе силы взглянуть ей в глаза. Я бы очень хотел сейчас найти другие слова для ответа, но почему-то не мог.
— Нет. Но я найду иной способ сделать обещанное.
— Пусть так, — не стала спорить она. — Если бы ты не имел своего цвета, я бы просто сказала «Пытай, пока она не передаст тебе все, что у нее есть. И все, кроме индиго, оставь себе». Коли тебе такой подход по душе, пусть будет так. Я лишь подсказала тебе иной путь, связанный с меньшим риском. С текущими силами другой план может и не сработать.
— Ты не ответила на мой последний вопрос. Почему именно я?
— А ты еще сам не догадался? Причину я говорила тебе с самого первого дня, Лиин. Древняя кровь.
— Я… полукровка тари? — решился я подтвердить свои догадки. В последнее время все идет к тому, что так оно и есть. Тайны этой расы раскрываются передо мной шире, чем перед кем-либо из ныне живущих.
— Ты так решил из-за кошачьего оружия и класса? Нет, серолап Лииндарк. Это связано между собой, но никак не с тем, кто ты сам. Кровь какого рода высших в тебе, ты должен был бы догадаться и сам. Все же и так очевидно в твоих словах и поступках. Если что, скажу при следующей личной встрече. — Мора улыбнулась и впервые рассмеялась своим новым, полным жизни голосом.
Ее звонкий заливистый смех, предвкушавший мое возвращение с ее цветом, вызывал улыбку. Даже обида за ее слова и явные попытки мной манипулировать не делали ее менее милой.
Секундное наваждение развеялось, стоило призвать слово силы. Отец действительно продолжал звать ее Кикиморой, не смотря на изменившийся внешний вид. Все так, как она и говорила — эта форма и цвет больше ей не принадлежат. Но, забытые боги, до чего же милой она была в прошлом!
Вспомнились наставления Айрэ на её счет. Не стоит списывать вероятность какой-то формы воздействия на разум, как это проделывала Саринфа. Да и менять внешний вид на желаемый могут многие разумные и не очень создания Мельхиора. Слова о возможности предать своих сородичей ради выполнения обещания хорошо показали, к чему это может меня привести. Притворяясь уязвимой и умело вызывая симпатию, Мора способна однажды толкнуть меня к чему-то ужасному, о чем я потом буду сожалеть.
— Хорошо, Мора. Хотя я пока слабо представляю, как смогу подобраться к тому чудовищу, о котором ты рассказала.
— Увы, я не могу помочь тебе ничем, кроме одного. Знаний. Я отмечу у тебя на карте пару интересных мест за пределами Доминиона. Если же столкнешься с чем-то неведомым, постарайся вспомнить нашу мелодию и почувствовать звук моей мории. Так ты сможешь связаться со мной.
* * *
Искусственный остров Каменного Облака покидала маленькая крытая вагонетка, выезжая из-за широких створок ворот, что украшали каждую грань второго этажа крепости. Она стремительно спускалась вниз по медному монорельсу, иногда со скрипом срезая куски светящегося люминориса. Затем внизу слышался далекий всплеск, а случайный наблюдатель мог бы принять светящуюся крошку мха-паразита за дождь из крупиц света.
В такие моменты сидящий там высокий мужчина с отросшей нечесаной бородой и темными, почти черными волосами вздрагивал, вскидывая свой обновленный усиленный трисп. Еще одно пополнение в арсенале, помимо двух механоидов и тонфу в инвентаре было много и прочих подарков бывшего божества, совершившего таки невозможный побег.
Изменения в своей жизни и удары судьбы, в отличии от новой пленницы острова, он принимал легко, и корректировал свои планы прямо на ходу, с учетом изменяющихся обстоятельств. Не смотря на то, что все чаще окружающие звали его вороном, в нем по-прежнему было очень многое от человека. Призванный иномирец в нем умел приспосабливаться и легко менял принятые однажды решения, когда того требовали обстоятельства.
Если для Моры каждое изменение условий было словно болезненная рана, он охотно адаптировался к любым новым условиям и принимал изменения правил игры. Такие моменты будущий ворон умел использовать, чтобы вовремя сориентировавшись ухватить свою выгоду там, где другие раздумывают и мешкают с принятием решений.
Теперь же ему грели душу простые волшебные вещи, полученные от Сари. Предметы, в отличии от разумных, не могут подвести или предать. Недалекий глупец может с этим не согласиться, но тот, кто сам занимается крафтом и поддерживает все свои механизмы в достойном состоянии, может положиться на их силу. Грамотное использование всего, что он получил, выводит намного выше ожидаемой от него силы. Сейчас даже без проклятой стихии он
