бы проще, чем организовывать сложную интригу с лекарем и публичным судилищем. Что удерживало его от прямых действий? Причина точно была.
Статус отца в деревне? Возможно. Он был уважаемым человеком, и моя внезапная смерть могла вызвать подозрения после гибели одного из сильнейших Звероловов деревни. Да, моя смерть от «хвори» выглядела бы естественно, а я взял и выжил!
Или дело было в чём-то другом? В политической ситуации в совете старейшин? Барут ведь упоминал, что его семья находится в конфликте с Ефимом. Может быть, к старосте появились бы вопросы? Ирма ведь тоже говорила, что нашу семью крепко уважали.
Не за деревню Ефим переживал, не о моей безопасности заботился. Он боялся потерять власть, влияние, статус главного.
А это делало его предсказуемым.
Завтра большая часть проблем уйдёт.
Я прибавил шаг, чувствуя, как предвкушение растекается по венам. Красавчик сонно пискнул, почувствовав изменение в моём настроении.
Глава 31
Я стоял недалеко от нашего семейного дома, глядя на пустую поляну в утренних лучах солнца. Сегодняшний день станет решающим.
Мысленно обратился к своим питомцам ещё когда выдвигался в путь и сказал держаться подальше.
От горностая пришёл послушный отклик — зверёк понимал серьёзность ситуации. А вот кошка… Её ответ был смесью любопытства, лёгкого высокомерия к моим указаниям и твёрдого намерения делать то, что сочтёт нужным. Огрызается, и слушается лишь наполовину.
На тропе показались силуэты. Шли небольшой группой — человек пять-шесть. По походке и одежде узнал деревенских, тех, кто попроще. Обряд совершеннолетия Зверолова — событие нечастое, особенно такое уникальное. У изгнанника.
Неплохо, Барут, ты сделал всё как надо.
За ними потянулись другие. Несколько парней из богатого квартала, один из них — молодой Мастер с зелёными татуировками на руках. Следом шли две девчонки в ярких платьях. Виола с Варей, как же без них.
Мастер указал на меня пальцем и что-то спросил у Виолы, но та лишь раздражённо отмахнулась от него.
Варя выглядела вполне обычно — румянец на щеках, улыбка во всё лицо. А вот Виола встретилась со мной глазами и тут же отвела взгляд.
— Макс! — донёсся знакомый голос.
По тропинке торопливо шла мать, а рядом с ней — бабка Ирма. Лицо Ольги было встревоженным. Ирма же выглядела собранной, даже воинственной — подбородок вперёд, глаза горят. Старуха явно была довольна происходящим.
Следом показался Стёпа, потом Барут. Рядом с ним шла та самая зажиточная пара, которую я заприметил на площади в день своего изгнания, — его родители.
На поляну продолжал прибывать народ. Почти все держались поодаль, кучкуясь вдалеке.
Особенно выделялась группа из трёх мужчин средних лет в качественной одежде. Мастера — на это указывали не только зелёные татуировки, но и присутствие питомцев. У одного на плече сидела птица с переливающимся оперением, у второго рядом лежала необычно крупная собака с умными глазами, а третьего сопровождал…
Я замер, рассматривая это создание. Размером с мою кошку до эволюции, и покрытое чешуйчатой шкурой тёмно-синего цвета. Его удлинённая морда заканчивалась небольшим гребнем, а хвост был толстым и мускулистым. Когда зверь повернул голову, я увидел его ярко-жёлтые, с вертикальными зрачками, глаза. Похоже он минимум из зоны средней опасности.
Ползучий драк. Уровень 15 — F.
Эти Мастера явно не из простых — либо очень богатые, либо очень талантливые. А может, и то, и другое. Чтобы содержать таких зверей, нужны серьёзные ресурсы и немалый опыт.
— Интересно, — пробормотал я, наблюдая, как они расположились в стороне от основной толпы.
— Что интересно? — спросил подошедший Барут.
— Мастера пришли.
Барут проследил за моим взглядом и кивнул:
— Отец говорил, что обряд совершеннолетия Зверолова — событие значимое. Обычно всё проходит за закрытыми дверьми, сам понимаешь. А тут… — он окинул взглядом поляну и загадочно подмигнул мне. — Целое сборище. Мы в расчёте.
— В расчёте, — я кивнул и пожал протянутую руку.
— Но, если что, обращайся, — он кивнул и вернулся к родителям. Отец Барута едва заметно кивнул мне.
Толпа на поляне росла. Уже человек тридцать собралось, может больше. Все держались настороженно, многие перешёптывались между собой.
И тут на тропе показалась главная процессия.
Впереди шёл староста Ефим, опираясь на свою резную трость. На нём была лучшая одежда — тёмно-синий кафтан с серебряными застёжками, сапоги из мягкой кожи. Красные татуировки на руках пылали тусклым огнём. Увидев толпу, он слегка растерялся, но лишь на мгновение. Рядом с ним шагал Григорий. Шёл он степенно, с каменным лицом — ему явно не нравилось происходящее.
За ними следовал алхимик Ганус, несущий кожаный мешок — видимо, с необходимыми для обряда снадобьями. Его узкое лицо было сосредоточенным, длинные пальцы крепко сжимали ручку мешка.
— Ну что ж, — пробормотал я. — Начнём.
Ефим остановился в центре поляны, окинул собравшихся взглядом. Его глаза задержались на мне, и я увидел в них холодное торжество.
— Жители деревни! — громко возгласил Ефим, стуча тростью о землю. — Не знаю, как так вышло, что вы здесь собрались, но да ладно. Молодой Максим достиг совершеннолетия и просит провести обряд. Как и положено, я готов исполнить эту обязанность. Но изгнаннику с хворью не место в деревне, так что придётся провести его здесь. Все, кто боится заразы, держитесь подальше, обещаю, это безопасно.
Толпа зашевелилась. Слышались приглушённые разговоры, кто-то кашлянул. Атмосфера была напряжённой — все знали мою историю.
— Но, прежде чем мы начнём, — продолжил Ефим, и голос его стал мягче, почти отеческим, — должен сказать несколько слов.
Он медленно обошёл меня кругом, словно оценивая товар на рынке. Толпа замерла в ожидании.
— Максим перенёс тяжёлую хворь, — староста остановился рядом со мной и положил руку на моё плечо. — Два года боролся со смертью. Мы все переживали, надеялись. Парень выздоровел, но является переносчиком заразы.
Его пальцы слегка сжались на моём плече — предупреждение или угроза.
Лукавый старый хрен. Он словами поддерживает меня, а по сути, подливает масла в огонь сомнений. Мастерски играет на страхах толпы.
Ефим наклонился ко мне и негромко прошептал на ухо:
— Ты хорошо разыграл свои карты, мальчик. Родители Барута щедро заплатили за редкие ингредиенты для обряда и надавили, чтобы я провёл его. А всё, потому что ты спас их сына от смерти. Что ж… В совете деревни всё должно быть спокойно. Ещё и людей привели… Действительно… Хорошо сыграно, Макс.
Его дыхание пахло травяными
