свели всё к банальным деньгам! Деньгам! Даже не власти! — изобразил фэйс-палм Ли Тегуай. — Это какими же надо быть идиотами⁈
— То есть, если у нас выгорит…
— Вы хотели сказать «у вас», Генри?
— Нет, господин Ли, именно у нас! Ну, если вы меня всё же убедите…
— Да-да?..
— … если у нас выгорит, то мы возьмём всю планету под плотный контроль за счёт ресурсов «мускусных»? — завершил я мысль.
— Да.
— Ну и насколько плотный?
— Мышь не проскочит. И никто даже пикнуть не посмеет! — заверил меня Юджин Ван. — Поймите, Генри, если мощь «мускусных» будет направлена на оборону планеты, то Роксана превратится в непреступную крепость! В твердыню! Правила на которой будем устанавливать исключительно мы с вами! И никто ничего не сможет с этим поделать!
— Порто-Франко? — задумчиво заломил я бровь. — Или некая вариация Тортуги?
— Скорее, нечто среднее между ними, — совершенно правильно понял меня китаец. — Новый оплот свободы среди тоталитарных сообществ! И не просто оплот! Мы сможем воздействовать на сильных мира сего…
— Отсюда, сынки, наша Родина диктует свою непреклонную волю всему остальному миру, — не сдержавшись, процитировал я классика. — А не надорвёмся, господин Ли? Да и зачем вам такая… власть?
— Чтобы восстановить справедливость! — как по мне, излишне пафосно изрёк Ван. Разве что руками не всплеснул. — Чтобы дать надежду. Чтобы, в конце концов, все они получили по заслугам!
— То есть вы за всё хорошее против всего плохого, — со вздохом заключил я. — Что ж… пожалуй, прав товарищ подполковник Блохин — вы тот ещё экотеррорист!
— Да при чём тут⁈ — аж задохнулся от возмущения Ли Тегуай, но, наткнувшись на мой насмешливый взгляд, сник…
… и, наконец, перешёл к решительным действиям, то бишь неожиданно ловко махнул посохом с явным намерением приголубить меня по голове. Желательно в висок, потому что бил тем самым горизонтальным сметающим ударом справа налево, на который я, честно признаться, и рассчитывал. По той простой причине, что именно он и напрашивался из той исходной позиции, которую занимал китаец в процессе, кхм, беседы: незаметно сместил вес тела на левую ногу, чуть подкинул посох правой ладонью, завалил набок, перехватив второй граблей, да и саданул с оттягом на повороте корпусом.
Естественно, я легко увернулся — боксёрским нырком. И ещё одним ушел от повторного маха — теперь уже слева направо. Только воздух над головой свистнул. Впрочем, я при этом ещё и дистанцию контролировал, так что отошёл ровно на такое расстояние, на какое Ли Тегуай ко мне приблизился — всё по классике, на каждый удар — шаг. А ведь очень неплохая техника владения шестом, если разобраться! Что-то из шаолиньского ушу? Или это у меня просто стереотип сработал? Хотя пофиг, главное, что в реакции и скорости у меня явное преимущество. Так что от тычкового удара торцом посоха в солнечное сплетение я ушёл сайд-степом, который с некоторой натяжкой можно было приравнять к технике тая-сабаки из дзю-дзюцу, а последовавшую за ним попытку рубануть по диагонали сверху вниз обратным концом тупо принял на жёсткий блок предплечьем — восходящий аге-уке. Тоже своего рода классика, только уже из каратэ.
Ну а дальше вообще просто: перевод блока в захват шеста ладонью, захват его же второй рукой, потом вариация на тему броска «колесом», и Ли Тегуай, перекувыркнувшись через голову, покатился по полу, остановившись только после того, как упёрся ногами в стену «схрона». База дзю-дзюцу — кайтэн-нагэ. Ещё Игараси-сама в бытность мою в Мэйнпорте научил. И вот, само собой вырвалось в подходящий момент. Хотя тогда, во времена ученичества, я все эти защиты безоружного от всякого колюще-режущего и ударно-дробящего полагал пустой тратой усилий. Ибо тут рулят только две вещи — бег либо огнестрел. Но, как показала практика, был неправ. Сорян, сэнсэй.
А ведь знатно китаец приложился! Воздух-то наверняка из лёгких вышибло — вон как пасть разевает! Прямо как выброшенная на берег рыба! Или… не в этом дело? Ну-ка, от греха, добавлю-ка…
Сделав длинный скользящий шаг к оппоненту, я вознамерился было вбить конец посоха тому в «солнышко», но не успел: из артефакта вдруг вырвался призрачный дракон, который не придумал ничего лучше, чем обвить змееподобным телом сначала мою правую руку, а потом и шею — как раз длины хватило, чтобы хвостом захлестнуть. Я, признаться, в первый момент даже опешил, успев и оценить изящество плана, и выдержку Ли Тегуая, что приберёг сюрприз на самый критический момент, а потом моё противостояние с Фэй Лянем закончилось, не успев даже толком начаться.
По той простой причине, что уже из моего собственного артефакта вылез Эшу Урсу во всей своей мутировавшей красе, раздулся этаким одеялом с тентаклями, и накрыл меня с головой, попутно прихватив и призрачного дракона тоже. Панике я не поддался, хоть в глазах на миг и потемнело, а потом уже и надобности в малодушии не возникло, так как мой слизне-медвед… попросту растерзал Фэй Ляня, как некогда его самого Эшу Арунья на острове Врат. И не просто порвал в клочья, но ещё и «всосал» ошмётки, встроив их в собственное тело, попутно изрядно прибавив в объёме. Ну а затем, как мне показалось, сыто рыгнув, снова утрамбовался в артефактный «планшетник»…
— Фига себе!.. — потрясённо выдохнул я, невольно пересёкшись взглядом с Ли Тегуаем… и безжалостно воткнул тому конец посоха в грудь.
Честно признаться, больше от неожиданности, нежели из дурных намерений: столько ненависти ко мне ещё никто на моём веку не испытывал! Хотя, может, и испытывал, но не демонстрировал этого столь открыто. Ну, вот я и среагировал соответствующим образом…
Китаец, словив в «солнышко», утробно хекнул, но, вопреки ожиданиям, не скрючился от боли и недостатка воздуха, а вцепился в посох мёртвой хваткой, причём обеими руками. Откуда только силы взялись! Но факт оставался фактом — отдёрнуть оружие я не смог. А со второй попыткой сначала стормозил, будучи не в силах поверить собственным глазам, а потом и вовсе пролетел, поскольку артефактный посох вдруг в один миг превратился даже не в труху, а в блестящие «волосинки», какие обычно оставались от «каменных слизняков». Конечно, после того, как их хорошенько обработают высоковольтным разрядом. Но здесь и сейчас такового не наблюдалось — одна лишь статика, да и та слабенькая. Причиной же произошедшего послужил «мускусный» симбионт, который, как я некогда напророчил Фэй Ляню, вздумал сменить носителя.
