За северной стеной комнаты на помосте восседают одетые в пышные муслиновые одежды абиссинские евнухи. Пухлые, чувственные, веселые, похожие на этрусские статуи, они о чем-то оживленно спорят. Их головы замотаны яркими зелеными, фиолетовыми и гранатово-красными тюрбанами. Эти 19 скопцов ухаживают за святыней, занимаются уборкой помещения, следят, чтобы все находилось в должном порядке. Они моложе мекканских евнухов. Один из них признался, что ему всего 26 лет. Место в мечети, которое предназначено исключительно лишь для них, называется трибуной кастратов (даккат аль-агават).
Худжра вытянута к западу и переходит во внутренний дворик размером 22x15 метров, устланный роскошными коврами. Кафедра (минбар) из резного мрамора отделяет его от мечети. Это — знаменитый благородный сад (аль-рауда аш-шарифа). Толпа устремляется туда, чтобы помолиться. «Между моим домом и моим минбаром, — напоминает Мухаммед, — есть кусочек райского сада». Это место — единственное видимое свидетельствование того, о чем можно с уверенностю сказать, что его древность исчисляется не одним веком. Но сколько же здесь света! Повсюду развешаны сотни ламп: они свисают с потолка, они прикреплены к своду, бегут цепочкой по лепному орнаменту сводов. Здесь можно увидеть светильники всех видов: простые, люминесцентные, галогенные и разноцветные неоновые лампы переливаются всеми цветами радуги.
Худжру венчают несколько куполов зеленого цвета. Внутреннее убранство этого святого места кажется немного странным. Старые, покрытые позументом орнаменты эпохи Возрождения, барочные завитушки и в довершение картины — украшения в стиле начала XX века, какие-то бесформенные каракули, нарисованные неловкой рукой масляной черно-белой краской на сводах. Еще более неуместными и даже сюрреалистичными кажутся здесь фрески, изображающие альпийские пейзажи, написанные необыкновенно яркими красками. Ослепительное голубое небо, крутая гора с заснеженной вершиной, нависающая над хвойным лесом, обрамляющим озеро. На острове посреди озера возвышается большой дом. На этих буколических пейзажах нет изображений ни людей, ни животных. Но чтобы все-таки внести в картину хоть какой-то местный калорит, художник нарисовал несколько финиковых пальм.
Через врата Джибрила, находящиеся в юго-восточном углу мечети Пророка, попадаем на просторное кладбище Баки — «Поле терновника», где как говорят, покоятся десять тысяч соратников пророка. Это пустырь, окруженный металлической сеткой. Вот большие камни, круглые как дыни — под ними покоятся девять из одиннадцати жен Мухаммеда. Пятый камень слева — могила Марии, коптской рабыни, которая родила Мухаммеду в 628 году сына и который умер год спустя; под седьмым камнем лежит Сафия, красавица еврейка, на которой он женился в Медине. В этом печальном месте можно встретить группы паломников, медленно переходящих от камня к камню. Магребинцы ищут могилу Малика ибн Анаса (умершего в 795 г.), основателя малекитской школы в Медине, к которой принадлежат верующие из Северной Африки.
Грохот близкой стройки мешает погрузиться в воспоминания о далеком прошлом города. Достаточно скользнуть взглядом по горизонту, где куда ни глянь виднеются современные муниципальные дома, перемежающиеся с высокими зданиями из стекла и бетона, достойными какого-нибудь европейского пригорода, чтобы забыть о городе пророка ислама. За всеми этими метаморфозами стоит многовековая история. Мухаммед поселился в оазисе, где ситуация не была очень стабильной из-за непрекращающихся скрытых столкновений между противоборствующими местными кланами. Новое сообщество, состоящее из мекканцев-переселенцев (мухаджир) и сподвижников пророка (ансаров), оказалось на перепутье: либо стать еще одной группой, либо соединить все группы в единое братство, в один народ (умма). С гениальностью стратега пророк вмешивается в это хрупкое равновесие разных кланов, чтобы подчинить их, не становясь при этом их пленником. Он предлагает конституцию (сахифа), которая бы регламентировала отношения между мусульманами и пятью самыми могущественными племенами (двумя языческими и тремя иудейскими). Согласно этой первой исламской хартии все жители данной агломерации являются составной частью уммы. Посланник признается истинным пророком и все тяжбы должны отныне предоставляться лишь ему на рассмотрение. Затем он предпринимает попытки завоевать расположение иудеев. Иерусалим становится первым ориентиром, указывающим направление молитвы мусульман, эмигранты перенимают обычаи евреев, касающиеся одежды и питания. Посланник причисляет себя к потомкам Авраама и тем самым берет на себя право библейского наследования.
Увы! Его иудейские собеседники вначале претворяются глухими, затем начинают подвергать его насмешкам, относятся как к неграмотному язычнику, умми, их поэты язвят над ним и осыпают колкостями. Но и язычники шепчутся, замышляя неладное против чужака. Поэтесса Асма бинт Маруан доходит до того, что называет мединцев, поддерживающих посланника, ублюдками. Мухаммед оскорблен. Его приверженцы смывают это оскорбление кровью незадачливых сатириков.
Отдавая предпочтение сообществу по вере, нежели общности по крови, мусульманская проповедь стала в конце концов угрожать сплоченности различных кланов. Участились случаи принятия мусульманской веры. Худжра стала выполнять функцию частного жилища апостола ислама, функцию мечети, трибунала и казны уммы. Некоторые мединские племена сговорились с мекканцами и составили заговор, чтобы уничтожить новое сообщество. Предупрежденный об опасности, пророк подготовился к тому, чтобы дать отпор на всех фронтах. В 624 году при Бадре он обращает в бегство армию мекканцев. Эта победа, прославляемая в Коране (3:123/128), потрясает всю Аравию. Одним махом он меняет направление кыблы: теперь не в сторону Иерусалима, а в сторону Мекки обращаются молитвы верующих. Он продолжает развивать законодательство молодого сообщества. В 625 году мекканская армия атакует Медину со стороны горы Оход. Верующие перебиты, сам Мухаммед ранен. Мекканцы нападают также на караваны его родного города, и вскоре торговля приходит в упадок. В 627 году мекканцы снова нападают на Медину. Пророк заставляет вырыть траншеи (хандаг), которые мешают продвижению 10 000 захватчиков. С этого момента посланник считает партию выигранной и заключает в Худайбийе в 628 году договор с курайшитами. Умма пополняется новыми членами. Теперь, когда на родине к нему относятся как к равному, а в Медине боятся его возросшей силы, посланник обращается вновь к иудеям, которые продолжают строить против него козни и даже вступают в союз с его злейшими врагами. Самый слабый еврейский клан изгнан, его имущество конфисковано, но другие продолжают оказывать ожесточенное сопротивление. В конце концов, и они оказываются побежденными: мужчин убивают, а женщин с детьми продают в рабство.
