Пророк исламского мира Мухаммед становится главой государства. В 629 году он отправляет военную экспедицию в Сирию — Палестину — в землю, в которой для евреев течет молоко и мед, а для арабов — кислое молоко и вино. Мусульмане разбиты у Мертвого моря арабами-христианами, примкнувшими к Византии. Пророк поворачивает к Мекке и в 630 году без боя входит в город. В 632 году он руководит прощальным хаджем. Его родина, которая заставила его так страдать, наконец-то бурно приветствует его. Она становится столицей нового исламского мира.
Через два месяца после возвращения из паломничества посланник Бога заболевает. Он страдает от лихорадки и ужасных головных болей. Вскоре он просит у своих жен разрешения оставаться все время в хижине Айши. Он много спит. Ему удается не без труда подниматься на возвышение, чтобы проповедовать. Он говорит о смерти и вечной жизни и иногда теряет сознание. Тогда вместо него молитвой руководит Абу Бакр.
8 июня 632 года ему становится немного лучше: он улыбается, и очевидец говорит, что его лицо было необыкновенно светлым и лучезарным. Но болезнь возвращается, приступы обрушиваются с новой силой, он лежит на ложе Айши, начинает бредить, бормочет что-то несвязное. Его молодая жена чувствует, что его голова становится все тяжелее и тяжелее, она неотступно смотрит на него. Он поднимает глаза к потолку и шепчет: «Друг, самый высший…» и его глаза закрываются навеки. Пророк умер. Его хоронят на том же месте, где он отдал Богу душу, кладут на правый бок, лицом к Мекке.
Абу Бакр, Омар и Отман, первые преемники пророка, остаются в Медине. Но Али, четвертый халиф, покидает город в октябре 656 года и поселяется в Куфе в Ираке. В 661 году Дамаск становится столицей ислама. Древний Ясриб постепенно превращается в курортный городок для улема, куда стремится аристократия в поисках тишины и покоя. При Омейядах здесь царит атмосфера роскоши: постоялые дворы наводнены придворными и певцами. Постепенно за Мединой закрепляется дурная слава.
Между тем религиозная слава города растет. Омейядский халиф Валид I (705–715) превращает худжру в настоящую мечеть: массивную, приземистую, украшенную мозаикой, окруженную четырьмя минаретами. Увеличивается количество юридических школ и кораническая экзегеза достигает своей зрелости. В этот период пышным цветом расцветает сунитское учение малекитов. Мечеть несколько раз разрушается землетрясениями и столько же раз восстанавливается. Османский султан Сулейман Великолепный (1520–1566) приступает к большим работам: проводит канализацию, акведуки и строит вокруг города крепостные стены.
В 1804 году на оазис обрушивается ваххабитский ураган: могилы сметены с лица земли и даже погребение пророка осквернено; драгоценности и реликвии, украшавшие могилу, разграблены фанатиками, которые даже попытались разрушить зеленый купол. Население в ужасе бежало, в то время как улема вынуждены были подписать их собственное осуждение за неверность. Кофе запрещено, так как о нем ничего не было слышно во времена пророка. В 1813 году этот кошмар наконец заканчивается благодаря победе египетских войск и поражению Абдаллаха ибн Сауда. В 1861 году султан Абдул-Маджид восстанавливает и украшает могилу Мухаммеда. В 1908 году сюда протянута ветка железной дороги, соединяющая отныне Медину с Дамаском, что поначалу вызвало у населения большие надежды на дальнейшее быстрое развитие района, но эти чаяния быстро улетучились с началом Первой мировой войны.
Саудовцы вновь завладели Мединой в 1925 году. Снова местные теологи вынуждены согласиться с разрушением всех кладбищ и могил святых. Кладбищами дело не ограничилось. После них настала очередь базаров, общественных бань и кафе. Медина преобразилась. Для этого городу не понадобилось никакого предварительного градостроительного плана. Худжра исчезла под паранджой, известные библиотеки были уничтожены.
В I960 году интегристами, изгнанными Насером из Египта, был основан Исламский университет. И с 70-х годов старый город начинает сморщиваться и стягиваться, как шагреневая кожа. Спекуляция землей и недвижимостью постоянно растет. В 197 5 году цена за один квадратный метр в пригороде Медины достигла 2500 долларов США.
Худжра Медины остается самым почитаемым местом у шиитов. Поэтому, когда ваххабиты захватили оазис в 1925 году, это вызвало всеобщую забастовку в Иране, вынудившую шаха спешно отправить на место следственную комиссию. В 1931 году индийские шииты преподнесли королю Абдель-Азизу «пустяковую» сумму: ни много ни мало 50 000 фунтов стерлингов лишь за то, чтобы он сберег могилу Фатимы.
В 1981 году происходят столкновения между иранцами и саудовцами у стен самой святыни — могилы пророка. Итог — один убитый и множество раненых. Лишь в 1986 году хомейнистам удалось добиться права посещать кладбище Баки.
Несмотря на пыль и бетон, Медина остается городом пророка, и те чувства и мысли, которые этот город пробуждает в верующих, стирают все горькие воспоминания. Как трогательно паломники останавливаются под пандусом или у входа на простую автостоянку, заходят во двор какого-нибудь дома, отчаянно пытаясь найти то или иное место, где когда-то отдыхал посланник, увидеть ту или иную долину, где он молился! Его молельня в Кубе, заново отделанная, теперь более походит на зажиточное жилище в нео-мавританском стиле, затерянное где-то в оазисе. Бетонные колонны, аскетического вида мраморные стены, ковры и свет галогенных ламп напоминают салон большого отеля. Ниша, которая отмечала место, где пророк совершал поклоны, исчезла, как и колодец (вода которого сначала была горьковато-соленая, но стала пресной после того, как пророк в него плюнул). Мечеть Двух кыбл, то место, где Мухаммед отвернулся от Иерусалима и повернулся в сторону своей родины, выглядит не лучше первой. Она облицована плиткой, отделана штукатуркой и гипсом, что весьма гармонирует с соседними облезлыми лачугами. В четырех километрах к северу находится знаменитая траншея, которая спасла ислам. Теперь она скрыта домами со «слепыми» фасадами. Здесь нет и в помине тех оживленных улочек, где можно встретить веселых ребятишек и убеленных сединами стариков — персонажей, которые делают такими привлекательными восточные города. Все строго, торжественно, сурово и благочинно. Гора Ухуд хранит свой величественный вид, нависая над городом, как кулак. «Вершина, которая нас любит и которую любим мы», — сказал как-то о ней Мухаммед. У ее подножия расположились несколько домишек, рядом еще один пустырь: кладбище мучеников, тех, кто участвовал в той битве, в которой пророк чуть не расстался с жизнью. Ничего, ровным счетом ничего здесь не осталось от древних захоронений.
