нас с тобой классный дуэт получается. Друг друга почти без слов разумим!
Страшное зрелище, когда такая машина подминает своими гусеницами под себя человеческое тело. Абу держался дольше всех и только явно отличающаяся от остальных одежда не позволила смешать Нияда с грязью и землёй, превратив в бесформенную массу, которой стали практически все его соратники. Он остановился, прекратив свой бег — сил не осталось совершенно. Повернулся лицом к преследователям и забормотал что-то из Корана.
Самохина каким-то шестым чувством угадала по его одежде, что это один из командиров противника. И помня приказ — захватить хоть одного из руководства банды, мгновенно отдала указание мехводу:
— Этого не давить! Берём в плен! Михась! Аккуратно подойди к нему. Мы его сейчас попугаем… — она развернула пулемёт в сторону араба — давай ко мне. Сейчас проведём психическую атаку.
— Чего придумала? — Буряк встал к ней вплотную сзади.
— Я сейчас вылезу наверх, а ты довернёшь ПКТ прямо в лоб этому уроду. Понял?
— Угу.
БМП аккуратно подкралась к нему вплотную и, остановившись, развернула пулемёт прямо ему в лицо. Абу так и стоял нашёптывая молитву и готовясь к смерти, но заметив, что у него нет оружия, из открывшегося люка вылезла девичья физиономия. Наглая девчонка презрительно оглядела его своим взглядом, потом она или кто-то другой чуть довернул пулемёт, установив прицел напротив его лба и внезапно и резко сказав «Бах!»
Пережив все перипетии боя, свидетельств убийства его соратников, захода «Шайтан-арбы» и наконец утомительного позорного панического бегства, мочевой пузырь Абу Нияда не выдержал, начав обильно увлажнять штаны. Девушка заметила это и презрительно плюнула в сторону теперь уже бывшего полководца бородачей. Подбежавшие спецназовцы мигом окружили араба, взяв его на мушку. Один из них быстро задал несколько уточняющих вопросов, на которые Абу ответил честно, но голосом обречённого на смерть человека. Впрочем, для себя лично Абу уже стал мертвецом — такого позора от какой-то девчонки он не простит себе никогда.
* * *
Тот крик «Бах!» испугал даже Михася, и он с трудом удержался чтобы не пальнуть из ПКТ, а потом вдруг обхватил за талию девушку.
— Ты як? — участливо поинтересовался он у Катерины.
— Араб обоссался! — захохотала она.
— Чё, правда? — удивился Михась.
— Ага! Все штаны мокрые! — известила мехвода девушка и тут же заорала кому-то из подошедших к БМП спецназовцев. — Товарищ капитан! Принимайте одного обоссатого, но живого бородача! По одежде похож на командира! Только в машину я его не возьму — потом мыть за ним! Не-э-э-э! Мне это не надо!
Михась так и продолжал стоять, обхватив девушку за талию. А потом ещё и прислонился головой к её спине. Самохина внезапно вздрогнула, зашевелилась и попыталась спуститься внутрь БМП. Буряк с явным сожалением разжал объятия и хотел вернуться на своё место, но Катя остановила его за рукав, а потом вдруг обняла.
— Ты мне тоже очень понравился, — тихо проговорила она. — И как мехвод, и как парень…
— Яка ж ти гарна… — Михась чуть покраснел от своих слов, а потом вдруг поцеловал девушку. По-настоящему, в губы. Катя не ожидала такой смелости, но и отбиваться не стала — наоборот, их поцелуй стал горячим и чувственным. Только когда в лёгких не стало хватать воздуха, их губы разъединились.
— Эй, молодёжь! — на БМП влез кто-то из наших спецназёров. — У вас всё в порядке?
— Лучше не придумаешь! — ответила Самохина, ещё с пунцовым лицом.
— Ну и хорошо. Короче, мы сейчас из танка брезент возьмём и посадим этого зассатика к вам в отсек. В танк же его не засунешь? Придётся потерпеть.
— Что, большую птичку поймали? — поинтересовалась Катя.
— Ты даже не представляешь какую — командира бандформирования. Союзники его уже вкратце допросили. Так что готовься к награде.
— Так меня грозились разжаловать, — съёрничала девушка.
— Да забей. За такое вообще звание повышают. А командирша наша уже по рации доложила в Херсон — кого задержали и кто это сделал.
1 августа 2028 года. г. Тополиновск. Час пополудни
Мочалов и Ермолаев сидели в здании Правительства и обсуждали перипетии сегодняшнего утра в Херсоне. Начиная с 10–00 по московскому времени прапорщик Брошкин приносил депеши каждые полчаса, так что руководство РСА владело полной информацией. Тут же спешно готовился борт МЧС, готовый доставить восьмерых юнармейцев, получивших ранение в утреннем боестолкновении. Ну и поступила последняя информация — несколько минут назад прапорщик принёс последнюю сводку. Генерал-лейтенант просмотрел её и молча передал Сергею Ивановичу. Тот тоже пробежал глазами текст и мотнул головой.
— Василий Петрович, — негромко обратился он к Самохину.
— Оу, — машинально ответил танкист, пересматривающий какие-то бумаги на столе.
— Тут такое дело…
— Какое? — полковник поднял глаза от стола и встретился взглядом с главой РСА и генералом. — Что случилось? — они оба внимательно смотрели на танкиста, и тот почуял неладное. — С Катей что-то? Она тоже ранена? Мужики, ну вы чего молчите?
— Василь Петрович, твоя Катя участвовала в двух танковых атаках, — медленно проговорил Ермолаев.
— Что? — опешил Самохин.
— Более того, при выполнении боевого задания экипажем её БМП захвачен командир бандформирования. Вот так вот, тарщ Самохин, — довольно улыбнулся генерал-лейтенант. — Хорошую смену воспитал, Василь Петрович. Да и остальные наши юнармейцы лицом в грязь не ударили.
— Олег Петрович! Разрешите мне к ним слетать на том борту, который за ранеными собирается? Одним днём обернусь!
— Разрешаю, — кивнул Ермолаев. — Заодно и Мохова захвати. Маринка его тоже отличилась, так что похвалу пусть выразит всё руководство бронетанкового крыла, — весело подмигнул он. — Вот только чем награждать будем…
— Позавчера ювелиры принесли мне первые медали, — сказал Мочалов, встав и направляясь к сейфу. Лязгнул ключ, открывая замок, и вскоре в руках у главы РСА появился увесистый пакет. — Вот здесь, гражданские и военные, по двадцать штук и тех, и тех. Из последних решили возродить «За боевые заслуги». Ты как, Олег Петрович, не против?
— Только за! — обрадовался тот. — Но мало! Они за этот бой уйдут все, а ещё нужно наградить за Босфор. И наших, и союзников.
— Значит, я даю команду изготовить ещё минимум столько же?
— Давай, Серёжа, — согласился тот. — Это дело нужное.
— Тогда я успею дойти до ювелиров,
