уверена. Он шпион как-никак. И я… я тоже буду сражаться не в полную силу. Мне надо победить, не прибегая к серьёзным техникам.
Если вспомнить, что было в аниме, то одним касанием ладони с чакрой он может повредить внутренние органы. Вот только бы понять, когда он использует эту чакру, а когда нет. В конце концов, её ведь не видно.
«Ау… печать, чёрт… боль не уходит. Она становится только сильнее. Такого ведь раньше не было», — стараюсь я сдержать гримасу боли. Надеюсь, когда я начну сражаться — она пройдёт.
— Кх… Все, кроме противников, освободите площадку, — попросил экзаменатор, и через минуту кроме нас троих на месте сражения никого не осталось. — Если вы готовы, то приступайте.
— Ну что, Ариза, покажешь, на что способна? — ухмыльнулся Кабуто и, запустив в меня три сюрикена, сорвался с места.
Я вытаскиваю тёкуто и, отражая сюрикены, уклоняюсь от удара Кабуто. У меня была доля секунды на то, чтобы создать клона в воздухе, и я ей воспользовалась. Клон появляется неожиданно за Кабуто и, замахиваясь мечом, собирается ударить в спину.
Только через мгновения я понимаю, почему Кабуто не собирается тормозить или уклоняться. Цель его удара — моё сердце. Если он повредит мне сердце, то мой клон сам развеется. Мне не нужно считать секунды, чтобы узнать, чей удар достигнет своей цели быстрее. Единственное, что я успеваю сделать, так это замену со своим клоном.
Я замахиваюсь тёкуто и уже победно усмехаюсь — поменяться местами было наилучшим решением. Но внезапно боль накрывает моё тело, и я пропускаю удар с ноги от Кабуто.
Я отлетаю на несколько метров назад и незамедлительно встаю. Чёрт, если каждый раз после использования чакры будет больно — то это доставит мне немало проблем, хорошо хотя бы, что боль терпимая.
— Я восхищён… Использовать две техники за первую секунду боя. Оказывается, твой пафос не на пустом месте основан, — улыбаясь, говорит Кабуто.
«Что? Какой ещё пафос? Чёрт, Ари, не отвлекайся, он тебе зубы заговаривает!»
— Но долго ли ты протянешь? — он вытаскивает кунай и бежит на меня. Проклятье, подпускать его к себе опасно. Если он повредит мне внутренние органы — ничем хорошим это не кончится. Но мне придётся вступить с ним в ближний бой и нанести сильный удар. Надо сломать ему руки, чтобы он ими не смог воспользоваться. Это — ключ к победе.
Первые несколько ударов были неожиданными и напористыми. Я чудом парировала, чуть не потеряв равновесие. Сделав несколько сальто назад, я перешла в наступление. Я передвигалась как никогда быстро, пытаясь его достать.
По скорости он явно не уступает Какаши-сенсею, и я, сражаясь сейчас без утяжелителей, с трудом за ним поспеваю. Мы бились так несколько секунд, и, в конце концов, мы ударили друг друга с такой силой, что оба отлетели и врезались в стенку.
Мощный удар заставил меня поперхнуться кровью и зашипеть. Сжав губы, я встала на дрожащих конечностях. Чёрт… моя спина. Моя бедная спина.
— Неплохо, неплохо, — как ни в чём не бывало встал Кабуто и пошёл на меня. Вот же… как я могла забыть, что он регенерирует с огромной скоростью?! Я ведь ударила его с колоссальной силой, а он двигается так, словно ничего не было! Если я сломаю ему руки, то он их тоже восстановит?!
— И ты не из слабых, Кабуто, — усмехнулась я и, убрав с лица распущенные волосы, полезла в подсумок узнать, что у меня осталось. — Ты наверняка уже джоунином быть должен.
— А ты девочка не из глупых, даже не по своему возрасту умна, — пока он говорил, я рылась в подсумке.
«Леска, взрывные печати, дымовая шашка, сюрикены и кунаи. Что ж, хоть что-то. Дымовую шашку я использую, если у меня начнёт борзеть печать. Леска сейчас не пригодится, сюрикены тоже. Остаются только взрывные печати и кунаи. Хм… кажется, я знаю, что с этим делать…» — в моей голове мгновенно созрел план действия. Вот только мне придётся немного использовать клонов.
— Джицу теневого клонирования, — сложила я печать и вместе с четырьмя двойниками окружила Кабуто. Мы все одновременно вытащили кунаи со взрывными печатями.
— Хитро… — прокомментировал Кабуто и поправил очки, оставаясь на месте.
Недолго думая, я и три клона кидаем кунаи. Четвёртый клон подпрыгивает и, используя технику клонирования кунаев, атакует сверху.
Через секунду произошёл большой взрыв. Я отвернулась, закрывая глаза рукой. Через некоторое время, чтобы удостовериться, что он не отбросил копыта, я и клоны пошли к эпицентру взрыва. Когда мы подошли, весь дым уже развеялся и, что самое интересное, — его нигде не было. На площадке остались только мы с клонами.
— И где он? — спросил клон, пока стирал сажу с лица. Да, кажется, Кабуто забыл (а может быть, и не знал), что я — сенсор, и я уже давно поняла, что он сделал подмену на этого самого клона.
— Плевать. Действуем, — мы не стали с клонами задерживать время и напали на Кабуто, который находился в обличье меня. Сами клоны отпрыгнули к стенам, а я начала складывать печати. Эта техника огня будет отвлекающей.
— Стихия огня: Пламя Феникса, — я выдыхаю небольшие шары огня, что направляются на Кабуто. В них заключены сюрикены с леской. Сейчас моя цель — обездвижить Кабуто. Пока шары огня летят, я пытаюсь предугадать следующий ход Якуши, поэтому делаю технику замены на своего клона.
Я и двойники, что стояли у стенок, начинаем бросать сюрикены и кунаи.
Когда огонь исчезает, Кабуто, кажется, замечает сюрикены. Он предпринимает попытку уйти из-под атаки, но безуспешно. Главный клон, который до этого использовал технику огня, бросает кунай, чтобы срезать единственную леску, что мешает привести механизм в действие. Всё. Мы с клонами натягиваем нити. И в итоге пешка Орочимару оказывается в ловушке.
— Попался! — улыбается главный клон, который стоит напротив оппонента. Конечно, двойник, как и я прекрасно знает, что в ловушке сейчас не сам Якуши Кабуто, а его клон, а сам противник под землёй. Но клон умный, он делает вид, что даже не догадывается, что сейчас Кабуто хочет атаковать из-под земли.
Не проходит и секунды, как руки Кабуто хватают клона за щиколотки и тащат под землю.
— Ты предсказуем, Кабуто! — клон не остаётся в долгу и предоставляет свою порцию неожиданности: двойник внезапно вытаскивает из подсумки взрывную печать и
